Ань Фэй озлобился!
Та автокатастрофа… неужели кто-то хотел меня убить?
Я тут же выплыл из листа и бросился в ту сторону, откуда доносился голос. Там стояли два мужчины в одежде уборщиков и надетых до самых глаз масках, лиц было не разглядеть.
Ты говоришь, что этот Ань Му вообще за человек? Ань Фэй этот выглядит… Тьфу, неужели кому-то не жалко поднимать на него руку?
Да какая тебе разница? Что, запал на него? Предупреждаю: задаток уже поступил, если вздумаешь дать задний ход —
Да ладно тебе, я так, к слову, не принимай всерьёз. Кстати, тот твой план, он вообще надёжный?
Конечно. Пару лет назад я уже проворачивал этот трюк…
Мужчины зашагали дальше, продолжая разговор. Они зашли в подсобку и быстро переоделись в форму ремонтников. Я следил за ними во все глаза, но они так и не сняли маски до самого конца, чем меня ужасно разочаровали.
Затем они по лестнице поднялись на первый этаж и долго возились возле рекламного светового короба. Сначала я не понимал, что они делают, но когда короб мигнул пару раз и на нём появилась новая рекламная афиша, я мгновенно догадался об их задумке.
Это была единственная совместная фотография меня и Цю Ичэна.
Всякие там рекламируемые товары не имели особого значения, а вот одежда — очень даже. На постере я был в светлом костюме, а Цю Ичэн — в тёмном; фасоны оказались абсолютно одинаковыми, отличался лишь цвет. В глубине души я даже подумал, что свадебные фотографии, пожалуй, выглядят точно так же.
После публикации этого плаката я бессчётное число раз репостил его с фейковых аккаунтов, а также шпионил во всех фан-чартах и фандомах Цю Ичэна, пытаясь продвигать идею о том, насколько же здесь сильная химия, но, увы, меня никто не захотел слушать, а из нескольких групп и вовсе выгнали за попытку примазаться к чужой паре.
Короче говоря, этот постер я безумно любил. До какой степени? Без преувеличения скажу: если бы я встретил его на улице, то обязательно уставился бы надолго, а потом сфотографировал на память.
А прямо над световым коробом…
Я поднял голову и увидел высокий подъемный кран.
Те двое вошли в строящееся напротив здание. Я не стал следовать за ними, потому что уже и так понял, что они собираются делать.
Сейчас самое главное — найти Гу Хуая.
Пусть он задержится здесь ненадолго, но береженого Бог бережет. К тому же, чем раньше я расскажу ему, что кто-то пытается меня убить, тем лучше.
С максимальной скоростью я помчался обратно к месту проб, и моё сердце тут же рухнуло вниз.
Всё уже закончилось.
Остальных и след простыл, а от Гу Хуая не осталось даже тени. Будь я по-прежнему человеком, связался бы с ним по телефону, но теперь я — призрачная сущность, поэтому оставалось лишь действовать самым примитивным способом: спускаться этаж за этажом начиная с верхнего.
В любом случае пересекать бетонные перекрытия и сплетения коммуникаций — удовольствие для призрака ниже среднего. Но сейчас об этом думалось в последнюю очередь. На одном дыхании пролетев сквозь множество стен, я метался между этажами туда-сюда.
Куда запропастился Гу Хуай?
Если он ничего не подозревает, подойдёт к тому рекламному щиту и вдруг решит постоять там по наитию, то… бац. Уровень невезения этого парня просто…
Я заметил его.
Он прятался на узкой лестничной клетке и стоял лицом к лицу с Цю Ичэном.
Они находились очень близко друг к другу.
Гу Хуай заметил меня, слегка улыбнулся и шевельнул губами; я прочёл по ним: Учись.
Учиться? Чему учиться?
Затем я увидел, как он протянул обе руки и обнял Цю Ичэна за плечи.
В моей голове раздался глухой гул, и всякое сознание испарилось.
Я бежал в панике, спасаясь бегством ещё быстрее и отчаяннее, чем в прошлый раз. Страх и гнев одновременно жгли меня изнутри, и гигантское пламя в одно мгновение поглотило меня целиком.
Я ненавидел его.
Я ненавидел Гу Хуая.
А ещё ненавидел Цю Ичэна.
Вдобавок ненавидел Ань Юньдуна.
Хотя он и не имел никакого отношения к тому, что происходило на моих глазах, немного подумав, я решил за компанию возненавидеть и его.
Я долго караулил у входа, предаваясь мрачным мыслям, пока наконец не увидел, как Гу Хуай и Цю Ичэн вышли из дверей плечом к плечу. Попрощавшись, они разошлись в разные стороны, и Гу Хуай направился как раз по той улице, где стоял рекламный щит.
Я не стал подходить и предупреждать его.
С чего вдруг у меня вообще возникла такая глупая мысль? Ведь с самого начала я твёрдо решил устроить несчастный случай и вытурить Гу Хуая из своего тела.
А сильный удар — это как раз тот способ, который мы оба уже испытали, и он вполне мог сработать.
Если попытка провалится, я ничего не потеряю. В моей голове крутилась крайне мрачная мыслишка: даже если ничего не выйдет, я просто погибну вместе с ним, и тогда он навсегда разлучится с Цю Ичэном в мире живых и мертвых, они больше никогда не будут вместе.
Проходя мимо рекламного щита, Гу Хуай замедлил шаг и остановился.
Я подплыл к нему сверху, но глазами следил за рабочими на высотке. Тех двоих я не видел, но точно знал: они там.
Прямо сейчас Гу Хуай снова подвергнется нападению. На этот раз я — соучастник.
Этот костюмчик сидит как влитой, на свадьбу надо надеть именно такой. Только вот человек рядом, кажется, не совсем подходит, — с улыбкой произнес Гу Хуай, одновременно взглянув на меня с таким победным видом, что смотреть было тошно.
Я холодно зыркнул на него и снова перевёл взгляд наверх.
Сейчас Гу Хуай превратится в труп.
Он больше не будет так противно улыбаться, не сможет говорить такие противные слова и больше не станет отнимать у меня Цю Ичэна; он станет ещё жалостливее растительного овоща и сможет вечно спать лишь в холодной могиле.
Я воображал эту картинку, но перед глазами почему-то возникал сияющий на съёмках Гу Хуай, Гу Хуай, любующийся собой перед зеркалом, Гу Хуай в пижаме с животным принтом… Черт побери, и почему этот мерзавец, облачившись в моё тело, выглядит даже на удивление мило?
Я снова вспомнил то, что Гу Хуай сказал в день своего пробуждения о том, как нужно относиться к любимому человеку:
Я постараюсь сделать так, чтобы у этой глупенькой маленькой птички отрасли перья, научу её летать понемногу, научу саму добывать себе корм. Когда она сможет добровольно покинуть эту клетку и перестанет жалеть себя, а вместо этого полетит вперёд сама, тогда я смогу спокойно отпустить её.
Смотри у меня, слово за слово… — я смутно разглядел движения тех двоих наверху и бросил Гу Хуаю: — Если ты посмеешь плохо с ним обращаться, я, я —
Моё выражение лица, должно быть, выглядело свирепым и внушительным, потому что я заметил, как на вечно невозмутимом лице Гу Хуая впервые в жизни промелькнула тень растерянности.
Да что с тобой? — Гу Хуай, похоже, уже забыл про маскировку и прямо среди бела дня заорал на меня: — Чего ты ревёшь?! Кто тебя обидел?!
Да вовсе я не ревел, просто мне было немного грустно и обидно оттого, что я упускаю свой шанс и навеки останусь одиноким бродячим призраком.
Проживи я больше двадцати лет, меня еще никто и никогда по-настоящему не любил.
Они начали! Ты, придурок, живо убирайся оттуда!
завопил я во всю мольбу Гу Хуаю.
Едва затихли мои слова, как сверху донеслись испуганные возгласы.
Гу Хуай среагировал мгновенно — возможно, сказался прошлый опыт попадания под падающие сверху предметы. Он молниеносно бросился вперёд, перемахнул через зелёные насаждения и спрятался под навесом автобусной остановки.
Всё! — снова закричал я.
Он тут же вскинул голову, глянул на строящееся здание, а затем уставился на меня.
Что-то стремительно пронеслось сквозь мою душу.
Тяжёлый предмет рухнул на землю, во все стороны полетели клубы пыли и обломки. На мгновение мой обзор заслонило, но я отчётливо чувствовал взгляд, которым Гу Хуай посмотрел на меня, — необычайно ледяной.
http://bllate.org/book/40886/5201069
Сказали спасибо 0 читателей