Готовый перевод My Smart System and My Husband / ИИ и кондитер: сладкая жизнь в древности: Глава 4

Мо Цзинчэн понял его сдержанность и напряжение, поэтому утешил: — Ничего страшного, не нужно стесняться. Заброшенное поле старосты тоже неплохое, раз он временно разрешил тебе здесь сажать, значит, оценил твое трудолюбие и усердие, а этот батат у тебя взошел очень хорошо.

Фан Юнь с усердием закивал, но уголки его глаз всё равно покраснели, и он опустил голову, смертельно боясь, что Мо Цзинчэн посчитает его лентяем.

— Я не смеюсь над тобой, — Мо Цзинчэн разглядел тревогу в его сердце, ободряюще улыбнулся и заодно похвалил: — Ты очень смышленый. Батат легко вырастить, если посадить его, даже без особого ухода получится неплохой урожай. К тому же из батата можно делать сладости.

С этими словами Мо Цзинчэн мысленно принялся искать в базе данных рецепты десертов из батата.

Фан Юнь, которого внезапно похвалили, тут же покраснел до самых ушей, заливисто засмеялся и, больше не печалясь, закатал рукава, чтобы выдернуть созревший батат.

Стоявший рядом Мо Цзинчэн тем временем разрыхлил землю на другом участке, достал из мешка полынь и аккуратно высадил ее одну за другой, а затем вытащил из кармана верхней одежды семена кунжута и клубни ямса, тоже тщательно их посадив.

Фан Юнь, выдергивавший батат, заметил на ладони Мо Цзинчэна какие-то черные и коричневые невиданные прежде штуковины и, не удержавшись от любопытства, вытянул шею.

— Это черный кунжут и семена ямса, я подобрал их по дороге сюда. Когда они вырастут, их можно будет выгодно продать или использовать для приготовления выпечки, я потом тебя научу, — Мо Цзинчэн на ходу сочинил ложь, терпеливо объясняя, но при этом не замедляя движений.

Благодаря хранившемуся в его разумном мозге руководству по земледелию, он уже прекрасно во всем этом разбирался.

Услышав названия семян, Фан Юнь немало изумился. Он ни капли не усомнился в словах Мо Цзинчэна, широко открыл рот, а его миндалевидные глаза так и задвигались.

Черный кунжут! Простым людям такое не по карману! Хоть он и не знал, что такое япс, но это наверняка какая-то редкость, раз Брат Мо смог ее подобрать! Да к тому же он сказал, что из этого будут делать выпечку! Брат Мо просто невероятен!

Звездочки в глазах Фан Юня вспыхнули с новой силой. Он поспешно поднял руку, собираясь что-то изобразить жестами, но его прервал оклик издалека.

— Юнь-гэр!

Прислушавшись, они поняли, что это его зовет фулан старосты Нин Юйпин.

Вскоре из бамбуковой рощи вышел мужчина лет тридцати с небольшим, на руке у которого висела корзина с яйцами. Увидев незнакомого Мо Цзинчэна, он ничуть не удивился — лицо его оставалось бесстрастным, — зато тепло поприветствовал Фан Юня.

— Юнь-гэр, я принес тебе яиц. — Нин Юйпин поставил корзинку перед Фан Юнем, а затем перевел взгляд на Мо Цзинчэна, в руках которого был кунжут: — Так ты и есть тот чужак, которого вчера спас Юнь-гэр?

Он никогда не видел семян черного кунжута, просто нашел это странным, но расспрашивать не стал.

Зная, что Фан Юню приходится нелегко в одиночку, он то и дело наведывался, чтобы помочь. Сегодня утром он случайно встретил Лекаря Гу и только так узнал, что вчера Фан Юнь спас раненого пришлого мужчину. Переживая за парня, Нин Юйпин и пришел навестить его под предлогом доставки яиц.

Мо Цзинчэн вежливо сложил руки в приветственном жесте и назвал свое имя. После того как Фан Юнь представил гостя, он понял, что перед ним фулан старосты, и вежливо поздоровался: — Дядя Нин.

Только после этого впечатление Нин Юйпина о Мо Цзинчэне немного улучшилось, однако он все еще с подозрением оглядывал парня.

Этот бледноватый мужчина был красив лицом, но от всей его фигуры веяло отталкивающей прохладой, к тому же в нем чувствовалась некоторая книжная утонченность — с первого взгляда было ясно, что перед ним хилый хлюпик, неспособный на тяжелый труд.

А теперь, увидев, что Мо Цзинчэн стоит на поле и сажает непонятно что, Нин Юйпин и вовсе преисполнился сомнений. Приглядевшись же повнимательнее, он заметил, что посреди хорошего поля растут сорняки, и чуть не занервничал до полусмерти.

Да это же никому не нужная трава с обочины дороги!

Испытывая смешанные чувства, он отвел Фан Юня в сторону и понизил голос: — Юнь-гэр, зачем ты привел домой этого человека неизвестно откуда? Тебе и самому тяжело себя прокормить, а если взять нахлебника, который даже работать не умеет, разве это не беда за бедой?

Слова прозвучали сурово, но в каждом из них была правда.

Фан Юнь, услышав это, хоть и понимал, что дядя Нин желает добра, но ведь и Брат Мо был вовсе не плох. Парень так заволновался, что его личико покраснело, и он принялся торопливо объяснять всё жестами Нин Юйпину.

Брат Мо вовсе не плох! И Брат Мо очень способен!

Нин Юйпин не слишком хорошо понимал жесты Фан Юня, но по его выражению лица уловил смысл, поэтому не стал продолжать уговоры. Сделав пару наставлений, он ушел. Перед уходом он еще раз настороженно оглянулся на Мо Цзинчэна.

Стоявший неподалеку Мо Цзинчэн прекрасно понял смысл жестов Фан Юня. И не только понял — он отчетливо расслышал весь их разговор. Будучи роботом, он обладал невероятно острым слухом, к тому же они находились совсем близко.

Глядя на раскрасневшееся личико Фан Юня, он помрачнел, а в сердце кольнуло — появилось какое-то странное, невыразимое чувство.

Этот небольшой эпизод никак не повлиял на их темп. Фан Юнь быстро выдернул весь батат, сложил его в принесенную с собой корзину и принялся помогать Мо Цзинчэну с посадкой и поливом.

Не прошло и часа, как все было готово.

Присев на корточки у края поля, Фан Юнь с любопытством смотрел на то место, где были посажены семена черного кунжута. Пряди волос на его лбу слиплись от пота, и он небрежно смахнул их со лба, забыв, что руки у него в грязи, из-за чего перемазал все лицо и стал похож на маленького чумазого котенка.

Переполненный ожиданиями, он повернулся к Мо Цзинчэну и забормотал, вопрошая, когда же эти семена наконец прорастут.

— Скоро, — Мо Цзинчэн мимоходом стер грязь с его лица.

Четко очерченные пальцы с прохладой коснулись кожи Фан Юня, отчего тот замер, перестав дышать от напряжения.

Поглощенный своими мыслями Мо Цзинчэн не заметил реакции Фан Юня. Он уставился на места, куда только что опустились семена, и начал прикидывать время.

Семена, извлеченные из базы данных, не были обычными — все они прошли селекцию и являлись превосходными сортами, отличавшимися стремительным ростом: при минимальном уходе они созревали за ночь, при максимальном — за неделю.

Что же касается этих обычных на вид, улучшенных семян черного кунжута и ямса, то урожай от них, пожалуй, можно будет собирать уже завтра рано утром.

Но об этом нельзя было рассказывать остальным деревенским. Судя по недавней реакции Нин Юйпина, было очевидно, что эта замкнутая Деревня Цветов Абрикоса не жаловала чужаков. То, что они молчаливо терпели появление непонятно откуда взявшегося Мо Цзинчэна, уже само по себе давалось им с трудом. Если же они узнают об этом, не изгонят ли их обоих из деревни, посчитав какими-нибудь монстрами?

http://bllate.org/book/40603/5157099