Хун Юлин резким движением выхватил клетку и прижал к ладони.
Движение было настолько быстрым, что не удержавший равновесие Вэнь Юй кубарем покатился по дну клетки. Он попытался уцепться за прутья и встретиться взглядом с главным героем-пассивом, но уже соскользнул в самый угол. Его спина прижалась к металлической сетке, едва не превратив его в кошачью лепёшку.
А таинственная фигура, свернувшая за угол, как назло, этого не заметила.
Тот человек шёл сюда именно за котенком, но его слух чётко уловил голос настоящего хозяина, поэтому он не захотел задерживаться и ушёл, страшась, что от долгого пребывания у него зачешется сердце и он бросится усыплять животное. Не ведая, что именно из-за этого упустил свой шанс.
— Сяо Ян, возвращайся тоже, клетку я пришлю позже.
Бросив эти слова, Хун Юлин подхватил клетку и зашагал прочь.
Вэнь Юй воочию наблюдал, как ускользает его прекрасная возможность, и даже мысль о том, чтобы немного передохнуть, рухнула в один миг. Ему оставалось лишь сжаться в комок на дне клетки и злобно уставиться на аккуратно отутюженный карман брюк шедшего рядом человека.
— Какова вероятность того, что я порву его одежду, разозлю его и сбегу?
[По изначальному сюжету котенок еще не родился в срок, шансов выжить у него не было, я не знаю. Можешь буянить сколько угодно, но за результат я не ручаюсь.]
На этот раз 333 отвечал куда сдержаннее.
И эта сдержанность объяснялась тем, что Вэнь Юй был абсолютно не в силах решить проблему.
Когда нужно — тянет резину и болтает о всякой чепухе, а когда возникают трудности — отделывается отговорками. Теперь Вэнь Юй окончательно понял, что полагаться на Система нельзя ни в коем случае, иначе он даже не поймет, как провалил задание.
Щелк — дверь отперли снаружи.
Хун Юлин, уставший после нескольких часов на ногах, едва переступил порог дома, как сразу заметил сдвинутый угол стола, разбитую чашку и рассыпанный чай. Пол был выложен светло-серы клонами плиткой, поэтому на всеобщем безупречном порядке эта картина выделялась слишком резко, не говоря уже о клочьях кошачьей шерсти, валявшихся тут и там.
Он медленно перевел взгляд на клетку.
Заметив, что тот устремил на него неожиданный взгляд, Вэнь Юй сильно испугался. Руководствуясь мыслью, что он — кот и ему нечего бояться преследования, он оскалил крошечные молочные зубы и прямо-таки взвыл на него:
— Мяу!
Но голос крошечного котенка был тонким и тихим, и для Хун Юлина эта мнимая угроза звучала так, будто перед ним была хрупкая крошечная жизнь, чье бытие и гибель зависят от случайного движения пальцев:
— Значит, тебе страшно? И как же это ты выбрался?
Его палец просунулся в клетку и резко зажал Вэнь Юю челюсть. Бледные губы были крепко сжаты в подобие не то усмешки, не то улыбки — выглядело это довольно жутко.
Вэнь Юй затряс головой, пытаясь вырваться, но увы — безуспешно. Его челюсть была зажата в холодной ладони мужчины, и тогда он поднял лапку, приложил ее к локтю обидчика и попытался с силой оттолкнуть, а когда не получилось — принялся отчаянно колотить его.
Короче говоря, мучить тебя мне можно, а вот заковывать меня в кандалы, как домашнюю зверушку — нет. Совершенно верно, ни в психологическом, ни в физическом плане это недопустимо.
Однако его бурная возня лишь заставила Хун Юлина улыбнуться еще шире. Тот поднес клетку к стене, где раньше стояла ее законная обитель, протянул руку, распахнул дверцу, а затем, ухватив за шкирку, закинул Вэнь Юя обратно в его прежний дом.
— Скрип.
Дверь заперли, а ключ бросили на пол. Висящий открытым замок явно говорил о своей ненадежности. Хун Юлин поглазел на него пару секунд, так и не поняв, как тот открылся, махнул рукой на странность и придвинул пустую клетку вплотную к дверце, после чего свернул к столу и принялся что-то шарить в ящике.
— Чего это он ищет?
Вэнь Юй засомневался, впрочем, это было неважно — он думал лишь о том, как бы сбежать. Хотя, сбросив маскировку, можно было кое-как оттолкнуть пустую клетку, наглухо запертая дверь виллы оставалась преградой, которую ему не перепрыгнуть и не осилить.
Куда лучше дождаться глубокой ночи и ускользнуть тихонько: тогда, даже если главный герой-пассив его не приютит, по крайней мере, сохранится свобода воли — захочет, сам пойдет напролом.
— Щелк! —
Хун Юлин резко задвинул ящик стола обратно. В ладони он сжимал кодовый замок — тот самый, с металлическим блеском, размером примерно с младенческий кулачок, снабженный цепью с инкрустированными украшениями, похожими на серьги или пирсинг для губ.
Вэнь Юй увидел, как тот направляется к нему.
Он шумно сглотнул слюну и испуганно отпрянул назад, но сама клетка вплотную прилегала к стене, и пусть даже в высоту она достигала колена взрослого человека, пространство все равно оставалось замкнутым — отступать было некуда. От охватившей его тревоги зрачки кота сузились в точки.
— Мяу-мяу! Мяу-мяу!
(Чего тебе надо? Проваливай!)
Вэнь Юй уже решил, что этот тип собирается отхлестать его этой штуковиной, и мысленно обругал его, решив, что в того вселился злой дух — раз уж он готов распустить руки перед таким слабым на вид созданием. Да гори этот мир синим пламенем, все эти атакующие — сплошные мерзавцы, каждый до единого!
Неудивительно, что задание заключалось в том, чтобы остаться рядом с главным героем-пассивом.
Хун Юлин подошел вплотную и без лишних слов распахнул дверцу. Его бледная, источающая холод рука прямою наводкой двинулась к Вэнь Юю. Раздалось два щелчка — лязг! лязг! — и он приковал один конец цепочки-подвески к целой лапке котенка, а второй — к прутьям на верхней части клетки. И надо же, держалось на совесть.
— Мяу!
(Тц!)
Вэнь Юй признавал, что поначалу воображал этого человека настоящим демоном.
Впрочем, раз уж он привязан за лапу, то даже если поведение хозяина оставляет желать лучшего, тот изверг получил по заслугам.
Хун Юлин запер маленькую дверцу на замок, код от которого знал только он сам. Опустив веки, он заметил, что размоченный в клетке прикорм остался нетронутым — голодной смертью животное не умрет, — а затем оперся руками о колени, выпрямился в полный рост и, ничтоже сумняшеся, отвернулся и ушел.
Тот скрылся в спальне и затворил за собой дверь.
Тишина, воцарившаяся вокруг, заставила Вэнь Юя чувствовать себя не в своей тарелке. А 333, до этого молчавшее всё это время, судя по всему, раздобыло кое-какие сведения и вновь подало голос.
[Я выяснил причину эмоциональной нестабильности третьего мужского персонажа.]
— Выкладывай.
Вэнь Юй отнесся к его словам скептически.
[По изначальному сюжету третий мужской персонаж не смог завоевать доверие отца, его карьера покатилась под откос, и даже любые животные питомцы испытывали к нему отвращение и шарахались от него — принять его смог только главный герой-пассив.]
— Стоп.
Он внезапно оборвал речь 333.
— Нет, дело не в этом. Или не только в этом. Ты знаешь, он ведь вообще не похож на человека! От него даже человеческим духом не веет, какая уж тут к черту искупление и спасение?
333 считало себя Системой-наставником, удерживающей бразды правления в своих руках, и тем более не понимало, почему его расследования подвергают сомнению, находя их ненормальными.
У этого ИИ номер один явно были проблемы с мозгами, и Система теперь думала лишь о том, как бы вернуться и отправить старичка на переаттестацию.
http://bllate.org/book/41291/5262599
Сказали спасибо 0 читателей