Готовый перевод My Smart System and My Husband / ИИ и кондитер: сладкая жизнь в древности: Глава 2

Фан Юнь тяжело кивнул. Он попытался сходить за чудо-врачом, жившем на окраине деревни, пока Мо Цзинчэн ещё не пришёл в себя, но его прогнали обратно под предлогом того, что из-за наступившего лета у лекаря пропал аппетит и он не выезжает на дом.

Фан Юнь хотел сказать что-то ещё, но у Мо Цзинчэна вдруг закружилась голова, и он торопливо оперся о край кровати, чтобы передохнуть. Видя, как Фан Юнь суетится на месте, словно испуганный кролик, он успокаивающе произнёс: — Не переживай, со мной всё в порядке.

Фан Юнь на мгновение замер, а случайно бросив взгляд на красивое лицо Мо Цзинчэна, тут же до самых кончиков ушей залился краской.

Проснувшемуся больному требовалось подкрепиться, и как только Мо Цзинчэн заснул, Фан Юнь тихонько побежал на кухню, чтобы приготовить ему еду. Однако дома впору было вешать замок, а поскольку сегодня он не ходил продавать сладости, у него не осталось ни единой медной монетки на покупку продуктов.

Фан Юнь грустно опустил голову и перевёл взгляд на бамбуковое лукошко, накрытое тканью. Внутри лежали зелёные бобовые пирожные. Их аккуратно слепили в форме цветочков, и они выглядели невероятно мило.

Вообще-то их собирались продать сегодня.

Может, отнести эти сладости чудо-врачу? Если чудо-врач останется доволен угощением, то наверняка согласится прийти!

Но вдруг чудо-врачу не понравятся его сладости? От этой мысли маленькая головка уныло поникла.

— Что ты делаешь? — раздался с порога голос Мо Цзинчэна, который накинул верхнюю одежду и прислонился к косяку двери.

Прикрыв глаза, он немного отдохнул, а обнаружив, что Фан Юнь пропал, отправился его искать. Застав парня перед лукошком со сладостями, который то грустил, то улыбался, он не мог не удивиться такой смене настроений.

Пойманный с поличным за своими внутренними монологами, Фан Юнь смущённо покраснел, а заметив, что перед ним стоит Мо Цзинчэн, испуганно издал невнятный писк.

— Вышел подышать воздухом, стоять всё равно могу, — ответил Мо Цзинчэн, заметив, что Фан Юнь беспокоится о нём. Тому ничего не оставалось, как протянуть зелёное бобовое пирожное и вернуться к своим делам.

Взяв сладость, Мо Цзинчэн встал в дверях и принялся есть, оглядываясь по сторонам. Эта кухня была совсем небольшой: львиную долю пространства занимала чёрная печь, а в углу громоздились вязанки дров. Места для готовки оставалось мало, и двум людям здесь было тесно.

Тем не менее, всё вокруг сияло чистотой и было аккуратно убрано.

Пирожное таяло во рту, оставляя после себя лёгкий аромат бобов. Скушав пару штучек, Мо Цзинчэн почувствовал, что к нему немного вернулись силы.

Недалеко от кухни раскинулся небольшой клочок земли, на котором кое-где росли кустики зелёных бобов — вероятно, из них Фан Юнь и делал свои сладости. Рядом зевелость немало сорняков с беловатым пушком на листьях, выглядевших до боли знакомо.

Неужели полынь?

Будучи умным роботом, Мо Цзинчэн обладал кое-какими навыками земледелия и теперь легко узнавал различные травы и цветы.

Вот только полынь росла как попало, явно сойдя за обычный сорняк.

Мо Цзинчэн окликнул Фан Юня и указал на траву:

— У вас что, эта полынь просто так везде растёт?

Ничего не понимая, Фан Юнь нахмурился, принюхался и посмотрел на лицо Мо Цзинчэна, озадаченно размышляя: это же самые обычные сорняки, неужели от них есть какая-то польза?

И правда, люди этого мира не знали, что полынь годится в пищу. Мо Цзинчэн подошёл, намереваясь сорвать пару веточек, но Фан Юнь стремглав бросился к нему и выхватил растение прямо из рук.

В этом поспешном движении явно читался страх, что Мо Цзинчэн снова где-нибудь навредит себе.

Лицо Фан Юня покраснело от усердия. Надув щёки, он велел Мо Цзинчэну отойти в сторону и отдохнуть, а сам, засучив рукава, сорвал целый охапку. Несколько лет назад родные выгнали его из дома, и с тех пор он жил один, поэтому крестьянскую работу выполнял мастерски, а полынь нарезал аккуратно и чисто.

Вот только он понятия не имел, зачем нужны эти сорняки.

— Это полынь. Из неё готовят еду, а сладости получаются освежающими и спасают от летней жары, — терпеливо объяснил Мо Цзинчэн, заметив замешательство на лице Фан Юня. — Она отлично подходит для лета.

Услышав это, Фан Юнь недоверчиво кивнул, немного подумал и снова тяжело кивнул.

Раз уж такой нежный Брат Мо говорит, значит, всё верно, надо слушаться!

Глядя на простодушный вид Фан Юня, Мо Цзинчэн невольно улыбнулся.

Следуя указаниям Мо Цзинчэна, Фан Юнь вымыл полынь, отжал из неё зелёный сок, добавил клейкую рисовую муку для густоты и отправил всё в пароварку. Вскоре в клубах пара поспели полынные пирожные.

Маленькие зелёные сладости прятались в белой дымке, выглядя невероятно забавно и аппетитно. Фан Юнь приблизился, и его нос уловил тонкий аромат.

Как вкусно! Брат Мо просто невероятен!

Его большие миндалевидные глаза хлопали, казалось, ещё чуть-чуть — и из них посыплются искры.

— Это у тебя золотые руки, — Мо Цзинчэн подцепил палочками полынное пирожное, остудил его и положил в рот Фан Юню. Глаза парнишки засияли ещё ярче.

Но когда Мо Цзинчэн потянулся за вторым куском, Фан Юнь вдруг что-то вспомнил, резко бросил палочки, обеими руками вцепился в рукав Мо Цзинчэна и с тревожным видом уставился на него.

Мо Цзинчэн понял, к чему клонит Фан Юнь, и кивнул:

— Я как раз собирался это предложить.

Фан Юнь надеялся задобрить полынными пирожными чудо-врача Гу Чэна и привести его сюда.

С замиранием сердца он протянул угощение Гу Чэну. Когда тот поморщился, но всё же съел пирожное, у Фан Юня сердце едва не выпрыгнуло из груди. Он уже ждал, что их снова прогонят, но Гу Чэн взволнованно отложил палочки и, схватив его за руку, потребовал немедленно вести к больному.

— Это ты научил Юнь-гэра делать такие пирожные?

Примчавшийся чудо-врач Гу Чэн недоверчиво уставился на них.

Сидящий у кровати молодой человек с бледным лицом, длинными и чуть опущенными уголками глаз веял книжной ученостью — с первого взгляда было очевидно, что это избаленный от любой работы господин из богатой семьи. Разве он умеет готовить сладости?

Да ещё и из какой-то сорной травы!

Мо Цзинчэн тронул уголки губ улыбкой, отвечая Гу Чэну, хотя от нехватки сил на его лбу уже выступили капельки холодного пота.

Как бы сильно Гу Чэн ни любил вкусную еду, вид Мо Цзинчэна лишил его возможности продолжать расспросы о рецепте. Тяжело вздохнув, лекарь принялся проверять пульс больного.

Фан Юнь напряжённо замер рядом, до смерти боясь услышать какой-нибудь страшный диагноз. От этого зрелища Мо Цзинчэн снова легко улыбнулся.

— Мелкий сорванец, в таком состоянии, а всё скалишься? — не выдержав, отчитал его Гу Чэн. Ему ещё не доводилось встречать столь странных людей: пульс хаотичный, совсем не как у обычных людей, а он сидит и так легко улыбается.

http://bllate.org/book/40603/5157097