Готовый перевод Retired Magician's Daily Life / Дневник мага на пенсии: Как пережить соседство с Джейсоном Тоддом: Глава 15

Константин издавна не любил пользоваться магией. По его словам, колдовство представляет собой процесс эквивалентного обмена, и опрометчивое его использование обойдется слишком дорогой ценой — демоны, пожалуй, обладают куда большим уважением к договорам, чем ангелы. Поэтому вместо магии он предпочитал добиваться целей при помощи уловок и хитрости.

Однако эта скелетная небесная лошадь перед ними явно не дотягивала до минимального уровня, позволяющего вести осмысленный диалог.

— Шанс всего один, — сурово произнес Рид.

Серелия с усилием кивнула, сжав маленькими ручками Клинок Огненного Дракона, и настороженно уставилась вперед.

— Wind.

Из ледяной равнины за его спиной хлынули потоки стихии ветра, и ледяной воздух сплелся в воздухе в несколько прочных веревочных жгутов.

Константин хриплым голосом затянул заклинание.

Адское синее пламя обвилось вокруг ветряных канатов, заплясав в воздухе подобно мигающим гирляндам, и стремительно вытянулось вперед, намертво опутав костяные крылья Альварка.

Небесный конь издал оглушительный рев и забился в бешеных попытках освободиться, но крылья, крепко стянутые правым и левым канатами, были намертво зафиксированы у самого входа в пещеру — словно рыба на разделочной доске.

Рид с помощью ветра связал и пасту животного: огненный шар, который небесный конь уже наполовину сформировал, захлебнулся у него во рту, испуская тонкие струйки дыма.

В то же время Найтвинг и Джейсон швырнули бэтаранги, и два металлических диска аккуратно застряли между позвонками коня. Раздалось пару коротких щелчков, бэтаранги сдетонировали, вызвав небольшой взрыв, и в ребрах на груди чудища от взрыва разошлось несколько трещин. Рой пустил стрелу прямо в эту кость, и с громким треском наконечник стрелы и кость разлетелись на куски.

Альварк, видимо, никак не ожидал, что какие-то смертные способны раскрошить его кости, и на мгновение даже опешил, забыв сопротивляться.

Пользуясь моментом, Серелия тайком шмыгнула внутрь. Разом включив, пожалуй, предельную скорость на все время своей жизни, она отчаянно захлопала тонкими крылышками, и золотая пыльца буквально вычертила в воздухе крутой склон.

Внизу забурлила лава; изящные золотистые волосы Серелии завились от жара, а личико порозовело.

Прикусив нижнюю губу и обеими руками вцепившись в Клинок Огненного Дракона, она с размаху вонзила его в серое драконье яйцо.

При соприкосновении лезвия с прочной скорлупой высеклись искры. Яйцо оказалось крупнее ее самой, и сперва клинок не смог пробить его, издав резкий скрежещущий звук и оставив на скорлупе глубокий след. Серелия набрала в грудь воздуха, надула щеки и вложила в удар все оставшиеся силы.

— Хрусь.

Трещины с поверхности клинка побежали дальше по драконьему яйцу, и тончайшая сеть трещин оплела его целиком, изнутри пробиваясь золотисто-красным сиянием.

Весь Барьер содрогнулся. Альварк, похоже, осознал, что то, что он охранял, исчезло, и мгновенно рассвирепел, с корнем вырвавшись из путов Рида. Следы ожогов от адского пламени всё еще чернели на его костяных крыльях, ему давалось с огромным трудом даже просто взмахивать ими, и он полетел неуклюже, зигзагами, яростно ревя на Серелию.

Сама же Серелия так и застыла на месте. Перед ней громоздилась лишь куча осколков скорлупы. Самое странное заключалось в том, что там лежали одни обломки — никакого зародыша дракона, или, вернее, мертвого зародыша.

Это было пустое яйцо.

В Эпоху богов драконы являлись невероятно могущественной расой, каждый новорожденный представитель которой обладал потенциалом, не уступающим божественному. Им не подчинялись боги, более того, драконы служили духовным символом веры для некоторых человеческих племен. Естественно, существа из иных миров то и дело пытались украсть драконьи яйца, чтобы вылупить дракона и присвоить его себе. Поэтому, дабы не допустить утери настоящего потомства, в период кладки яиц драконы помимо подлинных откладывали и пустые яйца, высиживая их вместе. Если похититель не обладал возможностью утащить всё гнездо целиком, существовал огромный шанс, что он уйдет с пустышкой.

Десять тысяч лет. Ты тратил силы, средства и убил столько времени ради этого яйца, а в итоге оно оказалось пустым.

В глазах феи мелькнуло злорадство. Как же здорово, подумала она, наблюдать, как этот демон суетился туда-сюда, словно полный идиот, слушать, как он расписывал своим любовницам грандиозные планы на будущее, а в конце получить лишь горькое разочарование.

Она искренне, от всего сердца улыбнулась летящему на нее Альварку и небрежно швырнула Клинок Огненного Дракона прямо в лаву. Прекрасные глаза феи сияли.

— Прощайте, идиоты, старая карга больше не намерена с вами возиться!

— Серелия! — раздался сверху окрик Рида.

Фея облетела небесного коня и взмыла вверх, бросаясь прямо в объятия Рида.

В следующую секунду Барьер начал рушиться, пространство вокруг исказилось.

Когда сознание вернулось к ним, они уже лежали на скамьях в том самом старом полуразрушенном бладхейвенском церкви.

— Всё кончилось? — тихо спросил кто-то.

Константин, развалившись на лавке, выдохнул облачко дыма:

— Всё.

Серелия выбралась из объятий Рида, растерянно огляделась по сторонам и с облегчением выдохнула — она-то думала, что очутится прямо в аду.

Фея взмахнула крыльями и вылетела в разбитое окно. Мир сильно изменился: в воздухе больше не чувствовалось прежней концентрации Магической силы, экология стала хуже прежнего, и во время полета на низкой высоте ей постоянно преграждали обзор высокие здания. Тогда она взмыла очень-очень высоко — так высоко, что смогла разглядеть весь город целиком, а громады из бетона и стали казались внизу меньше человеческой ладони. Она видела людские потоки на суше и синеву бескрайнего океана вдалеке.

После этого фея в восторге затопала ножками в воздухе и сделала пару кругов. Если бы представилась возможность, она бы даже затянула песню.

Вернувшись в церковь, Серелия увидела, что Рид на корточках сидит перед Джейсоном и вместе с Константином изучает проклятие на его руке. Найтвинг и Арсенал стояли рядом, нахмурившись и с мрачными лицами.

Константин начертил на лбу Джейсона крошечный Магический круг:

— Могу лишь поручиться, что его душа останется в этом теле, но в остальном ничем помочь не могу.

— У этого ведь нет побочных эффектов? — подозрительно покосился на Константина Рид с таким видом, будто собирался врезать ему по голове, если тот не объяснит всё как следует.

— Никаких, — старый прожженный циник пожал плечами, зажав в зубах сигарету. — Теперь мы в расчете.

Фея подлетела ближе и принюхалась к ране.

— Неудивительно, что от тебя пахнет не так, как от остальных, — озадаченно произнесла Серелия. — Это же Семя ненависти.

— А ты знаешь, как это исправить?

— Исправить не так уж сложно, нужно лишь погрузиться в эту ненависть, а затем вырвать ее источник с корнем.

Рид задумался:

— И как именно нужно погрузиться в эту ненависть?

Серелия на мгновение замолчала:

— ...Наверное, через эмпатию? Старая карга сама толком не знает, просто читала об этом в книгах.

По крайней мере, решение найдено, подумал Рид — тогда потом они еще поищут информацию.

Настроение у него заметно улучшилось: снаружи прошло всего минут десять с того момента, как он вошел в Барьер.

Он спросил Серелию:

— Ты собираешься домой?

Фея кивнула:

— Старая карга чувствует на этой земле присутствие родного дома, так что пора отправляться на поиски дороги назад.

Рид улыбнулся:

— Тогда счастливого пути. — Он протянул руку и слегка стукнулся с Серелией ладонями.

Фея тихонько победно взмахнула кулачком, стукнулась кулачками с Джейсоном, подлетела к Дику и Рою, попрощавшись с каждым из них, а напоследок приблизилась к Константину примерно на метр и швырнула в него увесистую горсть золотой пыли в знак благодарности.

— Я пошла, не скучайте по старой карге! — Серелия помахала рукой.

Подумав секунду, она вернулась назад и легонько коснулась губами щеки Рида. Тоненьким голоском фея прошептала:

— Авалон благословит тебя.

А затем с легкой улыбкой растворилась в воздухе прямо у него на глазах.

Рид ошеломленно коснулся пальцами того места, которого коснулись губы феи, а спустя секунду на его лице тоже заиграла мягкая улыбка.

— Так сильно обрадовался? — спросил Джейсон.

Рид ответил:

— Делать добрые дела всегда приятно.

Поразмыслив над этим, Джейсон понял, что в этом есть резон, поэтому он тоже подался вперед и прикоснулся губами к щеке Рида.

— Это в знак благодарности.

Низкий голос Джейсона прозвучал прямо у самого уха:

— Приятно?

А затем наводивший на всех ужас мистер Красный Колпак снова стал свидетелем того, как у белокожего вампира в мгновение ока покраснели кончики ушей.

Уголки его губ приподнялись вверх — впрочем, сам он был более чем доволен.

Тут он заметил стоявших позади напарника и названного брата с весьма двусмысленными выражениями лиц.

Джейсон: «......»

Дик: «......Ух ты».

Рой: «......Круто».

Джейсон приподнял бровь и поинтересовался:

— Разве тебе не пора на работу? У полиции Бладхейвена настолько распутная дисциплина?

Дик резко опомнился, с испугу подорвался с места и бросился к выходу, на ходу выуживая телефон и проверяя сообщения:

— Маленькое Крылышко, я загляну к тебе на днях! — и был таков.

Когда он угодил в Барьер, стояла глухая ночь. Тогда он патрулировал в качестве маскарадного линчевателя Найтвинга, и ему и в голову не приходило, что случайное попадание в Барьер затянется до следующего дня — он ведь даже не отпросился в участке. Если всё пойдет как обычно, его телефон уже разрывается от звонков, а по прибытии в участок его ждет знатная побудка.

Джейсон перевел взгляд на Роя. Лучник проявил максимум сообразительности, сделав шаг назад и выпалив:

— Я пошел искать принцессу, развлекайтесь тут сами, пока.

Константин витал где-то в собственных мыслях, но вскоре молча испарился и он, бросив перед уходом Риду:

— Я отправлюсь разбираться с той штукой в Нью-Йорке, а с той, что на острове в Готэме, кто-нибудь наверняка и сам справится.

— Хорошо, если понадобится — звони. — Рид попрощался с ним.

Посидев еще немного, Рид тихонько произнес:

— ...Пойдем, домой.

Домой.

Это слово застряло на языке Джейсона, непривычное и обжигающе-горячее.

Домом в детстве была та пропахшая алкоголем, наполненная насилием и кратковременным теплом комната, которую позже забрал банк в счет долга.

Дом в юности оказался огромным и роскошным, полным неожиданностей, сюрпризов и безрассудной свободы, но он ему не принадлежал.

Теперь же у него не было дома — лишь временные пристанища на воле волн.

Поэтому в конце концов он просто улыбнулся, ничего не отвечая, и послушно последовал за Ридом.

Возможно, однажды у меня появится дом, подумал он, но точно не сейчас.

http://bllate.org/book/40820/5191829

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь