Готовый перевод Pretending to Be Rivals / Притворяясь врагами на шоу айдолов: Глава 31

— Мы ведь договорились делать вид, что не знакомы. Играть заклятых врагов... Неужели на этом всё? — тихо, у самого уха спросил Чу Юньюань.

Ся Хуайсин оказался зажат в узком пространстве между шкафом и прижавшимся к нему Чу Юньюанем. От вешалок веяло тонким ароматом бергамота — фирменным запахом чая «Эрл Грей», который всегда исходил от одежды Юньюаня. Сзади обволакивало тепло самого мужчины, пахнущее точно так же. Ся Хуайсин буквально задохнулся в этих тисках, зажатый с двух сторон.

Сутки непрерывных съемок без минуты сна давали о себе знать. Ся Хуайсин и так едва держался на ногах от усталости, а теперь его голова и вовсе пошла кругом.

— Малыш, ну же, ответь, — вкрадчиво потребовал Чу Юньюань.

— Не наглей! — Сонный Ся Хуайсин попытался огрызнуться, но вышло совсем не грозно — голос прозвучал тихо и как-то беззащитно. — Я просто увидел, что ты сидишь тут один, как сыч. Пожалел тебя, ясно?

Раньше Ся Хуайсин искренне не понимал Чу Юньюаня. Он злился на то, что тот бросил его и уехал учиться за границу. Но стоило увидеть, как Юньюань в полном одиночестве молча пьет воду из стакана, вся обида мгновенно испарилась.

Хуайсин подумал: детям из таких семей, как их, слишком часто приходится подчиняться обстоятельствам. К тому же Юньюань не был ему кровным братом. Рано или поздно тот женится, обзаведется собственной семьей и станет проводить с ним куда меньше времени. Решение Чу Юньюаня уехать за рубеж, казавшееся когда-то предательством, теперь выглядело вполне естественным.

— Пожалел, значит... — Чу Юньюань словно пробовал это слово на вкус.

Во взгляде его вспыхнуло чувство, которое он отчаянно пытался подавить. Наконец, укротив внутренний порыв, он аккуратно повесил толстовку с медвежонком в шкаф.

— Спасибо тебе, малыш...

Юньюань накрыл ладонь Ся Хуайсина своей — горячей, сухой. Ся Хуайсин оказался зажат в кольце его рук, лишенный возможности сдвинуться хоть на сантиметр, пока губы Чу Юньюаня медленно приближались к его уху.

Положение осложнялось тем, что перед Хуайсином высилась не глухая стена, а хлипкий шкаф, забитый одеждой. Упершись рукой во внутреннюю стенку, юноша напряг все мышцы тела, только бы не завалиться назад прямо на вешалки.

Пока он отчаянно пытался сохранить равновесие, Чу Юньюань придвигался всё ближе. Еще мгновение — и они соприкоснулись бы. Дыхание Юньюаня уже обжигало ушную раковину, губы почти коснулись нежной кожи.

И тут раздался резкий, настойчивый стук в дверь.

Чу Юньюань на долю секунды вздрогнул и отстранился, и этого мига Ся Хуайсину хватило, чтобы резко вскинуть голову. Он рванулся назад с такой силой, что едва не заехал Юньюаню лбом по переносице.

Чу Юньюань замер.

Юньюань так и не понял: то ли стоило порадоваться собственной реакции, спасшей его от сокрушительного удара, то ли пожалеть о том, что он так и не коснулся мягких волос мальчишки. Тем временем Ся Хуайсин уже вывернулся из его захвата и ловко выскользнул наружу.

Действуя исключительно на инстинктах, Ся Хуайсин за считанные секунды провернул целую спецоперацию: одернул подол футболки, перемахнул к кровати Чу Юньюаня, захлопнул его ноутбук, швырнул его под одеяло, уселся сверху и, схватив недопитую бутылку минералки, сделал торопливый глоток.

И только опустив бутылку, он осознал, что натворил. Тело сработало само, опережая любые мысли.

Он сидел на постели Чу Юньюаня, растерянно глядя на застывшего у двери мужчину. Влажные губы по-прежнему касались горлышка бутылки, а на подбородке блеснула крошечная капля воды.

Взгляд Чу Юньюаня потемнел. Пламя в его глазах, едва утихнув, вспыхнуло с новой, куда более сокрушительной силой.

Юньюань сжал кулаки, заставляя себя оставаться на месте. Ему стоило колоссальных усилий не сделать шаг к постели, не опрокинуть мальчишку на матрас, наплевав на спрятанный под одеялом многострадальный ноутбук.

Грудь Юньюаня тяжело вздымалась. Он уже занес ногу для шага, готовый поддаться искушению, но в этот момент стук в дверь повторился, безжалостно разрушая интимность момента.

— Чего стоишь? — шепнул Ся Хуайсин.

Оглянувшись на дверь, он быстро сообразил, в чем дело, похлопал по одеялу, под которым лежал ноутбук, и показал Юньюаню знак «окей».

— Все чисто, техника у меня. Открывай.

Желание нарушить все правила разбилось о сухую реальность стука и этот нелепый жест «окей». Чу Юньюань глубоко вздохнул, загоняя бушевавшие эмоции поглубже в подсознание. Еще рано. Они даже прежнее доверие не вернули до конца. Стоит поспешить — и он потеряет своего мальчика навеки.

— Учитель Чу, Учитель Ся... Вы уже спите? — вежливо поинтересовались из коридора.

— Нет, не спим, — отозвался Чу Юньюань.

Он стащил с вешалки несчастную толстовку с медведем, зажал ее в руке и распахнул дверь.

На пороге стоял оператор с тяжелой камерой на плече и бледная, измученная Чэнь Линмэй. Ночные съемки в сочетании с критическими днями лишили девушку последних сил — даже тот факт, что ее любимая экранная парочка теперь живет в одной комнате, не мог вернуть ей прежний энтузиазм.

— Простите, что так поздно, — виновато улыбнулась Чэнь Линмэй. — Нам нужно доснять пару бытовых кадров для эфира. Буквально несколько минут, и мы вас оставим.

— Без проблем. Что именно снимать? Я как раз прибирал вещи.

— Да вот хотя бы это. Живые, повседневные кадры. А это... ваша толстовка? — Чэнь Линмэй указала на зажатого в его руке медвежонка.

— Эта? — Чу Юньюань приподнял толстовку и слегка встряхнул ее перед объективом. — Можно и так сказать.

Чэнь Линмэй лишилась дара речи. Суровый, влиятельный господин Чу... и детская кофта с медведем? Неужели за маской холодного босса скрывается любитель милых вещей? Такому контрасту позавидовал бы любой сценарист дорам.

Слыша их разговор, Ся Хуайсин приподнялся на локтях. Стоило ему разглядеть вещь в руках Юньюаня, как у него округлились глаза. Это же его толстовка! Впрочем, секундой позже он вспомнил: покупал-то ее действительно Чу Юньюань. Так что формально тот не соврал.

Объектив сфокусировался на Чу Юньюане, который невозмутимо распахнул дверцу своего шкафа. Внутри висели безупречно отглаженные вещи в строгом минималистичном стиле: благородные темные тона, идеальный крой, сдержанная роскошь. Ничего общего с аляповатой кофтой, которую он держал.

Чу Юньюань сам скользнул взглядом по вешалкам и тихо, едва заметно усмехнулся. Отодвинув строгие брендовые пиджаки, он аккуратно повесил мягкую толстовку ровно посередине. Траурно-черные и серые пальто тут же сомкнулись вокруг кремового медвежонка, словно почетный караул. Выглядело это до нелепости трогательно.

Чэнь Линмэй завороженно уставилась на шкаф, чувствуя, что за этой невинной сценой кроется какой-то глубокий романтический подтекст.

— Господин Чу, извините за любопытство... Но почему вы решили купить именно эту вещь? Кажется, она совсем не в вашем стиле.

— Вы о какой?

— Ну... о толстовке с медведем. Гардероб у вас довольно строгий, а тут вдруг такое.

Ся Хуайсин, затаив дыхание наблюдавший за ними из глубины комнаты, похолодел. Чэнь Линмэй права: эта нелепая кофта никак не вязалась с образом ледяного топ-менеджера. Если сейчас они прокололись на такой глупости... Жить в одной комнате — ладно, куда ни шло. Но вешать одежду друг друга в один шкаф? Это провал!

Чу Юньюань скользнул взглядом по шкафу, где дорогие ткани по-прежнему бережно укрывали смешного медвежонка, и невозмутимо парировал:

— А строгий стиль и милые вещи плохо сочетаются?

Чэнь Линмэй едва не выронила планшет. Боже мой, это же... это же завуалированное признание! «Строгий стиль» — это он сам, а «милый мишка» — Ся Хуайсин!

Не давая ей опомниться, Чу Юньюань бросил короткий взгляд на Ся Хуайсина и добавил:

— Мне нравится такое сочетание. Думаете, они не подходят друг другу?

— А... — Чэнь Линмэй растерялась. — Вы имеете в виду... сочетание в одежде?

— Разумеется, — спокойно ответил Чу Юньюань. — А о чем еще подумали вы?

Чэнь Линмэй прикусила язык. Ся Хуайсин мысленно хлопнул себя по лбу.

Хуайсин внимательно всмотрелся в лицо Чэнь Линмэй. Кажется, отмазка сработала. Он тихо выдохнул, чувствуя, как отступает паника.

Но расслабляться было рано: Чэнь Линмэй уверенно перешагнула порог и жестом поманила за собой оператора. Ся Хуайсин инстинктивно вытянулся в струнку. Его пальцы все еще упирались в матрас, едва не касаясь спрятанного под одеялом корпуса ноутбука.

— Сестра Мэй, — натянув вежливую улыбку, поздоровался он.

— Ох, Сяо Ся. Устал? — Чэнь Линмэй удивленно окинула его взглядом: обычно этот парень не сидел на месте.

— Есть немного, — пробормотал Хуайсин.

— Отдыхай, отдыхай, мы быстро снимем общие планы и уйдем.

По ее знаку камера послушно повела объективом, фиксируя, как Ся Хуайсин делает глоток из бутылки, а затем скользнула по рабочему столу.

Что и говорить, у идеального айдола даже на столе царил образцовый порядок — никаких запрещенных снеков или газировки, только толстый том «В кафе экзистенциалистов». Камера плавно развернулась, захватывая остальное пространство.

Комната, где уже успел обжиться Чу Юньюань, выглядела на удивление уютной. На комоде красовалась простая стеклянная ваза с сухими декоративными ветвями — лаконично и очень стильно.

Оператор перевел объектив со стола на кровать. Постель Ся Хуайсина была безупречно заправлена, покрывало лежало без единой складки — очевидно, к ней даже не прикасались.

Взгляд Чэнь Линмэй скользнул по этой идеальной простыне и внезапно застыл. В ее голове мгновенно выстроилась нехитрая логическая цепочка.

«Дано: первая кровать нетронута. Вторая кровать принадлежит Чу Юньюаню, который живет здесь уже несколько дней.

Вопрос: на чьей постели сейчас сидит Ся Хуайсин?»

«Ответ: Ся Хуайсин беззаботно устроился на чужом спальном месте.

Они что, даже не пытаются шифроваться? Неужели эти двое зашли так далеко?!»

Чэнь Линмэй во все глаза уставилась на парня. Ся Хуайсин сделал очередной глоток, осторожно глянув на нее поверх бутылки. Из-за спрятанного под одеялом ноутбука во взгляде его читалась явная паника.

Для опытной фанатки этого испуганного взгляда хватило с лихвой. Пазл сложился. Напряженная спина, лихорадочный румянец на щеках, то, как поспешно Сяо Ся уселся на чужую кровать... А главное — дверь, которую они так долго не открывали!

«Они же... они только что...

Неужели они переспали?!»

Вот почему Хуайсин так рвался в эту комнату! Все встало на свои места!

От этой догадки у Чэнь Линмэй перехватило дыхание, но тут же накатила паника. Она затравленно огляделась. По углам комнаты висели три широкоугольные веб-камеры круглосуточного наблюдения. Ни одна из них не была прикрыта!

О чем они вообще думали?!

Отправив оператора снимать Чу Юньюаня у шкафа, девушка поспешно вытащила телефон и настрочила сообщение знакомому сотруднику из монтажки:

[Срочно проверь архивные записи из комнаты Чу Юньюаня и Ся Хуайсина. Если там есть хоть малейший намек на двусмысленность, немедленно пересылай мне, в эфир не пускать!]

Ответ пришел почти мгновенно:

[Ого... Двусмысленность? А поконкретнее? Они там что, подрались?]

Пока на том конце провода проверяли файлы, Чэнь Линмэй осторожно подошла к кровати. Измотанный до предела Ся Хуайсин едва держался, чтобы не заснуть прямо сидя, но продолжал бдительно караулить ноутбук. Заметив ее приближение, он заторможенно захлопал ресницами.

— Сяо Ся, — едва слышно прошептала Чэнь Линмэй, наклонившись к нему. — Вы бы хоть веб-камеры чем-нибудь прикрыли, когда... ну, сами понимаете. Забыли, что за вами круглосуточно следят?

— Зачем их закрывать? — Сонный мозг Хуайсина отказывался соображать.

— Ну как же... Вы ведь только что тут... — Чэнь Линмэй замялась, не решаясь произнести пошлость вслух.

Она имела в виду интимную близость, но воображение Хуайсина мгновенно нарисовало другую картину: шкаф, горячие ладони Юньюаня и то, как нежно тот прижимал его к себе. Если эти кадры попадут в финальный монтаж, их легенде о вражде придет конец!

Сонливость как рукой сняло.

Он в панике уставился на объективы камер. Сердце испуганно заколотилось о ребра, но на краю сознания настойчиво билась мысль, что он упускает какую-то важную деталь.

— Я... мы просто... — заикнулся он.

— Тише, все хорошо, — поспешила успокоить его Чэнь Линмэй, видя, как парень бледнеет на глазах. — На пультах сидят наши ребята, чужих там нет. Если операторы сняли что-то лишнее, я лично прослежу, чтобы эти исходники удалили.

Ся Хуайсин неуверенно кивнул, все еще не веря своему счастью. Минуты ожидания казались вечностью. Наконец в руке Чэнь Линмэй завибрировал мобильный.

Хуайсин замер, ловя каждое движение девушки. Та без лишних церемоний приняла вызов.

— Да, я слушаю... Что? Вышли из строя? — удивленно переспросила она.

У Ся Хуайсина тревожно екнуло сердце.

«Что вышло из строя?»

Выслушав сбивчивые объяснения сотрудника, Чэнь Линмэй задумчиво попрощалась и убрала телефон в карман.

— Ну что там? — не выдержал Хуайсин.

— Отбой тревоги, — выдохнула Чэнь Линмэй, хотя на лице ее по-прежнему читалось недоумение. — Технический сбой. Похоже, камеры в вашей комнате зависли.

— Зависли?

— Да. Картинка на пультах не обновлялась со вчерашнего дня, идет трансляция старой записи. Странно, конечно, но для вас это даже к лучшему. Ладно, уже рассветает. Ложитесь спать, а днем я пришлю техников, пусть разберутся.

Хуайсин наконец-то смог облегченно вздохнуть.

Когда Чэнь Линмэй и оператор покинули комнату, за окном уже вовсю разгорался ясный утренний свет.

Несмотря на яркое солнце, Ся Хуайсина безжалостно клонило в сон. Сидя на кровати, он то и дело клевал носом. В очередной раз его голова бессильно качнулась в сторону стальной стойки двухъярусной кровати, но удара не последовало — чья-то теплая, сухая ладонь мягко перехватила его лицо, уберегая от ушиба.

Ся Хуайсин даже не открыл глаза — лишь лениво прижался щекой к пальцам Чу Юньюаня, устроившись на его руке, как на подушке.

— О чем вы шептались с сестрой Мэй? — негромко спросил Юньюань.

— О камерах... — В голосе Хуайсина прозвучала сонная обида. — Мог бы и догадаться заклеить их объективы. Мы теперь делим одну комнату, разыгрывать врагов перед зрителями и так непросто. Нужно просчитывать каждую мелочь, понимаешь? Нам просто повезло, что техника заглючила...

— Вот как... — Чу Юньюань тихо рассмеялся, обдавая его лицо теплым дыханием. — Скажи мне, мой внимательный к деталям малыш: ты ведь лично видел алгоритмы в моем ноутбуке и прекрасно знаешь, что эти камеры взломаны мной еще вчера. Из-за чего тогда ты так паниковал?

«Камеры взломал Юньюань?..»

Сквозь тяжелую пелену сна Хуайсин смутно припомнил, что действительно мельком видел строчки кода на экране его ноутбука. Но сил анализировать и стыдиться собственного склероза уже не оставалось.

Тихий, вкрадчивый шепот Чу Юньюаня баюкал, усыпляя бдительность:

— Мой скрипт работает идеально. Никто из техников шоу ничего не заподозрит. Все, что происходит в этой комнате, останется только между нами.

Чу Юньюань бережно приподнял его лицо и мягко провел большим пальцем по линии челюсти.

А затем, склонившись к самому лицу Ся Хуайсина, тихо, с едва уловимой хрипотцой в голосе спросил:

— Ну так что... ляжешь со мной?

http://bllate.org/book/40751/5406750

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь