Готовый перевод Captured After Escape, The Dangerous Emperor Darkens / Пленник одержимого императора: цена любви: Глава 13

Линь Чаньюнь расставил завтрак на столе: маленькие зеленые палочки из теста, замешанного на шпинатном соке, пиала белого риса с мелко нарезанным салатом, отчего она выглядела подозрительно зеленой, зеленые маринованные водоросли и хрустящие ломтики зеленой редьки. Рядом красовались зеленоватые пельмени сяолунбао и яйца, чья скорлупа тоже окрасилась в зеленый цвет из-за шпинатного сока.

Шэнь Чжиань бросил взгляд на завтрак, а затем перевел его на Линь Чаньюня.

Вэнь Сиси намеренно заставила Линь Чаньюня прохлопотать все утро, и только когда завтрак был подан, произнесла:

— Я вспомнила об одном отличном месте с утренним чаем. Шэнь-гэ, давай сходим туда вместе?

— Хорошо.

Шэнь Чжиань поднялся. Вэнь Сиси взяла его под руку и, прильнув с нежностью молодоженов, вместе с ним направилась к машине.

Линь Чаньюнь смотрел на весь этот зелёный стол, и внезапно ему стало смешно. Кто вообще внушил ему, что у него есть право капризничать перед Шэнь Чжианем? Линь Чаньюнь поднял руку и перевернул стол.

***

Его руки зажили почти полностью, и Линь Чаньюнь отправился в мастерскую. Только когда он был полностью поглощен работой, ему удавалось ни о чем не думать. Его младший ученик сегодня в магазин не пришел — в университете были дела, и он уехал в С-ский университет.

Работа предстояла тонкая: нужно было отреставрировать антикварную вазу, при этом подогнать осколки под старину. Стоило хоть на миг отвлечься, как можно было легко ошибиться и нарушить первоначальный цвет. Лучшим мастерством реставрации считалось умение вернуть предмету первозданный вид.

Линь Чаньюнь как раз шлифовал осколок, когда в магазин вошли посетители. Он даже не поднял головы, сосредоточенно продолжая работу, и лишь бросил:

— Подождите немного.

Прошло полчаса, прежде чем он закончил. Руки ныли от усталости, и, осторожно отложив осколок, Линь Чаньюнь поднял глаза на гостя. Оказалось, что Юй Фэн уже успел придвинуть стул и, опершись локтями о стол, пристально наблюдал за ним.

— Вы, мастера, такие неосторожные. Так сильно обжечь руки...

Юй Фэн опустил взгляд на шрамы от ожогов на руках Линь Чаньюня. Они выглядели уродливо и пугающе, совершенно не сочетаясь с его кожей, нежной, словно нефрит. Юй Фэн подумал, что кипяток, который так изуродовал эти руки, был просто проклятым.

Линь Чаньюнь, однако, никак не отреагировал, сказав лишь:

— Когда закончу реставрацию, я дам знать.

Линь Чаньюнь отошел в сторону, чтобы выпить воды. Юй Фэн спрыгнул со стула и последовал за ним:

— Я пришел в твой магазин, чтобы поддержать бизнес, разве я не могу?

Линь Чаньюнь пил воду, его кадык мерно двигался. Юй Фэн не упустил случая полюбоваться этим зрелищем, дождался, пока Линь Чаньюнь поставит стакан, и лишь тогда пододвинул к нему прямоугольную парчовую шкатулку.

— Мой кот такой шкодник, разодрал эту картину. Посмотришь, можно ли ее починить?

Тон Юй Фэна был подчеркнуто небрежным, словно это действительно была случайность, а не он сам намеренно подсадил кота к свертку. Линь Чаньюнь открыл шкатулку, вынул свиток и, осторожно развернув его, невольно ахнул — сердце сжалось от боли при виде испорченного подлинника.

Он посмотрел на Юй Фэна:

— Если твой дед узнает, он сначала прибьет кота, а потом убьет тебя.

— Почему это?

— В конце концов, ты — главный виновник.

Линь Чаньюнь небрежно разрушил все планы Юй Фэна.

Юй Фэн: «...»

Он попытался оправдаться:

— И при чем тут я? Это мой кот, он просто слишком избалован. Если дед узнает, он его точно не пощадит. Если тебе его жалко, я могу замолвить за него словечко.

Линь Чаньюнь с тяжелым сердцем разглядывал через увеличительное стекло работу великого мастера, безжалостно разорванную когтями. Чем дольше он смотрел, тем сильнее становилось чувство невыносимой жалости к загубленному сокровищу.

— Лучше начни молить о пощаде за себя самого, — с горечью ответил Линь Чаньюнь.

— Но это действительно кот.

— Ты и есть тот самый кот.

Увидев, насколько Линь Чаньюнь был уверен в своих словах, Юй Фэн рассмеялся, а затем спросил:

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты понятия не имеешь, насколько эта картина ценна. В музее города А хранится такая же, она там — главное достояние коллекции.

Юй Фэн: «...»

Стоп, кажется, он зашел слишком далеко? Он схватил первое, что попалось под руку, неужели это такая ценность? Разве это не просто старая мазня? Неужели дед его убьет? Вряд ли... он ведь у него единственный внук. Но ногу сломать может.

Юй Фэн снова: «...»

Он наконец перестал улыбаться, став серьезным:

— Ее можно починить? Так, чтобы следов повреждений не было видно? Я доплачу.

— Я не работал с вещами такого уровня. Лучше поищи профессионала.

Линь Чаньюнь осторожно свернул свиток и положил обратно в шкатулку.

— А разве ты не профессионал? Я верю только тебе, доверяю ремонт тебе.

Юй Фэн снова пододвинул шкатулку. Линь Чаньюнь вздохнул:

— Ты до сих пор не понимаешь серьезности ситуации. Даже если ты доверишь это мне, я не осмелюсь взяться за работу.

Юй Фэн хотел что-то сказать, но зазвонил телефон. Он показал Линь Чаньюню экран:

— Что делать?

Линь Чаньюнь увидел, что звонит дед. Он улыбнулся Юй Фэну, и в этой улыбке промелькнуло озорное злорадство:

— Не знаю.

Юй Фэн замер. С тех пор как он познакомился с Линь Чаньюнем, тот всегда казался ему небожителем, далеким от мирской суеты. Впервые он увидел в нем что-то земное, живое. И эта улыбка была настолько ослепительной, что Юй Фэн, казалось, потерял дар речи.

Он стоял, остолбенев, словно лишившись души, и машинально ответил на звонок, поднеся телефон к уху:

— Алло, кто это?

— Ты унес мой Свиток холодных лесов?

— Я... у меня есть друг, который хотел взглянуть.

— Ну хорошо, хорошо, юный господин Юй, я скажу тебе так: если ты внук, то можешь быть гордым и высокомерным, но если ты тронул мой Свиток холодных лесов — живым тебе не уйти!

— ...

Старейшина Юй на том конце провода буквально рычал:

— Даю тебе двадцать минут! Если я не увижу тебя перед собой, берегись!

— Дедушка...

— Не называй меня дедушкой!

Старейшина Юй был в таком бешенстве, что, казалось, вот-вот перейдет на визг. Юй Фэн посмотрел на отключившийся телефон, и его руки наконец дрогнули. Он обернулся к Линь Чаньюню:

— Спаси... спаси меня...

http://bllate.org/book/41176/5242984

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь