Готовый перевод My Ice Beauty Teacher Is a Calico Cat / Мой ледяной профессор — трёхцветная кошка: Глава 4

Слегка удлинённая короткая чёлка слегка прикрывала лоб, из-под опущенного взгляда виднелись длинные, похожие на младенческие ресницы. Высокий переносицы, лишённый какой-либо резкости, бросал мягкую тень на белоснежную кожу, создавая образ одновременно объёмный и мягкий.

Чёрное худи с капюшоном, под которым белел флисовый джемпер, делали его похожим вовсе не на преподавателя марксизма, а скорее на студента колледжа.

Тёплые лучи солнца падали на него, словно окутывая слой за слоем тёплой пушистой золотистой вуалью, отчего этот человек казался ещё более призрачным и сказочным, чарующе-невинным.

А в тот момент, когда он поднял голову, Лу Цзинчуань и вовсе замер на месте.

У него были словно кошачьи глаза, чуть приподнятые к внешним уголкам, а в переливе водной глади таилось невероятное манящее очарование. К тому же зрачки оказались янтарными, сияющими... точно... точно как у гордого кота...

Лу Цзинчуань: «!!!»

— Кто?

— Преподаватель Чу, кого вы только что сказали, завалил экзамен?

Старший Гао аж подпрыгнул. Неужели он расслышал? Чу Чжань ухитрился завалить предмет Лу Цзинчуаня?!

Лу Цзинчуань был невероятно знаменит в университете Ф. И уровень его популярности в стенах учебного заведения, и выдающиеся навыки работы с компьютером, и профессиональные способности, и стоящая за его спиной влиятельная Корпорация Лу — любая из этих тем, стоило ей всплыть, становилась предметом всеобщей зависти.

Поэтому он по праву считался приоритетным объектом для взращивания в университете Ф, пусть даже этот объект отличался полным своенравием, непослушанием, вечными прогулами, способностью сдавать экзамены ровно на шестьдесят баллов при знании материала на отлично — все преподаватели университета Ф неизменно баловали и опекали его.

Все молчаливо сходились на том, что он просто тратит время на более осмысленные вещи, а к воспитанию высококлассных талантов нужно подходить без лишних формальностей...

И вот результат — Чу Чжань завалил его марксизм?!

Преподаватели в офисе были потрясены до глубины души, даже преподаватель Янь, чей предмет из года в год отличался самым низким процентом несданных экзаменов, едва удержался на ногах.

В мгновение ока сидевшие и стоявшие преподаватели дружно уставились на офисные часы. Хотя до начала пары оставалось ещё полчаса, они синхронно подскочили на ноги и принялись собирать вещи, излучая полную готовность срочно сделать ноги.

Да и в самом деле, разве не так?

Чу Чжань завалил предмет Лу Цзинчуаня, а этот непокорный, бунтарский и своенравный тип, для которого пересдача была хуже смерти, разве не явится сюда с расправой?!

Бежать, бежать скорее, пока не явился этот царь подземного мира!

Но было уже поздно...

Стоявший в дверях Лу Цзинчуань случайно столкнулся со спешившим мимо студентом, и только тогда пришёл в себя и вспомнил, зачем вообще пришёл. Войдя в офис, он нос к носу столкнулся с преподавателями, собиравшимися сбежать.

Преподаватели: «...» Ну всё, конец...

— Здравствуйте, преподаватели, я ищу преподавателя марксизма... Чу... преподавателя?

Разборки разборками, а вежливость никто не отменял. Лу Цзинчуань вежливо и учтиво поприветствовал всех преподавателей, только вот взгляд его уже давно уплыл в сторону окна — к той сидящей там холодной красавице.

Лу Цзинчуань уже целый семестр не посещал ни одной пары по марксизму, поэтому не был уверен, тот ли это человек, которого он ищет, да и само словосочетание преподаватель Чу он произнёс лишь по подсказке соседей по комнате.

Услышав это и прекрасно понимая, что вежливость соблюдена, но бежать всё равно придётся, преподаватели в полном составе уставились на сидевшего у окна Чу Чжаня.

Преподаватель Чу даже не поднял головы, продолжая изучать план урока. Это было поистине полное слияние с природой: явится ли кто-то с расправой или решит соблюсти формальности перед боем — казалось, всё это не имело к нему никакого отношения.

На самом деле дело было вовсе не в том, что Чу Чжань держался ледяной глыбой — просто он ощущал, как его охватывает всё более странное недомогание. Если подсчитать дни, должно быть, наступало время для Принятия человеческого облика.

Точные сроки Принятия человеческого облика каждый раз оставались под вопросом, однако погрешность не должна была составлять слишком много. В прошлый раз это случилось пятнадцатого числа, а сейчас шло только пятое, до срока оставалось ещё дней десять...

Лу Цзинчуань уверенным шагом направился к Чу Чжаню.

Чем ближе он подходил, тем отчётливнее понимал, откуда взялась и чем была вызвана фраза, которой описывали Чу Чжаня: Холодлен как первый снег, ослепителен как иней на цветах, стаен словно морозная сосна, статен словно зимняя слива.

Красив — слов нет, а холоден — так и вовсе до жути.

Мужчины такой невероятной красоты встречались крайне редко, в его внешности и вовсе было что-то нечеловеческое.

А возраст... совсем молодой. Неужели этот человек и вправду окажется таким же занудным преподавателем марксизма, как старый книжный червь?

Лу Цзинчуань вовсю таращил свои звёздные глаза, изучая всё сверху донизу, слева направо. На этом коротком десятиметровом отрезке он умудрился идти так, словно передвигался с зажатым в руках микроскопом.

И лишь когда он подошёл вплотную, Чу Чжань наконец оторвал взгляд от конспекта.

Он вполне оправдывал ходившие о нём слухи как о непреклонном, строгом и серьёзном старом книжном черве. Если бы не столь ослепительная красота лица, Лу Цзинчуань наверняка насмерть замёрз бы под этим холодным взглядом, которым Чу Чжань окинул его.

— Здравствуйте, преподаватель Чу, — произнёс Лу Цзинчуань.

Чу Чжань кивнул, на мгновение задержав взгляд на стильной короткой стрижке парня, а затем перевёл его на его ошеломляюще красивое лицо.

Лу Цзинчуань был невероятно популярен в университете Ф. Даже такой закоренелый и оторванный от внешнего мира старый книжный червь, как Чу Чжань, в общих чертах слышал о его подвигах. Нрав у парня был крайне вздорный и бунтарский, особенно отличался он полным нежеланием подчиняться правилам.

С самого детства слывший настоящим исчадием ада, он только и делал, что дрался и прогуливал уроки. Едва поступив на первый курс, он заявился на баскетбольный матч и за участие в грязной игре противника ответил мощным блок-шотом, отправившим того прямиком на больничную койку.

Следом, уже на второй неделе, его подвергли официальному выговору за взлом университетской сети. Но это ничуть его не исправило: под предлогом проведения внутреннего тестирования безопасности он снова взломал сайт вдоль и поперёк сразу после того, как тот восстановили и обновили.

В конце концов руководству пришлось привлечь самого Лу Цзинчуаня к модернизации университетской сети защиты. И по сей день большую часть сетевого программирования кампуса составляли его разработки, что действительно до определённой степени повысило безопасность.

Позже он представлял университет Ф на межуниверситетских состязаниях по программированию среди ведущих вузов, где не только завоевал первое место, но и установил рекордный за всю историю результат. Разумеется, если бы в самом конце он не сцепился с участником из университета А и едва не разнёс компьютерный класс...

Все эти подвиги составляли лишь верхушку айсберга, а их масштаб пугал куда сильнее. Если посмотреть на это под таким углом, становилось совершенно понятно, почему все преподаватели так опасались его и старались держаться подальше.

Теперь же, когда Лу Цзинчуань уже вломился внутрь, спешившие ранее сбежать преподаватели передумали так сильно торопиться. Им почему-то вдруг захотелось посмотреть, что случится, когда столкнутся две такие легендарные фигуры университета Ф.

http://bllate.org/book/41120/5234622

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь