Готовый перевод Please Don't Ruin the Sect / Умоляю, не позорьте нашу школу!: Глава 13

Се Гунцюй со сложным выражением на лице на мгновение нахмурился и обратился к Е Сюань: — Эй, всё это просто...

— Все они — родственники того мальчика? — спросил Е Сюань.

— Ну да, тот, кто на коленях, — его отец, — пробормотал Се Гунцюй. — Поздний ребёнок, единственный сын, они никак не могут смириться с тем, что с ним что-то случилось. Его, конечно, жаль, но это уже слишком экстремально.

Заметив, что Е Сюань оборачивается к нему, Се Гунцюй продолжил: — Они не в первый раз приходят караулить заведующего Фан. Каждый раз на коленях умоляют спасти их сына. Заведующего Фан они уже довели до головной боли, но он каждый раз вежливо объясняет, что случай очень сложный, операция трудная, нужно всё тщательно обдумать, прежде чем оперировать.

— Но разве они способны это понять? Твердят своё: раз трудно, всё равно делайте, — вздохнул Се Гунцюй. — Из-за этого скандала и у заведующего Фан нервы на пределе, и у нас тоже. Не хочу хвастаться, но риск в этой операции сам по себе немаленький, а родители такие отбитые. Если во время операции действительно что-то пойдет не так, никто на себя ответственность не возьмет.

Е Сюань понимающе кивнул.

И правда.

Не говоря уже о самой операции, даже просто учитывать эмоциональное состояние родственников — уже колоссальная нагрузка для оперирующего хирурга.

Оба не стали вмешиваться в это дело. Когда они вышли из кабинета, родственники уже разошлись, и Фан Синь тоже шел им навстречу, заложив руки за спину.

— Заведующий Фан.

— Заведующий Фан.

Они оба поздоровались с Фан Синем.

Фан Синь бросил на них косой взгляд и спросил: — Сейчас есть свободное время?

Е Сюань и Се Гунцюй молча переглянулись, мгновенно прочитав в глазах друг друга один и тот же смысл.

Фан Синь созвал совещание, в котором участвовали врачи нейрохирургии, онкологии и радиологии.

— Тема сегодняшнего совещания прежняя — клинический случай того шестилетнего мальчика, на столе лежат снимки. — Выражение лица у Фан Синя было не из приятных, казалось, родственники его основательно измотали. — На МРТ с контрастом определяется образование в области стыка Варолиева моста и продолговатого мозга размером 3,2 на 2,8 сантиметра с неравномерным накоплением контраста. Опухоль охватывает правый пирамидный путь и левую медиальную петлю...

— Несколько дней назад мы госпитализировали этого пациента в отделение нейрохирургии и уже проводили обсуждение данной патологии. Ситуация тяжёлая, операция сложнейшая, а риск чрезвычайно высок.

Едва Фан Синь закончил говорить, сидевшие за столом врачи невольно один за другим закивали.

— Но доктор Е предложил жизнеспособный план. — Фан Синь перевел взгляд на Е Сюаня и поджал губы.

Поймав его взгляд, Е Сюань прекратил постукивать согнутым пальцем по колену и продолжил: — Вспомогательная таргетная терапия в отделении онкологии для уменьшения размеров опухоли, в нейрохирургии — применение субокципитального крайне-латерального доступа и метода интраоперационного пробуждения, поэтапная операция в сочетании с интраоперационным мультимодальным мониторингом...

Было очевидно, что после того совещания Е Сюань еще сильнее детализировал свои соображения, и на этот раз изложение получилось намного более проработанным и надежным.

— Этот план действительно на данный момент обладает наибольшей осуществимостью, — произнес Фан Синь. — Но ключевой вопрос сейчас в том, кто будет оперировать.

Как только Фан Синь умолк, в конференц-зале снова воцарилась тишина.

Стоило только послушать Е Сюаня, и при беглом рассмотрении всё казалось вполне выполнимым, но если вникнуть в детали, оставалось еще слишком много вопросов, требующих учета.

Взять хотя бы упомянутое Е Сюанем интраоперационное пробуждение: пациенту всего шесть лет, его способность к сотрудничеству под большим вопросом, и все риски никак не решишь простыми разговорами.

Тем более... после таких безумств со стороны родственников все испытывали определенные опасения.

Если вдруг что-то пойдет не так, родственники поднимут шум, и их врачебная карьера может на этом закончиться.

Кто рискнет ставить на кон свою карьеру, не имея уверенности?

В одно мгновение в головах у каждого пронеслись тысячи мыслей.

Увидев, что никто не говорит, Тань Цунь обвел всех взглядом и случайно встретился глазами с Фан Синем.

Фан Синь вопросительно склонил голову набок.

Тань Цунь покачал головой, пожал плечами и слегка кивнул в сторону Е Сюаня.

Фан Синь вздохнул, тоже посмотрел на Е Сюаня и, поколебавшись добрую минуту, сказал: — Доктор Е.

Е Сюань сразу понял намерения Фан Синя, приподнял веки и взглянул на него. Фан Синь смотрел прямо и неотступно, без тени смущения глядя ему в глаза.

Се Гунцюй с видным нежеланием что-то сказать посмотрел на Е Сюаня.

Остальные тоже повернулись к нему.

Под всеобщими взглядами Е Сюань кивнул и спокойным голосом произнес: — Я возьмусь.

Совещание закончилось.

Се Гунцюй отстал на полшага, дожидаясь Е Сюаня, чтобы вместе выйти из конференц-зала.

— Ты уверен в своих силах? — прямо спросил он.

Е Сюань задумался на мгновение и ответил: — Процентов на семьдесят-восемьдесят.

— То есть доля сомнений всё же осталась?

Е Сюань улыбнулся: — Разве бывают операции со стопроцентной гарантией?

Се Гунцюй закатил глаза и пожаловался: — Ты же понимаешь, о чем я. Я же говорил тебе раньше: ты не общался с его родными и, возможно, не представляешь, но я-то с ними сталкивался — они люди тяжелые. К тому же тому мальчику всего шесть лет, и риски...

Е Сюань перебил его: — Да, ты прав, ему всего шесть лет.

Се Гунцюй осекся и повернулся к нему.

— Без операции у него вообще нет надежды, — продолжил Е Сюань. — Но сейчас есть семидесятипроцентный шанс дать ему выжить, как я могу отступиться?

Се Гунцюй замер, после чего несколько беспомощно, но проникновенно вздохнул, протянул руку, хлопнул Е Сюаня по плечу и сказал: — Если что-то понадобится, говори.

Е Сюань усмехнулся: — Нужен кофе.

Се Гунцюй тоже не удержался от смеха и наигранно проворчал: — Ладно-ладно, братуха угощает.

После этого совещания Е Сюань закрутился как белка в колесе. Приближалось время ординатуры, и ему нужно было выступать в качестве представителя, координируя вопросы с университетом. Е Сюаню приходилось разрываться между больницей и вузом, урывками дорабатывая план операции. Такая интенсивность труда напоминала ему тот период в прошлой жизни, когда он умер от переутомления.

Е Сюань внутренне тревожился, но, взяв себя в руки, с решимостью смертника снова погрузился в изучение плана.

Честно говоря, Се Гунцюй искренне восхищался Е Сюанем. Ему, человеку с низким запасом сил, больше всего завидно было смотреть на таких энергетических людей, как Е Сюань.

Особенно после того, как он случайно обнаружил на рабочем столе Е Сюаня абонемент в фитнес-клуб.

Боже мой.

При такой жуткой занятости он еще умудряется находить время для тренировок?

— Ты опять куда-то собрался после обеда? — сдержанно цыкнув языком, спросил Се Гунцюй, полуприслонившись к столу.

Е Сюань ответил: — В университет. Завтра они выходят на ординатуру, поеду на организационное собрание.

Се Гунцюй снова спросил: — А потом?

— Вернусь писать хирургический отчет, — сказал Е Сюань. — Сегодня вечером у меня дежурство, заодно выкрою время подправить план.

Се Гунцюй в каком-то оцепенении покачал головой: — Ты просто ужасен. Насколько я помню, раньше ты не был таким энергичным.

Как в нем вообще не заметно усталости?

Они ведь в медицинской сфере работают: все напролет ночами не спят, да гепатопротекторы пачками жрут. Е Сюань и раньше отличался исполнительностью, но по его лицу всегда была видна усталость — по крайней мере, было понятно, что он живой человек.

Но нынешний Е Сюань — просто робот какой-то. В период подготовки к операции он автоматически переключается в режим энергосбережения, а как только начинается сама операция — врубает режим максимальной производительности. Кофе для него — машинное масло, делает глоток и тут же возвращается на стопроцентный заряд.

Внутри Е Сюаня сработал тревожный звоночек. Он подсознательно бросил взгляд на Се Гунцюя и, заметив на его лице лишь легкое возмущение без малейших признаков подозрения, отвел глаза.

Так дело не пойдет.

Е Сюань потер пальцы.

Они с Се Гунцюем пока всего лишь коллеги, и мелкие отличия вряд ли вызовут подозрения, но что насчет родителей прежнего владельца тела?

К тому же в день своего появления в больнице Е Сюань очень внимательно изучил личное дело прежнего хозяина. Хоть оно и во многом совпадало с его собственным прошлым, различия всё же имелись, и самое заметное из них касалось научных достижений.

Ему придется потратить время, чтобы со всем этим разобраться.

Ни один человек не станет незнакомым со статьями, которые написал он «сам».

Вот так незаметно дел становилось всё больше, и даже Е Сюань чувствовал себя порядком задерганным. Разобравшись с больницей, он тут же отправился в Аньский медицинский университет.

Время и место совещания Е Сюань сообщил за несколько дней.

Его студенты прибыли точно по расписанию, и даже Вэнь Чжэ, превозмогая травму, с помощью Сюй Мицин устроился на своем месте.

Е Сюань не видел их с самой прошлой встречи, и сейчас, столкнувшись с ними лицом к лицу, не удержался и бросил на них пару лишних взглядов, отчего Сюй Мицин и Вэнь Чжэ невольно принялись заниматься самоанализом.

— Мы вроде ничего такого не натворили?

— Вроде нет.

— Тогда чего он на нас пялится?

— Откуда мне знать? Я гражданин законопослушный, у меня вон нога сломана, что я сделать могу?

— ...

Посеяв зерна сомнений, Вэнь Чжэ помимо своей воли сосредоточил всё внимание на Е Сюане, не сводя глаз с каждого его движения.

Е Сюань говорил о каких-то непонятных вещах.

Только что распинался про ежедневное время прибытия на пост, как вдруг перескочил на базы данных мультиомики метастатических опухолей головного мозга.

Вэнь Чжэ сам не заметил, как начал отвлекаться.

Опомнившись, Вэнь Чжэ заметил, что Е Сюань снова зыркнул в его сторону.

У Вэнь Чжэ по спине пробежал холодок. Он рефлекторно схватил ручку и принялся усердно делать вид, что конспектирует.

Да он же ни слова не услышал, какой тут конспект?

Вэнь Чжэ с досадливым чувством тихонько пробормотал пару слов под нос, как вдруг его озарила искра догадки. Осторожно подняв голову и взглянув на Е Сюаня, он вывел на бумаге первую строчку.

Е Сюань во всех подробностях растолковал им правила ротации и, взглянув на часы, решил, раз уж время еще позволяет, поднять вопрос о планировании их научных тем.

Во время презентации Е Сюань несколько раз предсказуемо заглядывался на усердно строчившего что-то в блокноте Вэнь Чжэ.

Будто заметив что-то странное, Е Сюань прищурился и пару раз постучал согнутым пальцем по столешнице.

Остальные никак не отреагировали, и только Вэнь Чжэ чутко вскинул голову, а затем снова опустил взгляд и зашуршал ручкой по бумаге.

Е Сюань еще раз искоса взглянул на Вэнь Чжэ.

Этот взгляд заставил всех остальных тоже повернуться в ту сторону.

http://bllate.org/book/40577/5153045