Одолев десятую группу за счёт того, что нож бьёт бума, Цзян Вэйи вырвал для одиннадцатой группы крошечное преимущество, третьим взбравшись на стену.
Пятеро участников действовали строго по заранее обговоренному построению: более крепкие Ван Дунлай и У Сяо шли в авангарде с двух сторон стены, а Лу Сюэшэн и Ся Тинмин замыкали шеренгу.
Пять верёвок уже были связаны мёртвыми узлами. Ван Дунлай перебросил их через стены, и все пятеро быстро привязали концы к поясу и животу.
Цзян Вэйи, выступавший в роли штурмовика, упрёлся ногой в точку опоры, ухватился одной рукой за страховочную верьёвку и, оттолкнувшись, взмыл на гребень стены.
Вершина стены была выбрана им неслучайно — такая позиция позволяла быстро прийти на выручку в любую сторону.
В поперечном сечении эта длинная железная стена напоминала равнобедренный треугольник с чрезвычайно узким основанием, из-за чего её склоны были почти отвесными.
Балансировать на самом гребне было всё равно что идти по стальной трубке трёх сантиметров в диаметре. Судя по всему, устроители экзамена проявили «коварство», покрыв стену воском, чтобы экзаменуемые не пытались срезать путь.
Без поддержки товарищей с обеих сторон, сорвись кто-нибудь вниз, удержаться за стену было бы практически невозможно. Однако сейчас каждую стену надёжно страховали по два соратника: даже если бы Цзян Вэйи упал с гребня, он смог бы в мгновение ока забраться обратно.
Следуя плану Лу Сюэшэна, Ван Дунлай первым оттолкнулся ногами и, опираясь на помощь товарищей, повис на верёвке, качнувшись вперёд почти на два метра. Утвердившись на новом месте, он подал сигнал товарищу на противоположной стене: — Один.
— Два, — вторым тронулся с места У Сяо на соседней стене.
— Три, — следом за ним двинулся Лу Сюэшэн.
Хотя в плане физической подготовки он уступал этим альфам, поступившим по спецнабору, данный способ передвижения ограничивался длиной верёвок, и требования к силе рук и ног были вполне посильны даже для Лу Сюэшэна.
— Четыре, — последним отчитался Ся Тинмин с противоположной стены.
Цзян Вэйи, шедший по гребню словно канатоходец, тоже шагнул вперёд и, опустив голову, стал ждать следующего рывка команды.
Такой способ передвижения мгновенно привлёк внимание противников — двух групп впереди и одной позади.
Участники двенадцатой группы, первыми запрыгнувшие на стену, даже не захватили верёвок. Заметив, что альпинистские перчатки и накладки на обувь позволяют цепляться за поверхность, они думали исключительно о том, кто быстрее.
Теперь же все пятеро сражались в одиночку, с трудом отыскивая конечностями углубления в стене. Какими бы ловкими они ни были, им было не угнаться за скоростью того, кто перемахивает сразу по два метра, и рано или поздно одиннадцатая группа их обошла бы.
Девятая группа, взобравшаяся на стену второй, тоже додумалась закрепиться по концам верёвки, но сообразила лишь то, что это придаст конструкции устойчивости. Лишнего же участника они просто привязали между двумя товарищами на одной из стен, начисто лишив себя возможности скопировать тактику одиннадцатой группы.
В панике они остановились, развязали страховочную верёвку у центрального бойца и попытались скопировать построение одиннадцатой группы.
Самая высокая точка опоры на стене находилась больше чем в метре от вершины, а железные альпинистские перчатки на руках центрального участника невозможно было снять. Пытаясь подражать Цзян Вэйи, он закрепил верёвку на самом верху стены и изо всех сил оттолкнулся ногами, но когда его перчатки с металлическим звоном вцепились в гребень, из-за скользкой поверхности он вмиг потерял силы.
— А-а-а! — этот парень стал первым выбывшим кандидатом в третьем экзаменационном зале.
Десятая группа, последней поднявшаяся на стены, выстроилась точно так же, как и одиннадцатая — то ли они сами додумались до этого плана, то ли в спешке решили перенять чужую тактику.
Девятая группа, лишившись одного бойца и скопировав полёт на верёвках одиннадцатой группы, вскоре нос к носу столкнулась с двенадцатой, ушедшей вперёд.
Участники девятой группы, уже потерявшие одного товарища, чувствовали себя ограбленными и без малейших колебаний обрушили всю мощь атак на соперников из двенадцатой группы, сражавшихся вразнобой.
Тихая и мирная атмосфера была разрушена.
Прежняя обманчивая безмятежность походила на терпеливое выжидание хищника: стоило битве вспыхнуть, как она прорвала оборону сметя все преграды.
В тот самый момент, когда впереди взорвались боевые феромоны, Лу Сюэшэну, находившемуся в нескольких десятках метров позади, показалось, что по его позвоночнику пустили ток — тело пронзила судорога, а руки и ноги на миг онемели.
— Кхм... — глухо выдохнул Лу Сюэшэн, сжав зубы и мотнув головой. Ему с трудом удалось восстановить дыхание, навалившись всеми силами на инстинктивную реакцию организма на опасность.
Только сейчас он до конца осознал, что означает показатель ченохи, превышающий четыреста единиц.
Раньше в школе он знал немало добивавшихся его внимания альф, которые то и дело распускали хвост павлина, намеренно выпуская рядом с ним боевые феромоны.
То ощущение напоминало лишь лёгкую морось, и зачастую Лу Сюэшэн даже не замечал его.
Обычный показатель ченохи у бет колеблется от ста десяти до ста семидесяти, а у большинства альф — от ста сорока до двух шестидесяти. Раньше Лу Сюэшэн и вовсе не встречал альф с показателем выше двух с половиной сотен, поэтому он в корне недооценил то влияние, которое эти нелюди окажут на него сейчас.
Пришлось несладко.
Словно при тепловом ударе.
К тому же он быстро понял, что те экзаменуемые, что вступили в бой впереди, обладали куда большей боевой мощью, чем он мог себе представить.
Вот же сукины дети, прикидывавшиеся овечками.
Только что они ныли, что в перчатках неудобно драться, а стоило делу дойти до драки — все до единого, чёрт побери, замахали кулаками прямо как Ип Ман или Хуан Фэйхун.
Лу Сюэшэн смотрел на это, нахмурив брови.
Сердце в груди тревожно ёкнуло, и какое-то звериное предчувствие опасности заставило его обернуться назад — его взгляд нос к носу столкнулся со штурмовиком десятой группы, застывшим на вершине стены.
Штурмовик десятой группы, похоже, уже давно рассматривал бета Лу Сюэшэна как слабое звено в защите одиннадцатой группы и выжидал подходящего момента для удара.
Лу Сюэшэн оказался на мушке у этого зверя.
— Быстрее, Ван Дунлай! Продвигайся скорее вперёд! — тут же шёпотом поторопил его Лу Сюэшэн.
— А? — Ван Дунлай, возглавлявший авангард и с интересом наблюдавший за представлением, оглянулся и озадаченно спросил: — Ты же только что велел нам не спешить ввязываться в драку? Мол, пусть другие дерутся, а мы сорвём куш, как тот рыбак из притчи? Мы что, меняем план?
Лу Сюэшэн поторопил его: — Десятая группа сзади сейчас настигнет нас.
Ван Дунлай оглянулся назад: — Да вон же они ещё где! Им целая вечность потребовалась на узлы, да и крепких узлов, как у тебя, они завязать не умеют. Если сунутся к нам — точно проиграют, они не посмеют драться. Поплетутся сзади тихоней, глядишь, и второе место урвут.
— Они обязательно полезут к нам, — с абсолютной уверенностью заявил Лу Сюэшэн, переводя взгляд на мальчишку из десятой группы, который сверлил его хищным взором, и в отчаянии добавил: — Этот тип метит в меня.
Не успело замереть эхо его слов, как свирепый взгляд парня на вершине стены внезапно сменился — напускное выражение исчезло, уступив место самой безобидной улыбке, и он даже приветственно помахал Лу Сюэшэну рукой.
Лу Сюэшэн: — …?
Следом за этим он заметил, как парень перевёл взгляд на то, что творилось впереди, и с улыбкой кивнул.
Лу Сюэшэн проследил за направлением его взгляда.
Цзян Вэйи, стоявший на гребне стены, уже развернулся к ним. Его спина была слегка согнута в готовности к прыжку, а спокойный взгляд из-под приподнятых бровей намертво пригвоздил того, кто только что пялился на Лу Сюэшэна.
Вся десятая группа к этому моменту перепугалась до полусмерти и уже не смела двигаться вперёд.
Двое парней, висевших на одной стене, дружно заулыбались Лу Сюэшэну, изображая предельно доброжелательные лица, говорящие: мы вовсе не собирались нападать на этого маленького бету.
Как говорится, на воре и шапка горит!
В этот момент Лу Сюэшэн успокоился.
Даже неприятное ощущение первобытного страха разом испарилось.
Словно бы его укрыл надёжный щит из ещё более мощных боевых феромонов, и мир вокруг вновь стал тихим и безмятежным.
Обернувшись, он увидел, что впереди драка уже подошла к концу.
Двое бойцов двенадцатой группы были сбиты со стен, а оставшаяся тройка быстро смекнула, как пагубно отсутствие надёжной страховки. Они предпочли сами спуститься к опорным точкам внизу стены и благоразумно уступить дорогу девятой группе.
Лишь бы прорваться дальше, а потерять немного очков не страшно.
Участники девятой группы страшно боялись, что их настигнет одиннадцатая группа сзади, ведь ввязываться в схватку с Цзян Вэйи им совсем не улыбалось.
Однако их верёвки были связаны по принципу один к одному, и поддержки соседа по стене не хватало, чтобы человек силой натяжения каната раскачался и легко преодолел расстояние вперёд. В итоге на середине пути их всё же настигла одиннадцатая группа.
Девятая группа уже приготовилась к жестокому столкновению, но четверо их бойцов неожиданно подтянулись повыше и освободили дорогу.
Девушка из девятой группы задрала голову к вершине стены и с едва уловимой мольбой в голосе обратилась к Цзян Вэйи: — Нам нужно просто пройти дальше, тридцать-пятьдесят очков нас вполне устроят. Проходите первыми, мы не станем вам мешать.
Цзян Вэйи опустил взгляд на товарищей.
Ван Дунлай усмехнулся: — Вообще-то у нас тут соревновательный экзамен. Может, скрестим шпаги напоследок?
— Обязательно портить отношения до конца, однокурсник? — обиженно протянули из девятой группы. — Мы же все поступили по спецнабору, на следующих этапах точно наберём максимум баллов, всё равно поступим. Неужели обязательно устраивать всё так, чтобы другая команда вообще осталась без очков?
— Когда вы пару минут назад скинули со стены двоих из двенадцатой группы, вы, кажется, были вполне счастливы, — весьма вовремя съязвил Ся Тинмин с противоположной стены.
— Это потому, что они не хотели уступать дорогу! — возмутился экзаменуемый из девятой группы. — Мы же сейчас сами вам уступаем! Мы ведь теперь сокурсники, нельзя же быть настолько беспринципными!
— Щадить соперника — значит проявлять беспринципность по отношению к собственным товарищам, — возразил стоявший на стене Цзян Вэйи. — Я изначально не собирался драться, но откуда у вас такая самоуверенность?
Воздух на миг замер.
Вскоре кто-то из девятой группы громко произнёс: — Простите! Мы и так потеряли одного человека, на нервах... Увидели, какое у вас классное построение, вот и завидно стало. Мы с таким раскладом максимум на третье место можем рассчитывать, не могли бы вы нас отпустить?
— Пропускаем, — наконец подал голос Лу Сюэшэн. — Впереди ещё половина пути, лучше поберечь силы.
— Спасибо, — тут же поблагодарили Лу Сюэшэна бойцы девятой группы, опасаясь, что те передумают.
Этот рубеж удалось преодолеть без происшествий, и одиннадцатая группа вырвалась на первое место.
Однако впереди лежал ещё долгий путь. Передвижение исключительно на силе рук и ног с чередой непрерывных прыжков требовало колоссальных затрат энергии, и такую нагрузку долго не выдержали бы даже рядовые альфы.
Когда до конца дистанции оставалась половина пути, Лу Сюэшэн уже отчётливо чувствовал, как сильно у него заныли руки и ноги, а по телу побежали колющие мурашки.
Стиснув зубы и преодолев ещё отрезок пути, он уже не мог скрывать своё участившееся дыхание.
— Ты устал? — Ван Дунлай растерянно скосил на него глаза.
Будь на месте Лу Сюэшэна кто-то другой, он бы наверняка скривился от того, что этот парень тянет команду назад.
Но сейчас щеки Лу Сюэшэна алели от румянца, пот насквозь пропитал пряди на лбу и непрерывными каплями скатывался на густые ресницы и переносицу — было очевидно, что он выбился из сил.
Однако на лице Лу Сюэшэна не читалось ни тени слабости. В нём по-прежнему угадывалось то же отстранённое, высокомерное выражение, что и при первой встрече, только тонкие губы сжались ещё сильнее, словно он пытался скрыть свою усталость. Он даже не позволял себе дышать ртом, упрямо продолжая тянуть воздух носом и отчаянно маскируя собственную боль.
Самим небесам ведомо почему, но у Ван Дунлай внезапно защемило сердце от жалости к этому бете, а боевой задор в груди напрочь растворился под натиском защитных инстинктов.
— Хватит карабкаться, — бросил Цзян Вэйи, глядя сверху вниз на задыхающегося бету-стратега. — Просто виси на стене и держись за верёвку, эта троица тебя вытянет.
Лу Сюэшэн бросил: — Не нужно, со мной всё в порядке, давайте быстрее дальше, десятая группа вот-вот настигнет нас.
— Да не бойся ты! — успокоил его Ся Тинмин с противоположной стороны. — Даже если догонят, обогнать нас они не посмеют, можешь спать спокойно. Отдохнуть немного тоже не страшно, первое место у нас уже в кармане.
— Я правда не устал, — голос Лу Сюэшэна от усталости слегка дрожал. — Продолжаем.
Отряд вновь двинулся вперёд, но теперь товарищи молча сбавили темп, щадя силы уставшего беты.
Впрочем, сам Лу Сюэшэн этого проявления заботы даже не заметил: из-за предельного истощения в поле его зрения оставалась лишь конечная цель, и он просто продолжал карабкаться, стиснув зубы.
Лишь когда в тяжёлом дыхании послышался металлический привкус крови, финиш забрезжил совсем близко.
Осталось всего тридцать метров.
В глазах Лу Сюэшэна уже то и дело вспыхивали белые вспышки, его конечности казались чужими, но он всё равно механически повторял движения: прыжок, захват, рывок.
Видя, что победа уже близко, воодушевлённые товарищи на миг забыли о состоянии Лу Сюэшэна и, словно пауки, отчаянно рванули вперёд.
Не успевая за общим темпом, Лу Сюэшэн запутался в натянутой верёвке и, уже собравшись с силами для нового прыжка, вдруг услышал глухой удар над головой, а в область левого бока пришёлся сильнейший удар!
Превозмогая боль, Лу Сюэшэн вскинул голову и обнаружил, что его верёвку наотмашь перерубили гарпунным крюком альпинистской перчатки.
— А ну — проваливай! — прозвучал у самого уха свирепый приглушённый окрик.
Сквозь пелену усталости осознав внезапное нападение, Лу Сюэшэн изо всех сил оттолкнулся влево, уходя от атаки подобравшегося со стороны соперника.
Противник явно не ожидал такой прыти, замер на секунду, а затем ринулся вперёд, хищным зверем набрасываясь на самое слабое звено одиннадцатой группы — Лу Сюэшэна.
В следующее мгновение со свистом рассекаемого воздуха сверху, прямо с гребня стены, стремительно рухнула хищная тень!
Раздался тяжелый глухой удар —
Зверь, летевший на Лу Сюэшэна, получил от Цзян Вэйи такой сокрушительный удар в прыжке, что его тут же сбросило обратно на стену.
Бой начался мгновенно: участники десятой группы живо выстроились в боевое построение и пошли в атаку на одиннадцатую группу, лишившуюся одной точки опоры!
http://bllate.org/book/41591/5309636
Сказали спасибо 0 читателей