Готовый перевод Husband and Husband Hook Souls Together / Белый и Черный: Похитители сердец в загробном мире: Глава 4

Яньло-ван внимательно наблюдал за Се И, заключив, что этот дух обладает недюжинным потенциалом, а его мастерство в заклинаниях и боевых искусствах стоит на высочайшем уровне. Только тогда он вспомнил данные, которые ранее представил Судья Цуй: Се И оказался даосским учеником из Даосского Храма Трех Чистот на горе Цинчэн, что, по сути, делало его отдаленным потомком самого Старого Мастера из Царства Бессмертных. Благодаря этой связи, заполучить для него Пилюлю Бессмертных, Укрепляющую Душу, должно быть не так уж сложно. Дело сразу стало выглядеть куда проще, и Яньло-ван почувствовал значительное облегчение.

Судья Цуй тоже пристально разглядывал Се И, полагая, что после возвращения в Мир Живых тот непременно достигнет бессмертия и больше не вернется в этот Подземный Мир, поэтому решил лишний раз полюбоваться будущим небожителем.

В этот самый момент снаружи донеслись вести о возвращении Быкоголового и Лошадиноголового. Судья Цуй перевел взгляд на вошедших и вытаращил глаза от изумления.

И не только он — все присутствующие духи, включая Яньло-вана, с удивлением смотрели на Лошадиную Голову и Бычью Голову: позади них они вели нового духа в черном одеянии.

Разве их не посылали найти бренное тело Се И? Почему они привели другого новопреставленного, да еще и с таким благородным и возвышенным обликом?

Не успели духи опомниться, как новый дух в черном, заметив сидящего в стороне и потрясенного Се И, резко вырвался из Цепи, Увязывающей Души, которую держала Лошадиная Голова, и бросился к нему. Он радостно воскликнул:

— Би Ань! Я наконец нашел тебя!

Се И в полном недоумении уставился на Фань Хао:

— У Шэ, ты…!

— Би Ань! Если ты станешь небожителем — я буду совершенствоваться ради этого; если ты станешь человеком — я буду жить среди людей; если ты станешь духом — я предпочту остаться духом!

Клятвенные слова Фань Хао прозвучали с такой твердостью, что все присутствующие духи невольно содрогнулись. Разве такое бывает? В преисподней, конечно, встречались одержимые духи, но подобных они видели впервые.

Яньло-ван был ошарашен и даже не обратил внимания на то, что Фань Хао с момента появления во Дворце Цзюлунь не удостоил его ни единым взглядом. Яньло-ван дернул уголком рта, приказывая Лошадиной Голове и Бычьей Голове внятно объяснить, что здесь происходит.

Лошадиная Голова убрал Цепь, Увязывающей Души, позволив Фань Хао беспрепятственно обнять Се И, и обреченно повел плечами:

— Мы обыскали всё под Мостом Цинюань, но тела Се И не нашли, зато наткнулись на этого новопреставленного, утопившегося в паводке, вот и привели его. Как раз вошли в пределы Подземного мира, и у него сработал Минъин Цянь.

Судья Цуй поспешно раскрыл Книгу Жизни и Смерти, чтобы тщательно проверить записи, и, узнав судьбу Фань Хао, задрожал еще сильнее.

— Яньло-ван! Этот дух… этот дух… — Судья Цуй не знал, как доложить об этом.

Видя его нерешительность, Яньло-ван пришел в ярость — позор для преисподней! — и прикрикнул:

— Что с этим духом?! Говори же! Если будешь мямлить, завтра же отправлю тебя в Шестой дворец к Яньло-вану, пусть там поджарят твой язык, тогда заговоришь четко!

Услышав о пытке языка в Шестом дворце, Судья Цуй вздрогнул и торопливо пробормотал, стараясь говорить разборчиво:

— Фань Хао, по прозвищу У Шэ, девятнадцать лет, родом из Цзинчжоу, в прошлой жизни — даосский ученик из Даосского Храма Трех Чистот на горе Цинчэн. Перед Зеркалом Грехов отразил добрые деяния, земная жизнь еще не окончена, сегодня покончил с собой, бросившись в воду!

Судья Цуй выпалил всё на одном дыхании, а Яньло-ван только хлопал глазами. О боги, ну что за напасть! Еще один дух, чья земная жизнь не окончена, заявился без приглашения!

Пока Яньло-ван ломал голову, прямолинейный Бычья Голова добавил еще одну пугающую новость:

— Яньло-ван, бренных тел обоих духов найти не удалось!

Нет тел — как вернуться в Мир Живых?

Проницательные глаза Яньло-вана округлились. Что за шутки? Разве это не ставит его в трудное положение? Отправить их к Десятому Царю Чжуаньлунь для перерождения? Это же тяжкий грех — идти против воли небес и менять судьбу!

Яньло-ван оказался меж двух огней. Глядя на обнимающихся Фань Хао и Се И, он поправил свой официальный головной убор и решил узнать мнение самих покойников:

— Вы… желаете переродиться?

Перерождение означает новую жизнь, необходимость явиться к Десятому Царю Чжуаньлунь, испить супа Мэн По и забыть всё прошлое. Разве тогда Се И не забудет Юань Е, а Фань Хао — Се И? Как же так! Поэтому Фань Хао и Се И в один голос ответили:

— Не желаем!

Духи вокруг снова охнули — разве бывают духи, которые не хотят переродиться? Мир мертвых велик, каких только безумцев не встретишь!

Яньло-ван был в отчаянии: вернуться нельзя, перерождаться не хотят. Неужели оставить их в Преисподней вечно скитающимися духами-любовниками?

Судья Цуй вдруг придумал выход: он наклонился к уху Яньло-вана и что-то зашептал. Черное лицо Яньло-вана озарилось довольной улыбкой, он кивнул и обратился к духам:

— Я вижу, что вы оба обладаете выдающимся талантом и мастерством. Раз вы хотите остаться в Преисподней и не желаете перерождаться, согласны ли вы стать служащими преисподней, чтобы заработать право на долгое пребывание здесь?

Если они останутся в Подземном мире, у Се И будет шанс встретить перерожденного Юань Е, так что он, конечно, был двумя руками за. А Фань Хао было все равно — лишь бы оставаться рядом с Се И, он готов был на что угодно. Обменявшись понимающими взглядами, они согласно закивали, принимая предложение Яньло-вана.

Яньло-ван был вне себя от радости — план Судьи Цуй помог разом решить обе проблемы. Опасаясь, что Фань Хао и Се И передумают, он поспешно указал на Лошадиную Голову и Бычью Голову:

— Вы! Эй, Малыш Лошадь, Старый Бык, живо отдавайте им Цепь, Увязывающую Души, и Копье, Забирающее Души!

Лошадиная Голова и Бычья Голова только сейчас поняли, что старый Яньло снова подставил парочку бедолаг! Впрочем, они не стали ничего говорить — в конце концов, это означало их собственную свободу, — и оба подошли, протягивая священные артефакты для захвата душ.

Се И принял цепь, Фань Хао — копье. Лошадиная Голова и Бычья Голова обучили их заклинаниям для призыва и трансформации артефактов. Се И и Фань Хао произнесли формулы, и Цепь, Увязывающая Души, тут же превратилась в сверкающий серебряный браслет, который идеально в три оборота лег на белоснежное запястье Се И, а Копье, Забирающее Души, с легким звоном обернулось изящным веером с черными золотыми спицами в руках Фань Хао.

Идеально! Эти артефакты будто были созданы специально для этой парочки черно-белых призраков! Даже Лошадиная Голова и Бычья Голова не могли не поразиться — уж не судьба ли это?

Яньло-ван с удовлетворением разглядывал новоиспеченных грозных воинов преисподней, расплываясь в улыбке. Кто бы мог подумать, что в его Подземном мире появятся такие похожие на небожителей призрачные чиновники! Какая удача! Вспомнив, что еще не назначил им должности, он радостно провозгласил:

— Се Биань, Фань Ушэ! Отныне вы назначаетесь на должность Посланников преисподней. Цепь, Увязывающая Души, будет удерживать призраков, а Копье, Забирающее Души — ловить земные души. Надеюсь, вы будете верно служить Преисподней!

…

Лошадиная Голова и Бычья Голова шагали впереди, чувствуя невероятное облегчение — наконец-то с них сняли эту хлопотную обязанность Посланников преисподней. Однако, движимые добротой, они чувствовали себя немного виноватыми перед новоприбывшими Се И и Фань Хао.

К тому же, Се И и Фань Хао были здесь новичками и совсем не знали порядков, поэтому Лошадиная Голова и Бычья Голова сами вызвались стать их проводниками по Царству Мертвых и сейчас вели их к Пятому дворцу, чтобы устроить на ночлег.

…

Не прошло и дня с тех пор, как Фань Хао и Се И превратились из простых смертных в призрачных чиновников. В душе они ощущали всю иронию судьбы. Особенно когда настала мертвая, зловещая тишина ночи в Подземном мире — оба притихли, сидя на кроватях друг напротив друга, погруженные в свои мысли.

В конце концов Фань Хао встал и подошел к Се И. Он просто не мог избавиться от привычки заботиться о нем, даже зная, что может снова натолкнуться на отторжение.

Се И понял, что Фань Хао хочет помочь ему улечься, и, тихо вздохнув, не стал сопротивляться.

Фань Хао сел рядом и, подняв руку, аккуратно снял с головы Се И заколку из белого нефрита. Длинные, словно чернила, волосы мгновенно рассыпались по узкой талии Се И, едва скрывая изысканный пояс с вышитыми серебряными нитями.

Фань Хао завороженно смотрел на тонкий, благородный профиль Се И: на опущенные веки с густыми ресницами, на прямой нос, на плотно сжатые тонкие губы…

Эта неземная красота Се Бианя навсегда останется для Фань Ушэ самым главным испытанием.

А в соседней комнате Лошадиная Голова уже развалился на широкой кровати, раскинув руки и ноги. Он еще не успел снять гранатово-красный халат, который плотно облегал его крепкие, мускулистые ноги.

Бычья Голова, не отрываясь, смотрел на него, и внутри у него невольно поднялась волна жара. Разве это не откровенный соблазн? Забыв об усталости, он тут же бросился на Лошадиную Голову и принялся стягивать штаны, готовясь отпраздновать сегодняшнее освобождение.

— Ах ты, проклятый бык! Ты меня раздавишь… — простонал Лошадиная Голова, пытаясь оттолкнуть нетерпеливого любовника, но против мощного быка у него не было шансов.

Бычья Голова прикрыл глаза от наслаждения и, высунув длинный влажный язык, принялся слизывать с полных губ Лошадиной Головы.

В его глазах не было во всем Царстве Мертвых губ более сексуальных, чем у Лошадиной Головы — таких больших, мягких и нежных. Лизать их было всё равно что лизать сахарную вату, и от них исходил приятный аромат корней и земли. Спустив штаны наполовину, Бычья Голова самозабвенно продолжал свое дело.

Ощущая горячий влажный язык на своих губах, Лошадиная Голова невольно издал стон, что еще сильнее разожгло страсть Бычьей Головы. Он перестал облизывать и принялся яростно целовать, покусывая губы.

— Ох, черт, куда ты так спешишь! Одежда… еще одежду не снял! — стыдливо и сердито проворчал Лошадиная Голова.

Бычья Голова, тяжело дыша, ответил:

— Больше не могу… я сгораю от желания!

Лошадиная Голова одним пинком сбросил застигнутого врасплох Бычью Голову с кровати:

— Желание у тебя в одном месте! Испортишь мой халат — завтра, как выйдем, заставлю тебя носить шкуру собственного собрата!

Бычья Голова поспешно вскочил, на ходу извиняясь:

— Лошадка, не злись, я виноват, хорошо?

Лошадиная Голова самодовольно закатил глаза и приказал:

— Вставай! И помоги мне раздеться!

Бычья Голова услужливо бросился снимать красный шелковый халат. Увидев, что лицо Лошадиной Головы смягчилось, а губы сложились в привычную игривую усмешку, давая понять, что он готов продолжить, Бычья Голова, не раздумывая, бросился на него снова.

http://bllate.org/book/41328/5267220

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь