Оно пропищало лишь наполовину, как выяснилось, что Чэнь Юаньчжоу уже давным-давно умылся и почистил зубы, а капли воды на его чёлке высохли уже целую вечность назад.
На юноше была надета самая простая чёрная футболка с золотым принтом и половиной белого голубя на крыле.
Самый обычный фасон и рисунок.
Но на Чэнь Юаньчжоу этот наряд приобрёл особую изюминку благодаря его благородному и дерзкому темпераменту, отчего даже простая одежда в мгновение ока казалась невероятно дорогой.
— Выспался? — спросил Чэнь Юаньчжоу.
Его тон был очень мягким, и весь он казался чистым и совершенно безобидным.
А лицо — и вовсе пугающе обманчивым и соблазнительным.
05 слегка замялось и не удержалось от вздоха: «Хозяин, как хорошо, что мы попали в нормальный мир».
Не окажись здесь так, и кто знает, сколько извращенцев очаровал бы его хозяин...
Чэнь Юаньчжоу не расслышал, что именно бормотал Си тем временем. Он открыл дверь и уже собирался спускаться, как заметил на ручке изысканную упаковку.
Внутри лежали солнцезащитный крем и средство от насекомых.
Похоже, Ся Цзэ вернулся сегодня рано утром.
Чэнь Юаньчжоу принял этот знак внимания, оставил чемодан у дверей, и вскоре двое охранников спустили его вниз.
Сам он тоже направился прямо к выходу.
Спустя неделю с лишним они снова встретились с Цяо Юем.
Тот наконец-то мог стоять на ногах и ходить.
Если память не изменяла, Цяо Юй в этот раз тоже должен был проходить отложенную военную подготовку, вот только учились они в разных школах.
Впрочем, вполне логично: раньше Цяо Юй не переступал порог семьи Чэнь, да и в такое элитное учебное заведение, как Сент-Вилль, его бы не пустили.
Чэнь Юаньчжоу не собирался с ним здороваться.
Кто бы мог подумать, что поведение Цяо Юя превзойдет все ожидания — тот неожиданно сам подошел с извинениями:
— Брат Юаньчжоу, за тот случай в прошлый раз — прости меня, пожалуйста, я тогда просто помрачился рассудком. Чтобы искупить вину перед тобой, я лично сварил свежую кашу, она только что с плиты. Для неё я использовал целебные ингредиенты, которые моя мама хранила долгие годы.
Как и ожидалось.
На обеденном столе, помимо нескольких блюд европейской и китайской кухни, красовались две пиалы с мясной кашей на отваре из традиционных китайских лекарств — по одному взгляду было понятно, что к этому приложила руку вовсе не тётя Ван.
«Сдается мне, он снова замышляет какую-то гадость», — интуитивно подсказало 05.
— Не переживай, братец Цяо Юй, я вовсе не держу зла на такие пустяки, — с видом величайшего добродушия произнес Чэнь Юаньчжоу. — Я человек, который меньше всего на свете умеет затаивать обиду.
Какая шутка: он и не держу зла.
«Пхэ», — отозвалось 05. — «Хозяин, если бы я не знало тебя столько времени, я бы и сам тебе поверил».
Странно.
Интонация Чэнь Юаньчжоу звучала так мягко, почему же от неё снова пробегал такой зловещий холодок?
Цяо Юй слегка вздрогнул изнутри, но внешне постарался сохранить видимость спокойствия.
Видимо, сказывалось недавнее происшествие на лестнице.
Он нарочно сел за стол и захотел отведовать ложечку каши прямо на глазах у Чэнь Юаньчжоу, чтобы доказать: с едой всё в полном порядке.
Вот только она оказалась слишком горячей, обжигая кончики пальцев от одного прикосновения к стенкам пиалы.
Тут же добрая тётя Ван напомнила с заботливым видом:
— Молодой господин Цяо, суп, который вы варили для генерала Чэня, уже пора снимать с огня...
В глазах Цяо Юя мелькнула искра досады на то, что его прервали.
Чэнь Юаньчжоу произнес:
— Иди, не дай отцу супу подгореть. Я верю, что в этот раз младший брат извиняется от всего сердца.
— Тогда... — в глазах Цяо Юя эмоции едва не выплескивались через край. Он поднялся с места и, направляясь к кухне, напоследок с избытком показного усердия наставительно бросил: — Тогда братец Юаньчжоу, ты обязательно выпей её пока горячая.
Заметив, как уголки губ Цяо Юя едва сдерживают торжествующую улыбку, Чэнь Юаньчжоу снова опустил взгляд на пиалу, и в уголках его глаз промелькнуло куда более глубокое веселье:
— Не беспокойся, я выпью её прямо сейчас.
В общем, стоило Цяо Юю выйти из кухни, как он увидел, что Чэнь Юаньчжоу уже прикончил большую часть каши.
На сердце у него мгновенно зародилось злорадное торжество.
Ведь в пиалу, которую он подсунул Чэнь Юаньчжоу, было высыпано полпачки слабительного!
Ну что, Чэнь Юаньчжоу, доигрался?
Сам виноват, что заставил меня свалиться с лестницы и опозориться! Теперь жди, пока из-за опоздания и прогула военной подготовки отец возненавидит тебя всей душой!
— Брат Юаньчжоу, как тебе каша? Неплохо я научился готовить у мамы, да? — если бы не стремление к правдоподобности, ему было бы безумно жаль переводить столько ценных целебных продуктов на этого Чэнь Юаньчжоу.
Мысль об этом заставила Цяо Юя приняться за собственную еду с удвоенной скоростью.
Правда, его слегка смущало одно обстоятельство: своей порции он вроде бы накладывал довольно много.
Почему же в тарелке оказалось так мало?
— Пойдет, — Чэнь Юаньчжоу наблюдал за тем, как тот уплетает кашу, и элегантно продолжал свой завтрак. — Только почему госпожи Цяо сегодня не видно с утра пораньше?
Цяо Юй мгновенно замер лицом: «…………»
Стоило признать: его матушка страсть как любила поваляться в постели и затягивать подъём.
Из тех людей, которых не в силах добудиться и несколько будильников.
Глава семьи Чэнь неизменно выражал крайнее недовольство этой привычкой.
И надо же было Чэнь Юаньчжоу завести об этом разговор — неужто нарочно?!
— Наверное... — лихорадочно соображая, какое бы придумать оправдание, Цяо Юй вновь исполнился горделивого вида. — Она занята тем, что пытается родить на свет маленькую сестричку в наш семейный очаг!
«Пхэ, так и подмывает записать эти слова на диктофон и дать послушать главе Чэню», — вот каковы обычные высказывания его благопристойного третьего сыночка, именно так и рождаются грязные слухи.
— Вот как? — Чэнь Юаньчжоу делал глоток за глотком кофе. — Тогда передай мои поздравления твоей матушке.
Доев кашу, Цяо Юй внезапно вспомнил, что с самого утра был полностью поглощен мыслями о мести Чэнь Юаньчжоу и до сих пор не собрал чемодан.
А до отъезда оставалось совсем немного времени.
Он торопливо собрался бежать наверх, но стоило сделать всего пару шагов, как в животе внезапно скрутило от резкой боли: «...»
Ся Цзэ как раз спускался вниз, когда нос к носу столкнулся с Цяо Юем, спешно мчавшимся в сторону уборной на втором этаже.
В это же время из кабинета уже вышел Чэнь Цзяньдун. Окинув гостиную взглядом, он осведомился:
— Куда это мелкий запропастился?
Тётя Ван закончила приготовления к завтраку и ещё десять минут назад ушла на рынок за продуктами, поэтому ответил Чэнь Юаньчжоу:
— Наверное, еще спит. Я его сегодня с утра не видел.
Выслушав сына, Чэнь Цзяньдун ничего не ответил и повернулся к старшему:
— Ся Цзэ, а ты видел утром Цяо Юя?
Взгляд Чэнь Юаньчжоу мгновенно переметнулся на мягкий и спокойный профиль Ся Цзэ.
Он заметил, что брат в тот же миг тоже повернул голову в его сторону.
И они неожиданно для самих себя сошлись взглядами.
В голове Чэнь Юаньчжоу тут же зазвучали пронзительные сирены тревоги от системы 05: «Плохо, хозяин... Ся Цзэ ведь только что сталкивался с Цяо Юем в холле, когда спускался! »
— Он прекрасно знает, что прямо сейчас ты лжешь.
Глава 11. Снова встреча с Чжоу Ле
Неужели всё рушится?!
05 завопило в глубине души.
Дыхание Чэнь Юаньчжоу едва заметно замерло, а глаза оставались прикованы к Ся Цзэ.
Тот тем временем взял со столика стакан с водой, отпил половину, и в его голосе, словно пропущенном сквозь ледяную воду, прозвучал неожиданный ответ:
— Нет, я утром тоже не видел Цяо Юя.
...Кризис миновал.
В тот же миг Чэнь Цзяньдун с большей силой перекрутил в пальцах буддийские чётки на правом запястье — по этому движению сразу было понятно, что он занемог от гнева.
