Готовый перевод His Little Pride / Его маленькая гордость: Глава 15

Телефон завибрировал. Юнь Чусяю взяла его и увидела сообщение от Цзян Юаньчао.

Он прислал фотографию и добавил: «Ты, наверное, хочешь, чтобы Шэнь И тебя отругал».

На фото была та самая картинка, которую она недавно выложила в соцсети — снимок с Цзи Вань за вращающимся горшочным фондю. В маленьком котелке бурлил насыщенный красный бульон, из которого выглядывали куски баранины, говядины и рубца, а рядом стояли мисочки с соусами для макания. По сравнению с прозрачным бульоном Цзи Вань её горшочек выглядел особенно соблазнительно.

Юнь Чусяю отправила в ответ стикер с пандой и спокойно написала: «Не боюсь. Этот пост уже скрыт от брата Шэня».

Цзян-гэгэ: …

Цзян Юаньчао прислал эмодзи с аплодисментами: «Ты смелее меня».

Юнь Чусяю ответила, сложив руки в поклоне: «Это моя обязанность. Если не быть смелой, Шэнь И будет притеснять».

Цзян-гэгэ: …

Поболтав с Цзян Юаньчао, Юнь Чусяю уже собиралась открыть соцсети, чтобы ответить на комментарии друзей, как вдруг Цзи Вань ткнула её в бок.

— А? — Юнь Чусяю подняла глаза.

— Это Шэнь И? — спросила Цзи Вань.

Юнь Чусяю моргнула и проследила за её взглядом.

Рядом со сценой был коридор, ведущий к отдельным кабинкам. Из него как раз выходила компания молодых людей, лет двадцати с небольшим. Шэнь И шёл позади всех в своей обычной повседневной одежде, рядом с ним — Линь Линь.

Лицо Шэнь И было спокойным, но разноцветные огни бара отбрасывали на него причудливые тени.

Он смотрел в телефон, но вдруг приподнял бровь и слегка замедлил шаг.

Группа как раз закончила песню, барабанщик отбил последний аккорд — «Бум!» — и сердце Юнь Чусяю тоже сильно дрогнуло.

Стойка бара была самой ярко освещённой точкой в заведении. Свет отражался от бутылок, а бармен ловко крутил шейкерами, привлекая внимание публики.

Шэнь И убрал телефон и, подняв голову, краем глаза заметил, как кто-то резко отвёл взгляд от самого яркого пятна света.

Он слегка повернул голову и увидел чёрную макушку. Девушка сидела в крайне неудобной позе, отвернувшись от него, локоть её покоился на стойке, вьющиеся кончики волос были заколоты за ухо, обнажая нежную мочку.

Он тихо фыркнул и остановился.

— Шэнь И? — окликнул его Линь Линь, заметив, что тот отстал.

Вся компания тоже остановилась. Один из парней, обняв Линя за плечи, весело спросил:

— Брат Шэнь, на кого смотришь?

— На кошку, — спокойно ответил Шэнь И.

Ребята посмотрели туда же. Кто-то свистнул:

— Ого, брат Шэнь любит таких?

Линь Линь всмотрелся и нахмурился:

— Юнь Чусяю…?

— Ты её знаешь, Линь? Имя звучит знакомо.

— Дурак, это новичок брата Шэня.

— Серьёзно?

— Лица не видно… но спинка классная.

Компания шумно потянулась к стойке, но Шэнь И прищурился и бросил:

— Идите без меня.

И направился к бару.

Те, конечно, не собирались так просто уходить и остались на месте.

Линь Линь вздохнул и стал их подгонять:

— Пошли, пошли, пошли уже.

Юнь Чусяю постучала пальцами по столу и подумала: «Это же ненормально».

Чего она испугалась?

Неужели Юнь Чусяю струсит?

Гордость взыграла, и она почувствовала, будто потеряла лицо. Цзи Вань, сделав глоток вина, холодно наблюдала за происходящим, подперев подбородок рукой, словно ждала представления.

Сзади нарастало давящее присутствие. Юнь Чусяю выпрямила спину, развернула стул и спокойно обернулась, лениво растянув губы в улыбке:

— Привет, брат Шэнь, какая неожиданность. — Её взгляд скользнул по группе, которая уже проталкивалась к выходу. — Брат Шэнь тоже с друзьями пришёл?

— Действительно неожиданно, — в уголках губ Шэнь И играла загадочная улыбка, и он мягко спросил: — Как тебе горшочное фондю? Вкусно?

— …

Юнь Чусяю не растерялась:

— Неплохо.

— Правда? — Шэнь И полулёг на стойку, и одно из стёкол его очков отразило свет. — «Если не быть смелой, Шэнь И будет притеснять»?

Юнь Чусяю: «…»

Проклятый Цзян Юаньчао.

Юнь Чусяю окончательно поняла:

Цзян Юаньчао — человек, который не умеет хранить секреты.

Она предпочла бы, чтобы Шэнь И просто хмурился на неё.

Его улыбка не была искренней: за внешней вежливостью скрывалась опасность, от которой Юнь Чусяю хотелось немедленно вступить с ним в перепалку.

Она скопировала его манеру и медленно произнесла:

— Разве брат Шэнь не знает, насколько я смелая?

Шэнь И, конечно, знал.

Он также знал, что чем больше с ней споришь, тем выше она задирает нос.

Такой умный человек, как Шэнь И, прекрасно понимал, как лучше всего справляться с подобными личностями.

Он проигнорировал её вызов и спросил:

— Когда уходите?

Юнь Чусяю уже готовилась к словесной баталии, но его вопрос, не связанный с предыдущим, застал её врасплох:

— А?

— Спрашиваю, когда уходите, — терпеливо повторил Шэнь И. — Подвезу тебя и твою подругу домой.

Война внезапно прекратилась, и Юнь Чусяю растерялась. Она моргнула и посмотрела на Цзи Вань.

Цзи Вань кивнула в сторону сцены:

— Иди домой. Я тут со старыми знакомыми пообщаюсь.

Она кивнула Шэнь И в знак приветствия и направилась к сцене.

Юнь Чусяю проводила её взглядом, пока высокая фигура не исчезла в толпе, затем повернулась к Шэнь И. Через три секунды сухо сказала:

— Брат Шэнь, я ещё не ужинала.

Шэнь И: «…»

**

Компания Шэнь И уже давно исчезла из виду. Юнь Чусяю дождалась, пока он подал машину, села, пристегнулась и услышала:

— Что будешь есть?

— Шашлык, — быстро ответила она.

— …

Через пятнадцать минут машина плавно остановилась у подъезда Юнь Чусяю.

Она посмотрела в окно, всё ещё держа ремень безопасности:

— А шашлык?

Шэнь И открыл центральный замок и спокойно сказал:

— Иди отдыхай. Во сне всё сбудется.

Юнь Чусяю: «…»

Она невозмутимо расстегнула ремень, вышла из машины и спокойно произнесла:

— Спасибо, брат Шэнь. Счастливого пути, будь осторожен за рулём.

Закрыла дверь и направилась к подъезду.

Рука нырнула в сумочку, достала телефон, разблокировала его и ловко открыла приложение для доставки еды.

Дурак стал бы с ним спорить. Доставка спасает мир.

Шэнь И проводил её взглядом, пока она не скрылась в подъезде, затем откинулся на сиденье, положил руку на руль и задумчиво постучал пальцем. Через мгновение завёл двигатель и уехал.

Юнь Чусяю уже сделала заказ, швырнула телефон на диван, включила кондиционер и пошла в ванную снимать макияж и переодеваться в пижаму.

Когда она вышла, в квартире уже было прохладно. Несколько капель воды осталось на руках, и от холода по коже побежали мурашки.

Она потерла руки, подошла к кондиционеру, чтобы повысить температуру, как вдруг раздался звонок в дверь.

Доставка так быстро?

— Кто там? — спросила она, подходя к двери.

— Это я, Шэнь И.

Юнь Чусяю замерла. Разве он не уехал? Почему вернулся?

Тёплый воздух снаружи боролся с холодом из квартиры. Шэнь И стоял в дверях с двумя полупрозрачными контейнерами в руках.

Юнь Чусяю перевела взгляд на его руки:

— Брат Шэнь, ещё что-то?

Он не собирался заходить, просто протянул ей пакет.

Она растерялась:

— Мне?

— А кому ещё? — нахмурился он, прищурившись, и нетерпеливо бросил:

Она осторожно взяла пакет и заглянула внутрь: один контейнер с вонтонами, другой — с фруктовым салатом.

— Шашлык жирный и вредный. Лучше поменьше его есть.

Шэнь И смотрел на неё сверху вниз. Девушка только что вышла из душа, от неё пахло лёгким лимонным ароматом. Волосы немного подросли, мокрые кончики послушно прилипли к шее. На ней была белая шифоновая майка-безрукавка, открывавшая изящные ключицы и участок белоснежной кожи.

Как маленькая фея.

Он опустил глаза и невольно понизил голос:

— Не ставь кондиционер слишком низко, простудишься.

— А… — Юнь Чусяю растерялась от неожиданной заботы «дьявола Шэня», но, раз кто-то проявил доброту, нужно поблагодарить. — Спасибо, брат Шэнь.

Эта благодарность была искренней.

Шэнь И, похоже, тоже почувствовал неловкость. Он помолчал секунду и кивнул:

— Я пошёл.

— Подожди.

Он уже начал поворачиваться, но девушка снова окликнула его.

Он посмотрел на неё. Юнь Чусяю смотрела прямо, её большие глаза отражали свет уличного фонаря, и в них читалась искренность.

— Брат Шэнь, зайди, посиди немного.

Дыхание Шэнь И замедлилось, лицо стало серьёзным, губы недовольно сжались, и от него повеяло холодом.

— Честно говоря, — продолжила она, не пряча взгляда, с явной внутренней борьбой, но решительно, — когда ты ушёл, я заказала шашлык. Он уже, наверное, подъезжает.

Шэнь И: «…»

— Я не думала, что ты окажешься таким добрым, поэтому заказала многовато. Мне одному не съесть.

— …

Шэнь И стиснул зубы, и в его голосе прозвучала угроза:

— Юнь Чусяю.

— А?

— Тебе, наверное, чесаться захотелось?

Юнь Чусяю нахмурилась с невинным видом:

— Чешусь… Сегодня два укуса комаров на ноге.

— …

Шэнь И действительно захотелось кого-нибудь ударить.

**

Шэнь И не остался.

Но шашлык всё же прибыл.

Еды оказалось слишком много, и остатки она убрала в холодильник.

Целый день — сначала острое горшочное фондю, потом шашлык, плюс заботливый Шэнь И с вонтонами и фруктовым салатом, и банка ледяной колы из холодильника… После такого разгула последовало бесконечное раскаяние.

Привыкнув к лёгкой пище, её желудок не выдержал резкого удара — холода, жары, остроты и жира. С двух часов ночи Юнь Чусяю почувствовала недомогание.

Она не знала, сколько раз бегала в туалет, но, наконец, когда стало легче и она провалилась в сон, за окном уже начало светать.

Десять часов утра.

Шэнь И мрачно стоял у двери Юнь Чусяю с несколькими сценариями в одной руке и пальцем, зависшим над кнопкой звонка.

Он уже несколько раз звонил, но внутри — тишина.

Раздражённо цокнув языком, он перестал звонить и начал стучать в дверь.

Прошло ещё минут пять, прежде чем из-за двери донеслись шаги в тапочках по деревянному полу.

Дверь медленно открылась.

Она, как обычно, не удосужилась спросить, кто там, прежде чем открыть. Уголки губ Шэнь И опустились, и раздражение усилилось.

Девушка еле держалась на ногах, плечи обвисли, бретелька сползла почти до локтя. Волосы были взъерошены, лицо бледное, под глазами — тёмные круги, губы сухие.

Её большие глаза были полуприкрыты, взгляд рассеянный.

Очевидно, она плохо спала.

Прошло несколько секунд, прежде чем она медленно осознала:

— А… брат Шэнь… доброе утро.

Жёсткие слова, готовые сорваться с языка Шэнь И, застряли в горле.

Он нахмурился, вошёл в квартиру и захлопнул за собой дверь:

— Что с тобой?

Юнь Чусяю клевала носом, её голос был еле слышен:

— Одиночество одного, ошибка двоих.

Шэнь И: «…»

— Говори по-человечески.

Она надула губы, обиженно и жалобно пожаловалась:

— У меня понос… всю ночь мучилась, не спала ни минуты, а ты теперь ещё и будишь меня.

http://bllate.org/book/4069/425414