В конце концов, этот человек был сыном Лу Фэнжуна и отцом Лу Шуяня, так что одно лишь его происхождение заставляло Цзян Жанъюй невольно робеть.
Но с другой стороны, состояние Лу Фэнжуна сейчас было крайне плохим, а он — его помощником, так что для него было вполне естественно разрешить возникшие проблемы.
Что важнее, а что второстепенно, можно было понять с первого взгляда.
Усадив Лу Фэнжуна, он сделал несколько шагов вперед:
— Прошу прощения, но председатель плохо себя чувствует и не желает вас видеть, так что уходите.
Цзян Жанъюй говорил с достоинством, без заискивания:
— Это личные покои председателя, и раз он дал понять, что не хочет вашего присутствия, сотрудникам, которые вас пропустили, уже грозит наказание.
— Если вы не уйдете добровольно, мне придется попросить охрану выпроводить вас.
Произнести вслух что-то вроде «катитесь отсюда» Цзян Жанъюй не смог бы.
Но поддержка председателя придавала ему смелости, позволяя прикинуться тигром под защитой лисы и бросить пару суровых фраз.
После слов Цзян Жанъюй эта парочка уставилась на него с лютой злобой.
Сделать что-либо самому Лу Фэнжуну они не смели, зато выместить свое раздражение на Цзян Жанъюй — в самый раз.
Внешне Цзян Жанъюй сохранял невозмутимость, но в душе паниковал.
Он впервые сталкивался с подобным, так что речь придумал на ходу и понятия не имел, подействует ли она.
— Ты еще что за выродок! Тебе здесь слова не давали!
Как и ожидалось, мужчина средних лет перевел весь свой гнев на Цзян Жанъюй.
В этот момент Цзян Жанъюй очень сильно пожелал превратиться в какую-нибудь макаку.
Сразу броситься на балкон, улететь, раскачиваясь в воздухе, вернуться в дикую природу и больше не сталкиваться со сложными человеческими взаимоотношениями.
Но он стоял на месте, не качнувшись ни на дюйм.
Он — помощник председателя, а значит, должен четко понимать приоритеты и трудиться на благо своего руководителя.
Что бы между ними ни произошло, сейчас председатель чувствовал себя скверно и выглядел так, будто его хватит удар, так что Цзян Жанъюй был обязан твердо встать на его защиту.
— Пожалуйста, немедленно убирайтесь отсюда, иначе я позову охрану.
Ледяным тоном повторил Цзян Жанъюй.
К счастью, председатель ответил на его заботу взаимностью и подстраховал сзади:
— Я же велел вам катиться, чего вы еще стоите!
— Пока что вы еще можете забрать ребенка и уйти с достоинством! Через минуту я велю выбросить вас вместе с ребенком!
Стоило Лу Фэнжуну заговорить, как мужчина замолк.
Видимо, вспомнив недавнее яркое выступление Лу Фэнжуна, рисковать они больше не осмелились.
Потоптавшись на месте какое-то время — у них даже не было права присесть, — они в конце концов бесславно ретировались.
Цзян Жанъюй шумно выдохнул и только после того, как те ушли, позволил себе показать напряжение.
Он развернулся и вернулся к Лу Фэнжуну:
— ...Председатель Лу, вы сейчас в порядке? Здесь наверняка есть врач, я позову его.
— Все в порядке, все хорошо, не нужно звать врача... — Лу Фэнжун удержал его за руку и тяжело вздохнул. — Я немного отдохну, и все пройдет.
Но по вашему лицу совсем не скажешь, что все в порядке.
При первой встрече Цзян Жанъюй казалось, что Лу Фэнжун ничем не отличается от прежнего себя, но теперь он наконец почувствовал, что тот действительно болен, причем тяжело.
Лу Фэнжун прикрыл глаза и посидел так немного, постепенно унимая клокотавший в груди гнев.
Когда он снова открыл глаза и заговорил, то, казалось, в одно мгновение постарел на несколько лет.
— Малыш Цзян, прости, что устроил перед тобой такое представление...
Хотя эти слова уже звучали раньше, сейчас в них крылось совершенно другое настроение.
В первый раз это была намеренная едкая насмешка, а теперь — глубокий вздох, полный искренней тяжести.
Цзян Жанъюй не знал, что ответить.
Он тоже впервые видел Лу Фэнжуна в таком состоянии.
На работе председатель Лу порой бывал упрямым, консервативным, строгим и неуступчивым, но большую часть времени проявлял заботу о подчиненных и вел себя мягко.
Он часто угощал их послеобеденным чаем и покупал снеки.
Когда выдавалось свободное время, он мог поболтать и пошутить с ними, а еще разрешал побездельничать, если не было работы.
Поэтому Цзян Жанъюй никогда бы не подумал, что человек с таким ровным характером и столькими достижениями может иметь слабые места в семье и настолько паршивые отношения с собственным сыном.
Лу Фэнжун вздохнул:
— Эх... Самый большой провал в моей жизни — это рождение такого сына.
Цзян Жанъюй понятия не имел, как его утешить.
Не скажешь же: ничего страшного, председатель, ваш внук тоже та еще сволочь.
Поразмыслив, Цзян Жанъюй произнес:
— Председатель Лу, сейчас главное — здоровье, не думайте о плохом... Когда поправитесь, сможете отлупить его как пожелаете.
Но столь своеобразный способ утешения заставил Лу Фэнжуна рассмеяться в голос.
Поняв, что это сработало, Цзян Жанъюй осмелился продолжить:
— Впрочем, вам и самому не обязательно марать руки, поручите это генеральному директору Лу, у него как-то особенно больно бьют...
Это точно не могло его смутить.
Тут уж Лу Фэнжун рассмеялся по-настоящему.
И атмосфера стала куда приятнее, чем прежде.
— Ох, ну ты и проныра, — улыбнулся Лу Фэнжун. — Но я не хвастаюсь, этот мой внук в сто раз лучше своего папаши... Он рос на моих глазах, так что можешь смело работать под его началом.
Цзян Жанъюй мысленно скривил губы.
Он ни за что и никогда не скажет в адрес Лу Шуяня ни единого хорошего слова — это было последним проявлением его гордости.
— Малыш Цзян, знаешь, что мне в тебе нравится больше всего?
Цзян Жанъюй опомнился:
— Мм?
С чего это тема вдруг зашла о нем?
— Ты — прекрасный слушатель. Не любопытный, не задаешь лишних вопросов: сказали — слушаешь, не сказали — не выведываешь.
Цзян Жанъюй моргнул, никак не ожидая, что в глазах председателя у него есть такие достоинства.
— Больше всего на свете я терпеть не могу льстецов и двуличных людишек, — продолжил Лу Фэнжун. — Но ты никогда не пользовался положением помощника председателя ради личной выгоды или удобства.
— Я знаю обо всем, что творится за спиной в компании, и ты — один из немногих, кто честно и добросовестно выполняет свою работу.
Цзян Жанъюй окончательно смутился:
— Председатель, я просто делаю то, что должен... От таких похвал мне становится неловко.
http://bllate.org/book/41538/5300385
Сказали спасибо 0 читателей