Чэнь Юаньчжоу мгновенно взял себя в руки и произнес:
— Отцу не стоит сердиться, я уже велел кому надо позвать его. Младший брат только недавно переехал сюда, и для него вполне нормально еще не знать порядков в нашем доме.
В разгар кипевшей ярости услышать столь рассудительные и понимающие слова от среднего сына...
Чэнь Цзяньдун вновь перевел взгляд на Чэнь Юаньчжоу, в его глазах промельчало редкое одобрение.
В конце концов, этот его сын прежде вечно славился своей дерзостью и своенравием, зато в последнее время словно заново родился.
— Ради Юаньчжоу я сегодня с утра пораньше сдержу гнев, но никому из вас не позволено идти и будить его, — сурово бросил Чэнь Цзяньдун. — Мне самому любопытно взглянуть, до каких пор эта матушка с сынком будут почивать.
Сказав своё слово, Ся Цзэ молча устроился на диване у журнального столика и теперь безмолвно наблюдал за разыгрывающейся комедией.
— Ладно, тогда пусть твой брат Ся Цзэ проводит тебя до учебного лагеря, — распорядился Чэнь Цзяньдун.
Сидевший рядом Ся Цзэ уже собирался подняться на ноги, как младший брат ладонью придержал его за руку.
— Не нужно. — Эта фраза предназначалась отцу.
После этого Чэнь Юаньчжоу повернул взгляд к находившемуся совсем рядом мужчине с мягкими благородными чертами лица:
— Братец, я доберусь сам. Говорят, ты провёл в больнице для необычных питомцев уйму времени, тебе нужно как следует отдохнуть.
Наблюдая за их трогательным братским единением, Чэнь Цзяньдун остался чрезвычайно доволен и сам направился в столовую зону, оставляя братьям личное пространство для прощания.
Чэнь Юаньчжоу бросил взгляд на часы.
— Мне пора.
— Мм. — Ся Цзэ снова взял в руку стакан.
Он думал, что они молча разминутся плечом к плечу, но вместо этого почувствовал, как младший брат слегка подался вперед, наклонившись к самому его уху и выдохнув едва слышные слова:
— Спасибо, братец.
— Спасибо за то, что прикрыл.
Чэнь Юаньчжоу проскользнул в опасной близости от его колен.
Краешек мягкой трикотажной футболки невольно скользнул по пальцам Ся Цзэ, заставив воду в стакане тихо заплескаться.
Словно в гладь безмятежного озера бросили камень.
Пустивший по воде круги за кругами.
И этому волнению не было конца.
Где-то у входа хлопнула входная дверь гостиной, и Ся Цзэ осушил стакан до дна, однако ледяная вода была бессильна погасить то самое скрытое, запретное пламя, что продолжало разгораться в его груди.
У крыльца уже давным-давно ожидал автомобиль.
Чэнь Юаньчжоу открыл дверцу и забрался внутрь:
— Поехали.
Водитель на мгновение замялся:
— А третий молодой господин...
— Он? — Чэнь Юаньчжоу посмотрел в сторону окон второго этажа старинной виллы и равнодушно усмехнулся: — Ему нездоровится, дядя-водитель, отвези меня одного.
В туалетной комнате.
Сбегав туда уже трижды и ощущая, как от усталости едва подкашиваются ноги, Цяо Юй наконец прозрел.
Это Чэнь Юаньчжоу подменил те две пиалы каши!
Из-за него он теперь страдает от сильнейшего слабительного — какая же у этого человека злая, ядовитая душонка.
Значит...
Он сам вынуждает прибегнуть к супертехнологичным методам?
Цяо Юй щелкнул пальцами в пустоту и мысленно проговорил: «Старший системный 438, вы ещё здесь? То предложение насчет привязки пробужденного, о котором вы говорили ранее, оно ещё в силе? Кажется, мне это срочно понадобилось».
Никакого ответа не последовало.
В этот момент перед ним выросла серая тень.
Мужчина излучал мягкий, утонченный темперамент истинного благородного мужа, но, возможно, из-за игры воображения температура вокруг него казалась подозрительно низкой.
Это был Ся Цзэ.
Цяо Юй тут же созрел с планом: его глаза мгновенно покраснели, и он заговорил дрожащим голосом:
— Братец Ся Цзэ, Чэнь Юаньчжоу такой ужасный человек, не позволяй ему одурачить себя! Он не только столкнул меня с лестницы, но еще и подсыпал мне в...
Он не успел договорить.
Ся Цзэ извлек откуда-то какой-то предмет и швырнул прямо перед ним:
— Ты об этом говоришь?
http://bllate.org/book/40670/5168714
Сказали спасибо 0 читателей