Готовый перевод The CEO Becomes a Cripple, the Younger Actor is Taken Home / Разбитый титан и его настойчивый волчонок: Глава 3

У его ног валялся укатившийся зелёный пустой флакон.

Шэнь Ши механически поднял его, чтобы осмотреть…

Как такое возможно…

Откуда у него это…

Алые пятна мгновенно залили уголки глаз, проступили на белках, всюду вздулись красные сосудистые сеточки. Он в ярости схватил Тянь Чуаня за воротник: — Ты так сильно рвался на свободу? Готов даже жизни лишиться, лишь бы сбежать? Так сильно переживаешь за этого убийцу Тань Цунбэя? Неужели ты думаешь, что если умрёшь, Тань Цунбэй уж точно не вернётся на родину? Когда ты выпил эту дрянь, было ли в твоем сердце… хоть на йоту места для меня?!

Губы Тянь Чуаня едва заметно зашевелились, он попытался что-то сказать, но изо рта хлынули лишь широкие алые потоки.

— Нет… не надо… — Шэнь Ши запаниковал и инстинктивно зажал Тянь Чуаню рот и нос, словно это могло его спасти, но кровь всё равно сочилась сквозь его пальцы. — Больница… в больницу…

Шэнь Ши метался по комнате, словно потерявшая голову муха. Его руки дрожали настолько сильно, что он едва удерживал телефон, тот несколько раз выскальзывал, но наконец ему удалось дозвониться до скорой.

— Подвал номер восемь в Миндучэне, да-да, когда выпил… Я не знаю… Я не знаю, прошло уже какое-то время, я… я лепил пельмени, я понятия не имею, когда он… Скорее, умоляю вас, человеку совсем плохо, приезжайте же!

— Вызвать рвоту… да-да, вызвать рвоту… — Шэнь Ши рухнул на колени и, следуя инструкциям диспетчера, разжал Тянь Чуаню челюсти, засовывая пальцы ему в глотку.

— Тянь Чуань, твою мать, посмей только умереть! Я ни цента не трачу на твои похороны, я сделаю так, что тебе и на том свете покоя не будет!

— Ма… ленький… — с трудом выдавил Тянь Чуань. Перед глазами стояла непроглядная тьма, в ушах шумело, но он знал: Шэнь Ши здесь.

На коленях подползший к самому Тянь Чуаню, Шэнь Ши наклонился к нему, и нежный Шэнь Ши одержал верх над жестоким.

Всё должно было быть совсем не так…

— Что? Братик? Братик? Поговори со мной, не засыпай…

— Маленький… предсмертная записка… в ящике стола… — Тянь Чуань тратил на каждое слово последние силы. — Всё… к тебе… отношения не имеет… Я сам… сам выбрал…

Тянь Чуань прокладывал для Шэнь Ши путь к отступлению…

Шэнь Ши сломался. Он утратил остатки здравого смысла и гордости, слёзы неудержимо текли из глаз. — Нет, братик… не нужна мне записка… Не нужна, мне нужен ты… Умоляю, не бросай меня… Прошу… Я выпущу тебя наружу… Только поправляйся… Я отпущу тебя…

Тянь Чуань ничего не слышал. Он лишь должен был высказать всё до конца, непременно высказать…

Его грудь слабо вздымалась, он собрал последние крохи сил и крепко сжал руку Шэнь Ши: — Я… знаю… пароль… от комнаты…

Шэнь Ши внезапно замер. Откуда, откуда он мог знать…

— Ты слишком… недооценивал… меня… Всё купил… сам… Я добровольно… оставался… здесь… Я виноват перед тобой, но я… больше… не выдержу…

Он хотел жить с Шэнь Ши нормальной жизнью, он вовсе не собирался сбегать, но им двоим… уже не суждено было быть вместе…

— Маленький… прости…

— Прошу тебя… отпусти… самого себя…

— Ты… прекрасен… это я… во всём виноват…

Шэнь Ши словно вкопали в землю. Он воочию наблюдал, как рука Тянь Чуаня, державшая его ладонь, безвольно падает вниз, а взгляд окончательно теряет фокус.

Тёмно-красные слезинки в уголках глаз стали абсолютно чёрными и уже никогда не засияют вновь…

— Братик!

— Нет… умоляю тебя…

— Братик!

— Братик!

— Господин Тянь!

— Господин Тянь!

Тянь Чуань резко распахнул глаза и перевёл взгляд: секретарь Лиса Линь тихонько звала его.

Он обвёл глазами помещение: перед ним выступал с докладом директор по продажам Восточно-Китайского региона, переговорная была забита людьми, а сам он сидел в самом центре первого ряда.

Лиса Линь: — Господин Тянь, вы случаем не переутомились? Может, пока прервём ежеквартальный отчёт?

Тянь Чуань ещё не до конца пришёл в себя. Сон казался до ужаса реальным — в нём он… в нём он покончил с собой…

Ощущение жжения, поднимавшегося от горла к желудку, до сих пор отдавалось во всём теле, заставляя спину покрываться ледяным потом.

— Скажи им, пусть пре… прервут на минуту… Я отойду в уборную…

Лиса Линь остановила встречу, и Тянь Чуань под прицелом десятков глаз вышел из переговорной. Его ноги всё ещё слегка подрагивали — во сне-то он был калекой…

Он забрёл в уединённый небольшой садик при компании, служивший местом для курения.

Тянь Чуань вытащил из кармана пачку Фучуньшаньцзю, щелчком подбил дно пачки, вытянул сигарету и чиркнул зажигалкой.

С чего бы ему приснился такой кошмар… да ещё и уснул прямо во время совещания…

Тянь Чуань дёрнул галстук, пытаясь вздохнуть свободнее, и перевёл взгляд на собственную здоровую правую ногу. Во сне она была до жути тощей, болезненно-хрупкой, не способной выдержать вес его собственного тела.

Всего лишь сон…

Просто сон…

Тянь Чуань немного успокоился.

И всё же… этот Шэнь Ши из сна… кажется, был актёром… С чего бы ему сниться какому-то незнакомцу…

Тянь Чуань достал телефон, открыл браузер и вбил в поиск имя Шэнь Ши.

[Новоиспечённый обладатель кинопремии Шэнь Ши в свои двадцать два года поднял над головой Премию Ванхуа!]

[Шэнь Ши отказывается от дублёров в боевых сценах, выполняя сложнейшие трюки на одном дыхании!]

[Насколько же сильно богиня Нюйва была предвзята, когда создавала Шэнь Ши?]

Черт побери, такой человек действительно существовал!

Тянь Чуань открыл фотографии Шэнь Ши, мысленно сопоставляя их с образом из сна — ослепительно красивый, редкой в этих краях внешности, а в уголках глаз нет и следа алых точек, лишь лучащаяся уверенность и солнце.

Вот ведь… да он же полностью в моём вкусе!

Его отец Тань Цунбэй ежедневно донимал его разговорами о женитьбе, подыскивая ему невест из семей равного круга, но Тянь Чуань неизменно отмахивался от встреч, ссылаясь на чудовищную занятость по работе.

Работа работой, но времени на личную жизнь должно было хватать.

Только вот…

Его склонность к мужчинам… отец не разделял…

Да и подходящего человека до сих пор встретить не удавалось.

Он погладил подушечкой пальца экран с фотографией Шэнь Ши, после чего поднял взгляд на стекло прямо перед собой. Из-за яркого уличного света оконное стекло превратилось в зеркало, отражающее его силуэт.

http://bllate.org/book/41055/5225361