Готовый перевод The Divine Doctor Is Getting Married / Слухи о том, что Великий лекарь выходит замуж: Глава 16

Вдвоем они наскоро перекусили. Проведя в долгих разъездах столько времени, Шэнь Ханьчжоу смертельно устал. Зевнув, он поднялся из-за стола и кое-как доковылял до кровати.

Видя такое зрелище, Шангуань Цзиньса беспомощно покачал головой, распахнул дверь и вышел наружу. Шэнь Ханьчжоу бросил на него взгляд, отвернулся и мгновенно заснул.

Стоило Шангуань Цзиньса выйти, как к нему поспешила Цэнь Сюэ:

— Хозяин, боюсь, эта лисица Байли уже донесла Вэй Чану. Сейчас проверки в Лянчжоу стали исключительно суровыми, проход перекрыт практически наглухо.

— Хм. Продолжайте выведывать новости, действуйте по обстановке. — Похоже, Шангуань Цзиньса ничуть не удивился. За столько лет у Байли Яньняня было бесчисленное множество шпионов как внутри дворца, так и за его пределами, так что узнать об этом не составляло никакого труда.

— Хозяин, однако в Цзиньчэне мы узнали еще об одной вещи.

— О какой?

— Этот Вэй Чан страсть как любит вино и женщин. Некоторое время назад, когда он инспектировал Цзиньчэн, ему приглянулась дочь местного богатого купца. Деньги у торговца водились, а вот власти не было, так что ему пришлось выдать дочь за Вэй Чана в качестве наложницы. Богатей уже вовсю готовится к свадьбе в Цзиньчэн.

— Когда назначена церемония?

— Ровно через месяц. Хозяин, судя по всему, путь ваш будет неспокойным.

Шангуань Цзиньса улыбнулся:

— Достань то, что мне нужно, как можно скорее.

— Слушаюсь. — Едва слова затихли, фигура Цэнь Сюэ растворилась прямо на глазах у Шангуань Цзиньса.

Когда Шангуань Цзиньса вернулся в комнату, Шэнь Ханьчжоу уже крепко спал. Тихонько подойдя к кровати, он присел на край и только протянул руку, чтобы снять с Шэнь Ханьчжоу обувь и носки, как тот испуганно проснулся.

— Ты что удумал?! — Было очевидно, что степень его недоверия к Шангуань Цзиньса по-прежнему оставалась чрезвычайно высокой.

Заметив столь настороженный взгляд Шэнь Ханьчжоу, Шангуань Цзиньса внезапно захотелось над ним подшутить. Раз уж сегодня уехать все равно не удастся, почему бы не позабавиться?

— Разумеется, раздеваю тебя и укладываю спать, — с этими словами он сбросил обувь Шэнь Ханьчжоу и тут же навалился сверху. Влажный и мягкий поцелуй коснулся мочки уха Шэнь Ханьчжоу, а Шангуань Цзиньса, с вредной усмешкой дунув на нее, зачаровывающим голосом произнес: — Позволь же мне сполна исполнить долг примерного мужа.

— А ну слезай! — Шэнь Ханьчжоу изо всех сил попытался оттолкнуть Шангуань Цзиньса, но, увы, в силе уступил, позволив тому лишь крепче прижать себя к постели. Сдавив руки Шэнь Ханьчжоу за спиной далеко не самым нежным образом, Шангуань Цзиньса наполовину фривольно, наполовину игриво оглядел покрасневшего — то ли от смущения, то ли от гнева — Шэнь Ханьчжоу. Приподнявшись на локтях, он легко усмехнулся, коснулся губ Шэнь Ханьчжоу легким поцелуем и поднялся со словами:

— Я просто хотел посмотреть, как твоя нога.

При этом на его лице застыло самое невинное выражение, будто он и не собирался творить ничего дурного.

Шэнь Ханьчжоу приподнялся и размял ноющие плечи. Плечевой сустав, вылетевший при падении в пропасть в прошлый раз, еще до конца не зажил, а грубые движения Шангуань Цзиньса лишь усугубили травму, наверняка вызвав воспаление. Уставившись на Шангуань Цзиньса с лицом ледяным от гнева, Шэнь Ханьчжоу процедил:

— Не утруждайте себя, ваша милость.

Шангуань Цзиньса приподнял брови — разумеется, он заметил то движение, что Шэнь Ханьчжоу совершил только что. Резко дернув вниз одежду Шэнь Ханьчжоу, он, как и ожидал, обнаружил на лопатках сплошное багровое опухшее пятно. Достав затребованное ранее внизу масло хунхуа, Шангуань Цзиньса, не слушая никаких возражений, принялся втирать его в травмированное место:

— Мог бы сразу сказать, что у тебя плечо вывихнуто! — В его голосе звучало сплошное ворчание, однако движения стали намного мягче.

Услышав такое, Шэнь Ханьчжоу взбеленился:

— Если бы не твоя выходка пару минут назад, разве плечо опухло бы?!

И в довершение всего он же меня во всем и обвиняет!

Шангуань Цзиньса больше не произнес ни слова. Убедившись, что масло на плечо нанесено как надо, он единым движением запахнул нижнюю рубашку Шэнь Ханьчжоу. Казалось, слова Шэнь Ханьчжоу ни капли не заставили его почувствовать угрызения совести.

— Вытягивай ногу! — раз тон Шэнь Ханьчжоу оставлял желать лучшего, сам Шангуань Цзиньса стал еще грубее.

Понимая, что отказаться все равно не удастся, Шэнь Ханьчжоу что-то невнятно проворчал себе под нос, но все же положил ногу на колено Шангуань Цзиньса. Стянув с него носок, тот тщательно растер масло хунхуа по лодыжке Шэнь Ханьчжоу, после чего натянул носок обратно и заявил:

— Сдвинься к стеночке, завтра утром выступаем.

Шэнь Ханьчжоу без всякого энтузиазма отполз вглубь кровати и лег, отвернувшись к стене спиной. Шангуань Цзиньса вытащил из шкафа второе одеяло, скинул верхнее ханьфу, повесив его на ширму, и тоже лег.

На следующий день Шангуань Цзиньса купил на утреннем рынке лошадь и они с Шэнь Ханьчжоу отправились в путь вдвоем на одном скакуне. Та Чэнь была привязана там же, на горе. Потерять столь ценного тысячелитрового скакуна было жаль, поэтому Шангуань Цзиньса, сделав небольшой крюк вместе с Шэнь Ханьчжоу, вернулся к тому самому большому дереву — Та Чэнь и впрямь ждала на прежнем месте.

— Похоже, теперь у каждого из нас будет по коню, — с заметной радостью произнес Шэнь Ханьчжоу, глядя на двух животных.

— У тебя травма ноги. — Всего пять коротких слов разрушили только что родившиеся мечты Шэнь Ханьчжоу. Во всяком случае, в глазах Шангуань Цзиньса подобные мысли были чистой воды фантазией.

— Что же тогда делать с этой? — он все еще пытался отстоять свое.

— Чтобы забрать Та Чэнь, я специально выбрал старую лошадь. Старый конь знает дорогу, он сам вернется назад. — Итог оказался вполне ожидаемым — ему снова отказали, а противник явно подготовился заранее.

Задержка вышла долгой, и оба понимали, что медлить больше нельзя. Пришпорив коней, спустя двадцать дней они наконец добрались до северо-западного региона. Наскоро перекусив, путешественники вновь пустились в дорогу. Впереди больше не было широких трактов, остались лишь заросшие тихие тропки среди густой сорной травы и высоких деревьев, придававших окрестностям мрачноватый вид.

Они никак не ожидали, что в подобном лесу может случиться что-то неладное, однако с каждой минутой обстановка вокруг казалась им все более подозрительной.

И действительно, как только Шангуань Цзиньса немного сбавил аллюр, собираясь осмотреться, Шэнь Ханьчжоу заметил, что здешние насекомые и муравьи невероятно плодятся. Сами по себе полчища живности в диком лесу не удивляли, но эта сплошная кишащая масса выглядела чересчур многочисленной. Самым странным было то, что все эти букашки ползли в их сторону. Та Чэнь испуганно заржала, вскинув передние копыта, и Шангуань Цзиньса потребовалось приложить немало усилий, чтобы ее укротить.

— Все эти насекомые ядовиты, причем яд у них весьма сильный, — тщательно изучив живность на земле, произнес Шэнь Ханьчжоу.

— Что это за твари?

— Те, что красные, называются красными муравьями, их жвала ядовиты, а черных зовут червями У. Если кто-то подвернется их укусу, спасения уже не будет, — указал Шэнь Ханьчжоу на полчища красных и черных вредителей. — Обе эти разновидности родом из Мяньцзяна, совладать с ними под силу лишь тем, кто годами промышляет ядами. Мы уже близко к Лянчжоу, не исключено, что здесь постарался мастер ядов из окружения Вэй Чана.

Шангуань Цзиньса кивнул. У него самого мелькнула подобная мысль; он никак не ожидал, что Вэй Чан преподнесет ему столь щедрый подарок.

Тысячи насекомых и муравьев стремительно надвигались на Та Чэнь. Шангуань Цзиньса вместе с Шэнь Ханьчжоу взмыли на ветки деревьев, а Шэнь Ханьчжоу вытащил из закромов золотые иглы и вонзил их в тело скакуна. Раздалось пронзительное ржание, и Та Чэнь стрелой умчалась прочь.

Целью насекомых были те двое, а скорость лошади оказалась колоссальной, так что по крайней мере этот тысячелитровый скакун был в безопасности.

А насекомые тем временем продолжали карабкаться по дереву, где укрылись мужчины. Красно-черные, сплошной кишащий ковер — зрелище было прескверным. Достав из рукава крошечный фарфоровый пузырек, Шэнь Ханьчжоу щепоткой рассыпал порошок вниз. И впрямь: едва порошок коснулся земли, как ползающие твари забились в конвульсиях, мгновенно замерли, а спустя мгновение обратились в черную труху, которую тут же развеял ветер.

Беда лишь в том, что порошка было слишком мало. Его хватит ненадолго, но никак не на то, чтобы выбраться из этого леса. К тому же они понятия не имели, каков здесь рельеф местности, и даже применение легкой поступи не гарантировало спасения. Вдобавок насекомых становилось все больше, а зоркий взгляд Шангуань Цзиньса выхватил из травы еще и кольцо ядовитых пауков с отливающей зеленью броней; кто знает, какие гадюки могли прятаться в этой траве. Уйти отсюда живыми, пожалуй, и впрямь не представлялось возможным.

Оружия при них не было. Если бы пришлось сражаться с людьми, вряд ли кто-то сумел бы их удержать, но разве кулаками совладеешь с подобным количеством ядовитой нечисти?

Повсюду, куда проползали эти создания, оставался тонкий белый след; сплетаясь взад и вперед, они образовывали гигантскую сеть, загнавшую обоих в ловушку. Порошок у Шэнь Ханьчжоу почти кончился. Прищурившись и глядя на пугающее скопление тварей внизу, он обратился к Шангуань Цзиньса:

— Сможешь продержаться времени, пока сгорает палочка благовоний?

Шангуань Цзиньса кивнул, кажется, мгновенно разгадав замысел Шэнь Ханьчжоу. Сорвав толстую ветку, он спрыгнул вниз. Ступать на землю было нельзя, оставалось лишь полагаться на легкую поступь в воздухе. К счастью, его внутренняя энергия была глубокой: взмывая и кружась, одним ударом он отбивал немалую часть атак. Однако ядовитых тварей становилось все больше — возможно, заметив масштабную гибель собратьев, из травы со всех сторон повалили ядовитые змеи и скрывавшиеся поодаль пауки. Со змеями и пауками совладать было куда сложнее, чем с насекомыми.

К счастью, к этому моменту Шэнь Ханьчжоу уже связал воедино семь-восемь ветвей. Извлекши из пазухи остатки порошка и оторвав от одежды лоскут ткани, он обмотал им конец ветки, соорудив подобие факела, после чего обильно присыпал ткань порошком. На его счастье, сегодня с собой оказался кремниевый огонь. Чиркнув искрой и поджечь факел, Шэнь Ханьчжоу крикнул:

— Шангуань Цзиньса!

Услышав зов, Шангуань Цзиньса тут же развернулся и единым прыжком взмыл обратно на дерево.

Едва он поднялся, Шэнь Ханьчжоу швырнул факел вниз. Едва вспыхнувший порошок затянул пространство густым дымом, сдержавшим натиск тварей. Мужчины смогли перевести дух, однако угроза не миновала: стоило дыму в центре поредеть, как окружение вновь сомкнулось бы. Наблюдая за тем, как черный дым постепенно рассеивается, Шэнь Ханьчжоу легко вздохнул.

Ядовитая масса карабкалась все выше, и Шангуань Цзиньса, подхватив Шэнь Ханьчжоу, взлетел на самые верхние ветки. С улыбкой он спросил спутника:

— Испугался?

Шэнь Ханьчжоу покачал головой:

— Чего тут бояться?

— Разве тебе не страшно сложить здесь головы?

Шэнь Ханьчжоу не успел ответить, как неподалеку раздался голос Цэнь Сюэ:

— Хозяин, я добыл то, что нужно!

С этими словами Цэнь Сюэ бросил добытый предмет Шангуань Цзиньса. Тот на лету поймал его, перевел взгляд на Шэнь Ханьчжоу и произнес:

— Мы можем уходить.

http://bllate.org/book/40797/5188615

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 17»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать The Divine Doctor Is Getting Married / Слухи о том, что Великий лекарь выходит замуж / Глава 17

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.