Готовый перевод The Original Host is Juggling Five Fish / Пять принцев на одно сердце: Искушение в ином мире: Глава 13

Лян Чэн чутко уловил прозвучавшую в этом взгляде оценку, но особо не расстроился. Учитывая, что его заставили согласиться стать парнем под угрозой собственной жизни, то, что Ци Цзинчжань не скривился и не отказался с ним видеться, было уже неплохо. То, что вытворял Чэн Цзялянь, действительно не вызывало симпатии, и нельзя было винить других за неприязнь.

С самого детства он усвоил, что любая привязанность имеет свои условия. Особенно отчетливо это проявлялось у взрослых: им подавай либо чистую, красивую внешность, либо послушание, сообразительность и умение красиво говорить. Чтобы заслужить чье-то расположение, сперва требовалось продемонстрировать вполне земные, угодные толпе достоинства, иначе тебя неизменно сочтут чудиком и белой вороной.

Если даже собственные родители способны бросить ребенка, то что говорить об остальных людях, не имеющих с тобой кровного родства.

Он моргнул и одарил собеседника совершенно искренней улыбкой.

Ци Цзинчжань слегка приподнял брови, внутренне удивившись: неужели и впрямь потерял память?

Большинство людей не верило в амнезию Чэн Цзяляня, считая это его очередным фокусом. И их было трудно в этом винить: те безумства, что он творил раньше, доходили даже до слухов, да и сама амнезия казалась слишком драматичной и в реальной жизни почти не встречалась. Трудно было не заподозрить притворство, однако теперь казалось, что это правда.

Тут же он насмешливо хмыкнул про себя: какая ему разница, правда это или ложь? Отводя взгляд, он больше не стал задерживать на нем внимание.

Пока они отвлеклись на этот разговор, Чэн Цзяи уже закончил обмениваться любезностями с госпожой Ци и обратился к Лян Чэну:

— Быстро поблагодари брата Ци. В тот день только благодаря тому, что он сразу бросился за тобой в воду, всё обошлось.

— Спасибо, брат Ци, — искренне поблагодарил Лян Чэн.

Хотя тот, кого действительно следовало спасти, не выжил, если бы не этот человек, он сам не получил бы шанс на перерождение, так что быть благодарным определенно стоило.

Ци Цзинчжань равнодушно хмыкнул:

— Просто впредь старайся не околачиваться у моря, независимо от того, есть у тебя дела или нет.

— Говори нормально! — госпожа Ци шлепнула его.

Лян Чэн серьезно кивнул:

— Брат Ци прав, в будущем я буду осторожнее. И еще… мне нужно перед тобой извиниться…

Он слегка смущенно почесал в затылке:

— Я тут слышал, что тогда выдвинул тебе чересчур возмутительные требования. Прости меня, пожалуйста. Можешь не принимать это близко к сердцу, считай, что это была шутка. Ты спас мне жизнь, и если в будущем я чем-нибудь смогу тебе помочь, только позови.

На этот раз удивление Ци Цзинчжаня отразилось прямо на лице, и он с любопытством оглядел парня.

— Не нужно, мне ни от кого помощь не требуется.

Встретившись с его чистыми, ясными глазами, он немного смягчил тон:

— Главное, что ты сам всё понял, лучше и быть не может.

Лян Чэн мысленно перевел дух: было просто отлично, что Ци Цзинчжань не держит зла. Одной головной болью в списке человеческих взаимоотношений стало меньше. Подумав об этом, он невольно улыбнулся с чувством глубокого облегчения.

Ци Цзинчжань приподнял брови.

Госпожа Ци не удержалась от похвал:

— Какой же он послушный! Я всегда хотела такого милого сына, как Цзялянь, к сожалению, мои двое один другого непослушнее.

Избавившись от груза на душе, Лян Чэн осмелел и перед госпожой Ци:

— Нет, на самом деле я тоже не особо послушный. Старший брат вон сегодня утром меня даже отчитал.

Госпожа Ци умилилась еще сильнее, и в ее глазах промелькнула искренняя нежность.

Воспользовавшись моментом, Чэн Цзяи произнес:

— Я хотел бы попросить Цзинчжаня об одной услуге. В следующий раз, когда у вашего клуба будут какие-то мероприятия, не могли бы вы брать с собой Цзяляня? Он совсем ничего не помнит из того, что было раньше, и я боюсь, что на улице его кто-нибудь обидит. Ты хорошо ориентируешься в этих кругах, присмотри за ним, пожалуйста.

В этом и заключалась истинная цель его сегодняшнего визита.

Он не мог приглядывать за Цзялянем вечно, тому рано или поздно придется снова выйти в люди и общаться. Возвращаться в прежний круг общения он не хотел, а Ци Цзинчжань подходил на эту роль идеально: и положение позволяло, и тусить умел. Чэн Цзяи не требовалось, чтобы Цзялянь добился каких-то невероятных успехов, ему лишь хотелось, чтобы тот жил радостно и беззаботно, пусть даже ему придется содержать его всю оставшуюся жизнь.

Ци Цзинчжань лениво подпер голову рукой:

— А я-то гадал, с чего это молодой господин Чэн решил меня навестить. Оказывается, вон оно что.

Лян Чэн никак не ожидал, что старший брат заговорит об этом, и, испугавшись, что тот ставит человека в неловкое положение, поспешно произнес:

— Не нужно, не нужно, со мной всё в порядке! Я ведь всё забыл, что было в прошлом, мне абсолютно всё равно, что говорят другие.

Ци Цзинчжань бросил на Чэн Цзяи красноречивый взгляд: твой младший брат вовсе не горится желанием принимать помощь.

Чэн Цзяи протянул руку, и младший послушно опустил голову, позволяя себя потрепать по волосам:

— Ничего страшного. Твой брат Ци человек надежный, а присмотреть за тобой для него плевое дело, никакой сложности.

Словно хвастаясь послушным братом, он вернул взгляд собеседнику:

— Верно ведь?

Ци Цзинчжань прикусил изнутри зубы — определенно, у него были веские причины недолюбливать Чэн Цзяи.

— Ладно, в следующий раз, когда будет движуха, позову его с собой.

Госпожа Ци не вмешивалась в разговоры молодежи, и лишь дождавшись согласия сына, с улыбкой произнесла:

— Вот за это можешь не переживать. В чем-чем, а в умении развлекаться с Цзинчжанем никто не сравнится.

— Госпожа Ци, от таких слов мне становится обидно, — протянул Ци Цзинчжань.

Госпожа Ци покосилась на него:

— Разве я не права? Посмотри на Цзяи — вы ведь ровесники, и чем он занимается сейчас, а чем ты? Тебе скоро тридцать, а ты все носишься повсюду, как ненормальный, ни минуты покоя...

Ци Цзинчжань с улыбкой слушал ее нравоучения. Госпожа Ци, поговорив еще немного, махнула рукой и замолчала, сердито глядя на него, а он лишь бессовестно ухмылялся.

Глядя на эту мать и сына, Лян Чэн вспомнил Чжао Мэйсинь, и в его глазах промелькнула зависть: судя по всему, за обе свои жизни ему так и не довелось узнать, каково это — материнская любовь.

Бросив быстрый взгляд, Ци Цзинчжань заметил выражение его лица, и напускное равнодушие в его душе слегка рассеялось. Ладно, всего лишь ребенок, почему бы и не присмотреть за ним раз уж такое дело.

Покинув дом семьи Ци, Чэн Цзяи отвез Лян Чэня в торговый центр, велев купить всё, чего ему не хватает. Лян Чэн сполна прочувствовал радость шопинга, доступную богачам.

— В следующий раз, если захочешь что-то купить, просто бери, не думай ни о чем, — наставлял его Чэн Цзяи. — У каждого члена семьи есть ежемесячный лимит на расходы, на покупку выдается специальная карта, по которой удобно вести учет. В конце каждого месяца помощник будет приносить тебе выписку со счета, нужно будет просто поставить подпись. Если захочешь приобрести что-то дороже лимита, скажи мне, я посмотрю, подойдет ли.

Лян Чэн только цыкал языком от услышанного — вот уж у кого траты возведены в ранг искусства.

— Хорошо.

После похода по магазинам Чэн Цзяи специально повез его в заранее забронированный ресторан, явно желая помочь ему постепенно влиться в окружающий мир.

Этот обед позволил Лян Чэну открыть для себя много нового.

http://bllate.org/book/41014/5219604

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь