— Эмм... дело в том, что наша школа сейчас тоже занимается этим вопросом. Репутация у этого ученика изначально была не самой лучшей, и теперь завуч намерен исключить его, так что завтра мы как раз собираемся вызвать его родителей в школу.
— Хорошо, я всё же надеюсь, что школа сможет дать нам, родителям, объяснение.
— Обязательно, просто...
— Если у учителя есть что сказать, можете говорить прямо.
— Хоть я и знаю, что Линь Цзинмо хотел помочь однокласснику и протянул руку помощи, он действительно сильно избил Цинь Жэндуна, поэтому завтра вам, возможно, тоже придется прийти, чтобы обсудить вопрос с медицинской компенсацией.
— Без проблем.
— Тогда, если больше ничего срочного нет, я пока вешаю трубку. Если возникнут какие-то вопросы, обращайтесь.
— Хорошо, учитель, ложитесь спать пораньше.
Конечно, это была лишь вежливая формальность, и Су Ихань знала, что у Су Цзюаньвань сейчас наверняка уйма дел, ожидающих её решения.
Рано утром Су Ихань приготовила для обоих завтрак, хотя и не была уверена, станут ли они его есть.
Прибыв в кабинет Су Цзюаньвань, Су Ихань еще у дверей услышала, как громко кричит какой-то родитель, а кто-то другой плакал.
Не нужно было и гадать, чтобы понять: это родители Цинь Жэндуна. Су Ихань решила не обращать на них внимания и, прямо толкнув дверь, прошла мимо.
— Здравствуйте, учитель, — Су Ихань подошла к Су Цзюаньвань.
— Здравствуйте, присаживайтесь, пожалуйста!
Отец Цинь Жэндуна, заметив Су Ихань, даже не пытаясь во всём разобраться, тут же принялся орать на неё:
— Это твой сынок избил моего ребенка до такого состояния! Как ты только мать после этого?!
Су Ихань ничуть не растерялась:
— Верно, это мой сын избил.
— Ты еще и смеешь признавать! Не попадайся мне на глаза со своим сынком, иначе я его точно до смерти забью палкой!
Су Ихань вовсе не сочла это угрозой, ей это показалось лишь смешным:
— Вот как? Тогда еще предстоит посмотреть, хватит ли у тебя на это способностей!
— Ты!
Су Ихань повернулась и обратилась к Су Цзюаньвань:
— Учитель Су, а мне вот кажется, что ваше вчерашнее предложение было просто отличным. Вы говорили об этом с его родителями?
Классный руководитель шестого класса подсел ближе:
— Еще нет, они едва пришли, как сразу подняли крик и плач, так что нас они совершенно не слышат.
— Тогда давайте покончим с этим побыстрее. Сколько они требуют на лечение?
Классный руководитель шестого класса даже смутился и тихо произнес:
— Их семья требует тридцать тысяч.
— Что?! — ошеломленно воскликнула Су Цзюаньвань. — Да даже если его сын получит еще пару ударов, это никак не стоит тридцать тысяч!
— Ты как разговариваешь?! — мать Цинь Жэндуна залилась горючими слезами. — Бьют-то не твоего ребенка, вот тебе и всё равно! А у меня, у матери, сердце кровью обливается от боли!
Твой ребенок сам напросился, так ему и надо!
Именно это, должно быть, подумало большинство присутствующих...
Су Ихань больше не хотела с ними спорить:
— Хорошо, я переведу деньги этому учителю, а вы уж передайте их им.
Родители Цинь Жэндуна, видя, как легко она расстается с деньгами, сперва рассчитывали сорвать куш побольше, но не успели они и рта открыть, как классный руководитель их собственного сына огорошил их новостью об исключении Цинь Жэндуна.
— Что?! — На каком основании вы исключаете моего сына?!
— Вот заявление о согласии, подпишите его, и завтра же можете отправлять Цинь Жэндуна в школу забирать вещи.
Классный руководитель шестого класса тоже больше не желал иметь никаких дел ни с самим Цинь Жэндуном, ни с его родителями.
— Я перевела вам деньги, как только подпишете, можете быть свободны.
— Нет, учитель, вы не можете так поступать! Наш Цинь Жэндун очень хорошо учится, раньше он был одним из лучших в классе, вы не имеете права просто так, без всяких причин исключать моего сына!
— Именно, наш сын такой способный! Вы что, не боитесь, что после того, как он уйдет, в вашей школе станет на одного перспективного кандидата в Цинхуа или Пекинский университет меньше?!
Учителя шестого класса едва не рассмеялись от злости:
— Послушайте, уважаемая родительница, вы где вообще нахватались этих сплетен? Вы что, никогда не заглядываете в контрольные работы Цинь Жэндуна?
— Дело в том, родители Цинь Жэндуна, у нас как раз сохранились результаты предыдущего финального экзамена. Хотите... взглянуть?
— Давайте сюда ваши взгляды! Наш сын говорил нам, что всегда держится в верхушке школьного рейтинга!
— Быть не может!
Увидев жалкие оценки Цинь Жэндуна, оба родителя смотрели на них глазами, полными неверия.
— Это вы специально подделали оценки, чтобы оговорить моего сына! — мать Цинь Жэндуна сорвалась на крик.
Этого просто не мог быть: сын ведь лично уверял её, что находится в самом начале школьного рейтинга и что многим до него далеко.
— Если он обманывал даже вас, неужели вы думаете, что он — невинная жертва?
— Не может быть, не может быть... — бормотали родители Цинь Жэндуна. Они не верили. Им нужен был ответ от самого сына.
Нужно вернуться домой, найти сына и услышать от него самого...
Су Ихань смотрела вслед удаляющимся фигурам. Они были уже немолоды, и, судя по всему, Цинь Жэндун был их поздним ребенком. Когда они ушли, оба учителя разговорились и вспомнили, что раньше у этой пары тоже был мальчик, но он с рождения страдал болезнью сердца и умер одной зимой. С тех пор младший сын стал их единственной отрадой и смыслом жизни на этом свете. Супруги всегда верили, что в будущем сына ждет великое будущее и он станет главной опорой семьи. Но вот только...
Хотя Су Ихань и говорила, что не хочет вмешиваться, все люди несовершенны, а в мире живо милосердие, поэтому она перевела еще пятьдесят тысяч на телефон классного руководителя Цинь Жэндуна с напутствием передать родителям мальчика, будто это премия за недавнее участие сына в конкурсе.
— Ах~ — Линь Цзинмо потянулся, прищурившись бросил взгляд на будильник: часовая и минутная стрелки уже показывали девять часов, но тело отчаянно хотело продолжить лежать в постели и досматривать утренние сны.
— Вставай, — заметив, что он наконец открыл глаза, произнес Шэн Цзинсэнь.
— М-м~ — лениво отозвался Линь Цзинмо и снова перевернулся на другой бок, собираясь поспать еще немного.
— Давай поднимайся, еда уже остыла.
Шэн Цзинсэнь беспомощно улыбнулся и протянул руку, поднимая Линь Цзинмо с постели.
— Знаю я! — пробормотал Линь Цзинмо, садясь, потер глаза, зевнул и неторопливо поплелся с кровати умываться.
http://bllate.org/book/41101/5232499
Сказали спасибо 0 читателей