Готовый перевод The Sick Beauty Forced into a Marriage / Свадьба с безумным божеством: Судьба больного красавца: Глава 2

Его растили в Особняке маркиза больше десяти лет.

У Чу Цзина изначально не было к нему особого отцовского чувства, тем более он не стал бы ради нелюбимого старшего молодого господина идти против воли Его Величества.

У Чу Чжаохуая была хорошая память: спустя столько лет он всё еще помлнил, как тот болтливый государевой наставник предсказал, что в восемь лет его ждет тяжелое испытание, которое едва не оборвет его жизнь, а если удастся благополучно миновать его, то вторая половина жизни пройдет гладко и безмятежно.

Теперь же, не дожив даже до своего восемнадцатого дня рождения, он угодил в эту историю с замужеством за Богом Убийцей...

Неужели гадания о духах и божествах и впрямь обладают такой мистической силой?

Чу Чжаохуай покосился на фигуры стражников за окном сварочной комнаты и понял, что дело уже решено. Даже если он попытается сопротивляться, его, пожалуй, просто свяжут и запихнут в свадебный паланкин, лишив даже последних крох достоинства.

Он глубоко вздохнул, наконец смирился со своей участью и задал самый волнующий его вопрос:

— А вещи, которые оставила мне мать перед смертью, отец положил в те сто двадцать сундуков с приданым, как и обещал? Госпожа Чжэн ведь не присвоила их себе?

Чу Цзин: «...»

Чу Цзин едва сдержал подступающую ярость:

— Каким бы ни был Особняк маркиза, он не опустится до того, чтобы зариться на твои жалкие пожитки.

Чу Чжаохуай с облегчением выдохнул и для приличия добавил:

— Ох, ну и ладно, если нет — тоже ничего страшного, я просто так спросил.

Чу Цзин перевел дыхание, с мрачным выражением лица подозвал сваху и велел ей накрасить юношу.

Чу Чжаохуай и правда больше не сопротивлялся.

Чу Цзин не хотел говорить ни единого лишнего слова со старшим сыном, к которому не испытывал теплых чувств, и уже собирался уходить, но, словно проснувшаяся совесть заставила его остановиться, с мрачным видом напутствовал:

— Резиденция князя Цзин полна смертельных опасностей. Если ты умен, держись подальше от вана Цзин. Сегодня ночью лучше найди какой-нибудь предлог и не оставайся в брачных покоях.

— Что?

На этом Чу Цзин исчерпал все слова и бросил свахе:

— Накладывай макияж поплотнее, чтобы скрыть родинку.

Сваха почтительно ответила.

Чу Цзин развернулся и ушел.

Чу Чжаохуай скосил глаза вслед удаляющемуся отцу, ничего не понимая.

Вскоре сваха кашлянула:

— Старший молодой господин, макияж готов.

Чу Чжаохуай поднял взгляд и бросил случайный взор в зеркало, едва не испугавшись.

Непонятно, где сваха отыскала это средство, но красила она просто и грубо: лицо было густо замазано слоями плохой белой пудры. Черты лица Чу Чжаохуая скрылись под ней так надежно, что родная мать не узнала бы.

В тусклом свете свечей он выглядел точь-в-точь как мстительный призрак, пришедший за чьей-то душой.

Это было похоже вовсе не на замужество, а скорее на свадьбу с покойником.

Сваха же продолжала нахваливать его:

— Старший молодой господин — истинный небожитель, такой союз с ванне Цзинь поистине предначертан небесами.

Чу Чжаохуай всё понял.

Оказывается, такова была столичная мода на свадебный макияж, и она действительно сильно отличалась от обычаев Цзяннаня.

Многослойные наряды с фениксовой короной и расшитой золотом мантией оказались невероятно сложными. Когда переодевание наконец завершилось, уже наступил вечер, и снаружи посчастлися грохот петард.

Прибыли люди из Резиденции князя Цзин, пришедшие за невестой.

Сваха накинула на фениксову корону красный шелковый плат с вышитыми парящими утками-мандаринками. Чу Чжаохуай закрыл глаза и позволил усадить себя в паланкин.

Ладно, судьба есть судьба.

Избежать её всё равно не получится, так что лучше отправиться взглянуть в лицо своему испытанию.

В конце концов, неужели полуживой, бесчувственный человек при смерти способен его съесть?

Взрывающиеся хлопушки разметали растаявший снег по земле, оставив пестрые алые следы.

Воющий ветер и грохот праздничных барабанов слились воедино. Свадебный паланкин под барабанный бой медленно покачивался, направляясь к Резиденции князя Цзин в северной части столицы.

***

Свадьба в Резиденции князя Цзин в снежный день привлекла почти всех влиятельных столичных вельмож. Преодолев непогоду, они явились с улыбками на лицах, чтобы выразить поздравления. Было неизвестно, искренни они или преследуют коварные замыслы, но царившая атмосфера напоминала пир на весь мир, полную шума и оживления.

Укрытый свадебным платом с утками-мандаринками, Чу Чжаохуай видел перед собой лишь колышущиеся алые тени. Кто-то суетливо помог ему выбраться из паланкина, и он понятия не имел, кому именно кланялся во время свадебной церемонии небесам и земле. Спустя какое-то время он в полном тумане оказался в новом жилище.

От покоев Резиденции князя Цзин разило густым, тяжелым лекарственным духом. Чу Чжаохуай невольно принюхался и нахмурился.

Этот аромат лекарств...

Ван Цзин тяжело болел и нуждался в полном покое. Если передние залы во время этой свадьбы, призванной «отогнать злых духов», шумели и гудели от гостей, то во внутренних двориках царила мертвецкая тишина и холод, не было слышно ни звука.

Сваха на цыпочках выскользнула наружу и прикрыла за собой дверь.

Чу Чжаохуай терпеливо ждал некоторое время и, заметив, что вокруг никого нет, поднял руку и закинул покрывало на фениксовую корону.

В лютую зимнюю стужу брачные покои напоминали ледяной склеп: окно и вовсе было распахнуто, и сквозняк вместе с колючим снегом гулял по комнате.

Ни подземного отопления, ни жаровен с углями.

Руки и ноги Чу Чжаохуая озябли, он невольно чихнул и перевел взгляд на массивную курильницу у кровати.

Изначально он хотел лишь исследовать лекарственный аромат, но стоило ему заметить золотую курильницу, как у него глаза на лоб полезли.

Ван Цзин действительно пользовался особым доверием Его Величества, раз даже курильница для благовоний была сделана из чистого золота.

Слепит глаза.

Чу Чжаохуай с трудом оторвал взгляд от золотой курильницы, подобрал полы тяжелого свадебного халата и в несколько шагов приблизился к ней.

Стоило подойти ближе, как он отчетливо уловил в аромате сильное зловоние ядовитых трав.

Если постоянно жечь такое в спальне, ван Цзин и впрямь не доживет до зимних праздников.

Чу Чжаохуай налил пиалу воды, приподнял тяжелую крышку курильницы, намереваясь затушить благовония.

Вовсе не из желания спасти вана Цзин — просто целитель не может исцелить самого себя, а его собственный организм был слишком слаб. От долгого вдыхания ядовитых испарений он мог вскоре отправиться вслед за ваном Цзин на тот свет.

Вдруг раздалось:

— Что делает супруга вана?

Чу Чжаохуай от испарения вздрогнул, рука дрогнула, и вода вместе с пиалой плеснула прямо в курильницу. С шипением взметнулось огромное синеватое пламя, после чего от земли поднялся клуб сероватого дыма.

В пустых доселе брачных покоях откуда-то взялся мужчина в черных одеждах. На лице его была маска, он холодно смотрел на Чу Чжаохуая и приближался медленными шагами, при этом его шагов было совершенно не слышно.

Мужчина, судя по всему, был тайным стражником. Он взмахнул рукой и вновь зажег благовоние:

— Это средство поддерживает жизнь нашего вана, супругу вана не следует вмешиваться.

Чу Чжаохуай с детства постигал медицину под руководством деда по материнской линии и никогда прежде не слышал о подобных способах поддержания жизни:

— Что за болезнь такая, раз для неё требуются яды...

Пальцы стражника, сжимающие рукоять меча, резко напряглись.

Чу Чжаохуай внутренне содрогнулся и поспешно выпалил:

— Чудесное лекарство, поистине чудесное!

Стражник, похоже, отличался скверным характером: его не впечатлили чужие отговорки, в его глазах даже промелькнуло убийственное намерение, и он резко обнажил меч.

Дым поднимался всё выше, ядовитый аромат стал еще гуще, чем прежде.

Чу Чжаохуай испуганно отшатнулся назад.

Свадебный халат был тяжелым, потеряв равновесие, он споткнулся о собственный подол и с грохотом рухнул на край кровати.

Собственная шкура дороже, и Чу Чжаохуай, начисто лишенный гордости знатных наследников, проявил гибкость:

— Пощадите! Пощадите жизнь! Это лекарство непременно поддержит вана, он точно проживет сто лет и они родят здоровых наследников... Тьфу!

http://bllate.org/book/40698/5172322