�
Не успел Цзин Ань присесть, как тётушка Ли в цветастом фартуке принесла эмалированную кружку. В ней ещё дымилась свежеприготовленная сладкая вода.
— Цзин Ань, выпей водички. На днях Минхуа приходил в больницу, и ему сказали, что тебе ещё нужно наблюдаться. Почему же сегодня уже выписали? Ты совсем поправился?
— Меня обследовали. Врач сказал, что всё в порядке и можно долечиваться дома.
Цзин Ань взял кружку, оглядел комнату и сначала поприветствовал сидевшего за столом Лю Минхуа:
— Минхуа, с работой уже управился?
Затем перевёл взгляд на девушку с двумя косами и улыбнулся:
— И Минчжу здесь. С каждым разом всё лучше выглядишь!
Лю Минхуа отозвался:
— Закончил, сегодня ещё и с работы пораньше отпустили. Знал бы, что ты выписываешься, обязательно пришёл бы за тобой.
А Лю Минчжу несколько смущённо улыбнулась:
— Братец Цзин Ань, я услышала от брата, что ты попал в больницу. Хотела сходить вместе с ним навестить тебя, но боялась помешать отдыху.
Говоря это, она крепче стиснула блокнот в руках, а улыбка постепенно сошла с лица.
Тётушка Ли вытерла мокрые руки, села рядом с Лю Цзяньцяном и тяжело вздохнула:
— Всё из-за работы Минчжу. Мы раньше через знакомых договорились с кооперативным магазином, чтобы её взяли продавцом. Даже с директором поговорили. А вчера вдруг объявили, что место отдали другому.
— Стали выяснять, оказалось, у той семьи есть влиятельные знакомые. Связи посильнее наших, вот они и отняли место.
— Я расспросила других работников кооператива, но они тоже ничего поделать не могут. Сверху уже распорядились, сказали только ждать новых известий.
Лю Цзяньцян достал сигарету, закурил, затянулся и мрачно произнёс:
— Если Минчжу в этом месяце не найдёт работу, её отправят в деревню.
— Мы с тётушкой Ли обсудили: если ничего не получится, вместо неё поедет Минхуа. Он всё-таки парень, ему легче выдержать тяжёлую деревенскую работу. А девушке там придётся слишком туго.
— Отец правильно говорит! — тут же подхватил Лю Минхуа, и, когда он посмотрел на сестру, взгляд его смягчился. — Я старший брат, мне и положено тебя защищать. Ничего страшного, если поеду в деревню. Через пару лет порядки, может, станут мягче, тогда вернусь и найду работу. А ты останешься в городе под присмотром родителей, нам будет спокойнее.
— Нет!
Лю Минчжу резко подняла голову. Глаза у неё сразу покраснели.
— Брат, ты ведь уже встречаешься с сестрой Сюя! Через полгода собираетесь обручиться, а когда подойдёт возраст — расписаться и пожениться.
— Если ты отправишься в деревню, что станет с вашими планами? И почему вообще ты должен ехать вместо меня? Это моё дело, мне за него и отвечать!
— Хватит вам спорить.
Тётушка Ли потёрла уголки глаз, голос у неё охрип:
— Я ещё поговорю с людьми из уличного комитета. Если ничего не выйдет, пусть Минчжу хоть временную работу найдёт. Это всё же лучше, чем отправлять Минхуа в деревню.
Но по её голосу было ясно, что особой надежды она не питает.
В комнате сразу стало тяжело и тихо. Глядя на понурые лица членов семьи, Цзин Ань вдруг придумал, что делать. Он поставил эмалированную кружку и откашлялся:
— Дядя Лю, тётушка Ли, я ведь сегодня пришёл не только проведать вас. Хотел ещё кое-что обсудить.
— Говори, Сяо Ань.
Лю Цзяньцян поднял на него глаза с лёгким недоумением.
— Помните, я сдал экзамен на должность сотрудника отдела закупок текстильной фабрики?
Цзин Ань слегка постучал пальцами по столу и серьёзно продолжил:
— В последнее время дома слишком многое произошло. В прошлом году умерли дедушка с бабушкой, а в этом случилась история с семьёй Хэ Говэя. У меня всё это камнем на сердце лежит. Хочется сменить обстановку.
— Сейчас как раз призывают образованную молодёжь ехать в деревню. Вот я и подумал, почему бы не поехать? Смогу сделать что-нибудь полезное и заодно немного прийти в себя.
При этих словах все в комнате замерли. Лю Цзяньцян немедленно отложил сигарету:
— Что ты такое говоришь? Да на текстильной фабрике прекрасная работа! Государственное предприятие, стабильная зарплата. Люди за такое место бьются, а ты собрался от него отказаться?
— Дядя Лю, я знаю, что место хорошее. Но мне сейчас действительно не хочется здесь оставаться.
Цзин Ань улыбнулся, затем сменил тему и посмотрел на Лю Минчжу:
— Я как раз думал, кому бы передать эту работу. А теперь услышал о неприятностях Минчжу и понял: ей она отлично подойдёт.
— Она окончила старшую школу, внимательная, грамотная, обязательно справится. Тем более я ещё не оформил документы о приёме на работу. Могу просто привести Минчжу и сразу всё устроить.
— Мне?!
Лю Минчжу резко вскинула голову, округлила глаза и судорожно вцепилась в край одежды.
— Братец Цзин Ань, ты… ты ведь не шутишь? Это же должность служащего на государственной фабрике!
— Разумеется, не шучу, — твёрдо ответил он. — Будешь стараться, и всё у тебя получится.
Но едва он договорил, Лю Цзяньцян решительно замахал руками. Лицо его стало строгим:
— Цзин Ань, так нельзя. Это твоя работа! Нельзя просто взять и отдать её кому-то. Мы, конечно, не богачи, но и такой огромной выгоды даром принимать не станем.
— Дядя Лю, не говорите так, — поспешил объяснить Цзин Ань. — Когда я лежал в больнице, вы хлопотали обо мне, заплатили за лечение, помогали расследовать дело Хэ Говэя. Вы, можно сказать, жизнь мне спасли. А я ещё ничем не отплатил за вашу доброту.
— К тому же я всё равно решил уехать в деревню. Так или иначе место пришлось бы кому-нибудь уступить.
— Добро — это одно, а работа — совсем другое! — перебил его Лю Цзяньцян не терпящим возражений голосом. — Если ты не возьмёшь деньги, наша Минчжу ни за что не согласится на это место!
— Я узнавал: такая работа стоит на рынке восемьсот юаней. У нас дома эти деньги есть, собирать не придётся. Ты обязан их взять! А если откажешься, значит, и вправду не считаешь меня своим дядей, а Минхуа — другом.
Цзин Ань посмотрел на решительное лицо Лю Цзяньцяна. Он понимал, что тот человек принципиальный: продолжать отказываться значило лишь обидеть его. Пришлось согласиться:
— Дядя Лю, не волнуйтесь так. Возьму, возьму, разве можно вам отказать?
Лю Цзяньцян сразу успокоился и вновь улыбнулся:
— Вот и правильно! С деньгами сможешь побольше вещей захватить в деревню, да и нам спокойнее.
Тётушка Ли тоже закивала и взяла Цзин Аня за руку:
— Цзин Ань, хороший ты ребёнок. Наша семья всю жизнь будет помнить твою доброту.
Лю Минхуа хлопнул его по плечу:
— Цзин Ань, спасибо тебе огромное. Иначе мне бы и правда пришлось готовиться к отъезду в деревню.
Лю Минчжу вытерла слёзы у глаз и серьёзно посмотрела на него:
— Братец Цзин Ань, обещаю: когда поступлю на фабрику, буду работать изо всех сил и не подведу ни тебя, ни родителей!
— Молодец, старайся. Завтра в десять утра жди меня у ворот текстильной фабрики. Проведу тебя оформлять документы.
Цзин Ань улыбнулся, взял со стола сладкую лепёшку и откусил кусочек. Во рту разлился приятный сладкий вкус.
За окном постепенно темнело. Свет из коридора падал сквозь окно на улыбающиеся лица, и на сердце становилось тепло.
В этой маленькой квартире длинного жилого корпуса царили семейная забота и искренняя дружба.
За ужином Цзин Ань поднял эмалированную кружку в сторону Лю Цзяньцяна:
— Дядя Лю, меня только выписали, поэтому пить спиртное пока нельзя. Сегодня подниму вместо вина чай. Спасибо вам и тётушке Ли за постоянную заботу.
Лю Цзяньцян ответил:
— Это нам тебя благодарить надо. Давай ешь, твоя тётушка Ли такие вкусные рёбрышки приготовила!
Тётушка Ли беспрестанно подкладывала еду в миску Цзин Аня, а Лю Цзяньцян рассказывал, что важно помнить при жизни в деревне:
— Возьми пару тёплых ватников. Там по утрам и вечерам холодно. Если возникнут трудности, не держи в себе, напиши мне. Минхуа тоже сможет прислать тебе что-нибудь.
http://bllate.org/book/41196/5405095
Сказали спасибо 0 читателей