Готовый перевод A Century of Marriage with the Arrogant Dragon Lord / Сто лет в браке с Лун Аотянем: История одной спутницы: Глава 10

— Эх, — Бай Юй тяжело вздохнул, — не так уж я беспомощен, чтобы и шагу без тебя ступить.

Хэ Сюэцюань прищурился:

— А мне бы хотелось, чтобы ты и вовсе ходить не мог.

— Вы, раса волков, — тихо пробормотал Бай Юй, погружаясь в раздумья, — все такие? Обязательно утащить добычу в логово, даже если она не на вкус, даже если есть что-то получше, а отпустить — ни за что? Держать в неволе до самой смерти?

Голос его слабел и вскоре совсем затих.

— О чем ты? — Хэ Сюэцюань не расслышал. — Что с нами, с расой волков, не так?

— Да ни о чем.

— Ты презираешь волков?

— Что ты, — Бай Юй выдавил из себя улыбку, — я ведь встретил тебя, когда ты еще был в облике полуволка. Я даже твой хвост гладил, помнишь?

— Да, — Хэ Сюэцюань погрузился в воспоминания, — и именно ты тогда привел меня в Училище Чэнфэн.

— Точно, точно, — поспешно подтвердил Бай Юй.

Хэ Сюэцюань продолжил:

— Такого полукровку, как я, ни одна секта Клана Людей не хотела принимать.

— Неужели? С твоим-то талантом…

— А потом ты просто повернулся и забыл обо мне, — с упреком бросил Хэ Сюэцюань.

— …

— Ты был не разлей вода с этим… как его, Чао Цзююем, — голос Хэ Сюэцюаня стал холодным и напряженным. — Если бы Училище Чэнфэн не постигла беда, разве стал бы ты практиковать со мной парное совершенствование?

— Ты… — внутри у Бай Юя все сжалось, но он заставил себя сохранять спокойствие и небрежно усмехнулся: — Опять ты за свое. Я тогда странствовал и думал, что отец отправился в Союз Бессмертного Треножника лишь для обычного допроса и скоро вернется. Когда же мы с тобой вернулись и узнали о трагедии… Я ведь не бог, чтобы предвидеть будущее.

— А тот, по фамилии Чао? — Хэ Сюэцюань не унимался. — Почему ты не возражаешь?

В голове Бай Юя поплыл туман, и лишь сейчас он осознал, что речь о Чао Цзююе.

— Возражаю против чего? — голос Бай Юя стал холоднее. — Это абсурд, все знают, что он был мне лишь старшим братом-учеником.

— Вы были неразлучны днями напролет, — Хэ Сюэцюань замолчал на секунду. — Он знал, что ты — Куньцзюнь?

— Он уже мертв, — отрезал Бай Юй. — Ты хотел, чтобы я разорвал духовную связь с другими — я согласился. Ты хотел унизить достоинство старшего почтенного — я уступил. Ты без всяких причин издеваешься надо мной — я и слова не сказал. Но оставь тех, кто уже ушел в мир иной, в покое.

Наступила тишина.

— Ты сказал, — чеканя каждое слово, произнес Хэ Сюэцюань, — что я издеваюсь над тобой? Значит, ты такой послушный: сказали разорвать связь — ты тут же разорвал, сказали прогнать людей — ты прогнал. А все потому, что я еще не добрался до истинной причины. Чао Цзююй — это какое-то святое имя, которое нельзя даже упоминать? Бай Юй, для партнеров по культивации нет ничего естественнее исполнения долга, почему же в твоих глазах это выглядит как унижение? Наша близость — это для тебя позор? Или ты чувствуешь что-то другое? — рука его скользнула между бедер. — Твое тело не согласно с твоими словами.

Возможно, из-за природы тела, подобного Куньцзюню, Бай Юй отличался особой чувственностью. Он говорил Янь Вэньсюэ, что чувствителен лишь в области ушей, но на деле это было далеко не так. Хэ Сюэцюань медленно отстранился, и поток влаги, подобный прорвавшейся плотине, вырвался наружу. Бай Юй запрокинул голову, и к чувству стыда, словно он совершил нечто постыдное, примешалось что-то еще, заставив его губы дрожать, пока тихий стон не вырвался наконец из горла.

— Посмотри на меня, — Хэ Сюэцюань схватил его за подбородок, заставляя опустить взгляд. — Смотри внимательно, как именно я тебя унижаю.

— Нет, нет… — Бай Юй попытался вырваться, но пальцы на подбородке были подобны железным прутьям. Ему пришлось смотреть.

— Нравится? — Хэ Сюэцюань задавал вопрос за вопросом. — Знаешь, а я ведь не против взять тебя в поход. Каждый день запирать тебя в главной палатке. Как тебе такая идея?

— Нельзя! Они… — Бай Юй беспорядочно указал за полог палатки.

— Что они? — Хэ Сюэцюань усмехнулся. — Многие из них ведут себя так, будто забыли, что ты принадлежишь мне. Похоже, их глаза им больше не нужны. Только что парочка этих псов смотрела на тебя так, будто умеет видеть сквозь одежду. Просто мерзость. Как раз будет повод преподать им урок. Согласен?

Бай Юй замер и опустил глаза. Когда он поднял их снова, он потянулся к вороту нижнего одеяния Хэ Сюэцюаня.

— Если ты возьмешь меня с собой, — голос Бай Юя был полон тоски, — разве не увидят все? — Его белая рука нежно сжала ткань. — Это не унижение, это лишь лишние хлопоты. Ты такой властный… А я ведь не волчица. Я не видел других мужчин, не знаю, все ли они такие же, как ты, да и… никто не видел меня. Я видел лишь тебя одного.

Этих слов оказалось достаточно: Хэ Сюэцюань смотрел на него с безумным обожанием. Бай Юй перевел дыхание и расслабился.

— М-м! — простонал Хэ Сюэцюань. — Хорошо, расслабься, такая редкость — чувствовать, как ты принимаешь меня внутри.

— Это только ты, — Бай Юй помог ему рукой, и в его голосе прозвучало то ли смущение, то ли наслаждение, — я хочу этого.

Всего пара слов, сбивчивых и невнятных, но они привели Хэ Сюэцюаня в экстаз. Он больше не позволил ему двигаться, крепко обхватив за талию. В этот раз Хэ Сюэцюань не проявил милосердия, соединившись с ним до самого предела, заполнив его до последней капли.

— Ты почти никогда мне не позволял, а теперь вдруг согласился? — ласково спросил Хэ Сюэцюань. — Если вдруг так случится и ты забеременеешь, что будем делать?

Бай Юй лежал с закрытыми глазами, лишь тяжело дыша.

— Что делать… — прошептал он, не открывая глаз. — Я твой партнер, в древних записях немало историй о Куньцзюнях, дарующих жизнь. Если я действительно выношу твое дитя — так тому и быть.

Они никогда не говорили об этом прямо. Хэ Сюэцюань, словно держа в руках драгоценность, обхватил его лицо ладонями:

— Правда? Ты правда этого хочешь?

— М-м.

— Мой хороший А-Юй, — Хэ Сюэцюань прижал его к себе, — мой замечательный А-Юй.

Бай Юй вел себя необычайно покорно, прижимаясь к горячей и широкой груди мужчины. Как же здесь жарко, как тесно — не сбежать, словно в клетке ада Аби.

Спустя некоторое время Бай Юй спросил:

— Когда выступаете?

— Сегодня вечером, — в голосе Хэ Сюэцюаня послышалась обида.

— Неудивительно, что ты так спешно позвал меня, — вздохнул Бай Юй. — Сказал бы раньше, я бы примчался как можно скорее, чтобы ты не терзался.

Помолчав в объятиях друг друга, Бай Юй затаил дыхание:

— Может, я сегодня вечером вернусь в Литин? Ты ведь не собираешься и правда запирать меня в палатке каждый день?

— Разумеется, — Хэ Сюэцюань погладил его по спине. — Я знаю, у тебя тонкая душевная организация, да и к тому же я не хотел тебя брать — просто дразнил.

Бай Юй беззвучно выдохнул.

— И еще, завтра не мойся. Все, что принадлежит мне, должно остаться внутри. — Хэ Сюэцюань, совершенно не замечая неловкости, радостно добавил: — Может, когда я вернусь, нас будут ждать хорошие новости. Будь послушным, возвращайся в Литин и жди меня, договорились?

— М-м, я сделаю, как ты скажешь.

…

Он был так покладист, что заслужил немного покоя.

Нужно дорожить этим.

Столько унижений, столько попыток ублажить и подчиниться — лишь это заставляет Волчьего Короля быть благосклонным.

…

В тот же вечер на Платформе Вздымающихся Мечей проходил молебен. Бай Юй, спрятав руки в рукава, наблюдал за церемонией. Когда они с Хэ Сюэцюанем вышли из палатки, и Хэ Сюэцюань выглядел таким одухотворенным и довольным, лицо Янь Вэньсюэ, стоявшего в строю, мгновенно почернело.

Как только молитва была закончена, служитель снял с алтаря Е Янь, но Хэ Сюэцюань остановил его:

— Бай Юй, — позвал он, — привяжи мне меч.

Кхе-кхе.

Бай Юй под взглядами сотен глаз поспешил к алтарю, взял меч и закрепил его за спиной Хэ Сюэцюаня.

— Раз уж Бессмертный Чуньсин здесь, — вставил слово Янь Вэньсюэ, — зачем утруждать других? Пусть заодно наполнит наши кубки с вином в честь победы. Ну что, брат Цюань?

Вокруг послышался шепот, воины и ученики не сводили с них глаз. Привязать меч — это еще можно доверить близкому человеку. Но разливать вино — работа для слуг.

Бай Юй сделал вид, что не расслышал, и собрался уходить. Однако его рука оказалась в ладони Хэ Сюэцюаня. На волевом лице Янь Вэньсюэ заиграла торжествующая улыбка.

— Разливать вино? — Хэ Сюэцюань медленно, потирая ладонь Бай Юя, произнес: — А-Вэнь, ты как всегда любишь шутить.

Улыбка Янь Вэньсюэ застыла, а шею залила багровая краска.

— Даже на моих частных пирах он не подает чай и вино, — Хэ Сюэцюань, одной рукой держа Бай Юя за руку, а другую спрятав за спину, выглядел одновременно величественно и мягко. — Вино в честь победы выпьем, когда вернемся с триумфом!

— С триумфом! С триумфом! За победу! За победу! — воины были вдохновлены, и боевой дух взлетел до небес.

Никто не заметил ненависти и негодования в глазах Бессмертного Ци Яна. Перед самым отправлением Бай Юй случайно столкнулся с Янь Вэньсюэ.

— Ты удивительно выдержан, — тихо прошептал Янь Вэньсюэ. — Даже не стал допрашивать брата Цюаня.

Бай Юй склонил голову набок.

— Впрочем, — Янь Вэньсюэ загадочно улыбнулся, — ты правда готов так легко все забыть? Ты ведь поедешь в Область Шафу, Бай Юй. В конце концов, это кровная месть за уничтожение твоего клана. Ты ведь не настолько труслив и никчемен, верно? Бай Юй.

Бросив эти слова, Янь Вэньсюэ высоко поднял голову и ускакал прочь.

— Ты так стараешься плести интриги, — проговорил Бай Юй, оставшись на месте, — лишь бы вбить клин между мной и твоим братом Цюанем. Бессмертный Ци Ян, твой план совершенно излишен.

Эх, все они — Бай Юй и Хэ Сюэцюань — когда-то были неразлучны, как клей и лак, клялись в вечной верности, и немало было желающих соблазнить Бессмертного Чуньсина, лишившегося своей опоры. Ох, тогда его еще не называли Бессмертным Владыкой, их уровень культивации был еще далек от стадии Превращения Божества, а Хэ Сюэцюань еще не стал Лидером союза в Союзе Бессмертного Треножника.

http://bllate.org/book/40560/5151337

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь