Се Цзэсин сжал зубы и процедил сквозь них:
— Я не исполню твое желание. Это невозможно.
Этот человек, однако, настаивал на своем:
— Нужно хотя бы попробовать.
Заметив, что Се Цзэсин постепенно затих, мужчина снова запустил пальцы в его волосы и мягко спросил:
— Ты так сильно вспотел, волосы совсем промокли. Ты очень нервничаешь?
Се Цзэсин окончательно ушел в глухую оборону, перестав отвечать на любые слова.
Взгляд мужчины опустился ниже, на участок бледной кожи на затылке, где располагалась железа.
У Альф и Омег железы находятся в одном и том же месте на задней стороне шеи — телесного цвета с розоватым оттенком, размером с монету, обычно неправильной формы. Но железа Се Цзэсина формой напоминала расправившую крылья бабочку, и это было весьма необычно.
Задержав на ней взгляд, мужчина снова снял перчатку. Его холодные пальцы коснулись кожи, а подушечка большого пальца мягко надавила на нежную железу.
Се Цзэсин вздрогнул, тело его пробила дрожь, он инстинктивно попытался увернуться, но не смог.
— Твоя железа очень красивая, — прошептал мужчина, не скрывая восхищения.
Если бы она могла, подобно Омежьей железе, быть отмеченной меткой и налиться кровью во время обмена феромонами, являя на его светлой коже этот порочный, манящий красный цвет, она стала бы еще прекраснее.
Несомненно.
***
Глава 2. Дам тебе небольшое наказание
Се Цзэсин был совершенно измотан. Действие транквилизатора еще не закончилось, поэтому он снова провалился в тяжелый, дурманящий сон.
Когда он очнулся, то при первом же движении осознал, что его переложили: под ним больше не было холодного металлического стола — теперь он лежал на мягком матрасе.
Оковы на запястьях были сняты.
Сердце Се Цзэсина бешено колотилось. Он поднял руки, пытаясь сорвать повязку с глаз, но попытка не увенчалась успехом.
Повязка из особого материала плотно прилегала к черепу, полностью лишая его зрения, и самостоятельно снять ее он не мог.
Попробовав несколько раз, он был вынужден отступить и бессильно опустил руки.
В голове словно пульсировала оголенная нервная жила. Се Цзэсин прижал ладонь ко лбу, пытаясь собраться с мыслями. Он начал тщательно восстанавливать в памяти события, надеясь, что все это — лишь кошмарный сон. Но нет: его похитили, заперли в подземной лаборатории неизвестно где, выкачали кровь и собираются использовать в каких-то нечеловеческих экспериментах.
Если никто не придет ему на помощь, выбраться отсюда самостоятельно не было ни единого шанса.
Нет, только не это...
Се Цзэсин приподнял ослабевшее тело и пополз к краю кровати. Еще не привыкнув к темноте, он оступился и тяжело рухнул на пол, отчего железная цепь на ноге отозвалась резким звоном.
Нащупав цепь, сковывающую правую лодыжку, он перевел дыхание и, собрав остатки сил, встал. Он начал двигаться вдоль стены, ощупывая ее руками, пытаясь понять устройство помещения.
Это была квадратная комната площадью около двадцати квадратных метров, пустая, если не считать кровати и стола со стулом.
Один конец цепи был намертво вмурован в стену посередине. С одной стороны находилась дверь, с другой — ванная комната. Радиус его передвижений был крайне ограничен.
Тот человек, что запер его здесь, похоже, все рассчитал до мелочей.
Се Цзэсин в отчаянии рванул цепь, впивающуюся в стену. Разумеется, сдвинуть ее было невозможно: грубый металл стер кожу на его ладонях в кровь, но крепление оставалось неподвижным.
Вдруг дверь со скрипом отворилась. Услышав шаги, Се Цзэсин тут же развернулся, прижался спиной к стене и приготовился к обороне.
— Кто здесь?!
Это был тот же мужчина. Его голос прозвучал глухо:
— Тебе не вырвать цепь голыми руками, не трать силы зря.
Се Цзэсин сглотнул ком в горле. Он больше не стал спрашивать, кто это и чего он хочет:
— Что это за место?
— Место, где ты сможешь отдохнуть, — ответил похититель. — Ты слишком напряжен, расслабься.
Се Цзэсин сменил тактику:
— Как долго ты собираешься держать меня взаперти?
— Ты не голоден? Пить не хочешь? Принести тебе чего-нибудь?
Мужчина говорил сам с собой, проявляя поразительное терпение.
— Что ты хочешь съесть? Я принесу. Если есть какие-то пожелания — просто скажи.
Се Цзэсин, не отрываясь от стены, занял непримиримую позицию и попытался его спровоцировать:
— Ты используешь устройство для изменения голоса и держишь меня с завязанными глазами, потому что боишься, что я тебя узнаю? Мы ведь знакомы, верно?
Мужчина на мгновение умолк, а затем ответил:
— Я совершаю преступление, мне приходится быть осторожным.
Се Цзэсин потерял дар речи.
Этот человек был законченным безумцем — психопатом, который хладнокровно признавал, что идет на преступление.
На тыльной стороне его сжатых в кулаки рук вздулись вены.
Мужчина подошел ближе. Его рука в резиновой перчатке обхватила запястье Се Цзэсина. Голос стал тише:
— Ты поранил ладони. Я принесу йод.
Се Цзэсин внезапно рванулся вперед, всей массой тела бросаясь на него.
Мужчина, не ожидавший такого выпада, пошатнулся и отступил назад. Се Цзэсин, не думая о последствиях, нанес яростный удар плечом прямо в грудь противнику, заставляя цепь греметь в натяжении.
Он не видел цели, но наносил удары вслепую, вкладывая всю оставшуюся силу в кулаки, колотя ими по телу врага, словно безумный.
Будучи Альфой, Се Цзэсин даже с завязанными глазами и на цепи представлял серьезную угрозу. Он напоминал разъяренного льва, выпустившего когти и клыки в попытке растерзать того, кто нес ему смертельную опасность.
Но противник словно подыгрывал ему: он не уклонялся, не отступал и не отвечал ударом на удар. Когда Се Цзэсин, вцепившись в воротник его одежды, впечатал его в стену, затылок мужчины с глухим звуком ударился о бетон.
Сдавленный стон смешался со звуком удара. И только когда Се Цзэсин в очередной раз попытался ударить коленом в живот, мужчина наконец поднял руку и намертво перехватил его за горло.
— Успокойся.
Цепь со звоном упала на пол. Большой палец мужчины надавил на шею Се Цзэсина, нащупывая двигавшийся кадык. От этого прикосновения Се Цзэсина передернуло, он инстинктивно попытался отпрянуть, но мужчина не дал ему шанса. Резким движением он прижал его спиной к стене и придавил плечо локтем.
— Ты слишком возбужден, — прошептал он ему на ухо. — Если ты не можешь контролировать эмоции, мне придется сделать тебе еще несколько уколов.
Се Цзэсин тяжело дышал:
— Если у тебя есть смелость, просто убей меня.
— Я не хочу твоей смерти, — поправил его мужчина. — Я уже говорил: если будешь сотрудничать, я не причиню тебе боли. Но раз ты не слушаешься, я вынужден преподать тебе урок.
Дверь распахнулась, Се Цзэсина выволокли наружу и с силой уложили на холодный стол. Запах антисептиков ударил в нос — он снова был привязан к операционному столу, словно ягненок перед забоем. Он понял: это место — настоящая операционная.
Скальпель медленно скользнул вдоль его шеи. Дьявольский голос прошептал совсем близко:
— Еще раз попробуешь выкинуть что-то подобное?
Се Цзэсин чувствовал, как лезвие касается кожи сквозь тонкую ткань, и его тело непроизвольно напряглось.
— Лучше не двигайся. Скальпель очень острый, будет кровь.
Наказание, о котором говорил этот человек, было скорее психологической пыткой. Се Цзэсин не боялся крови, но неизвестность и полная беспомощность могли свести с ума любого.
Только сейчас он осознал, что на нем надет лишь больничный халат, доходящий до колен, а под ним совсем ничего нет. Рука мужчины легла на его голень, скальпель прошелся по икре, и тыльной стороной лезвия он приподнял подол халата. Возникшее чувство унижения было для Се Цзэсина невыносимым.
— Не трогай меня!
Лезвие замерло, затем продолжило скользить вниз и остановилось в трех дюймах над лодыжкой, где виднелся свежий шрам, с которого только сошла корочка.
— Такая красивая кожа — и на ней шрам, — тон мужчины был неразличим. — Ты совсем себя не бережешь.
— Какое тебе до этого дело?
Се Цзэсин стиснул зубы. Этот шрам он получил в прошлом месяце, когда они с невестой гуляли за городом. Какой-то безрассудный ребенок на горном велосипеде вылетел на дорогу, и Се Цзэсин, закрывая собой невесту, принял удар на себя. В больнице ему наложили пять швов, так и остался этот след.
Для Альфы шрам — сущий пустяк, но этот безумец рядом с ним... Се Цзэсин понятия не имел, что у того на уме.
— Терпеть не могу несовершенство.
Скальпель снова вернулся к шее. Се Цзэсин инстинктивно дернулся, холод лезвия пробежал по чувствительным нервам, пока кончик не уперся прямо в железу.
Вся ярость и жажда боя, что он ощущал в комнате, исчезли. Теперь он был заперт на этом столе, превратившись в беззащитную жертву.
Осознание этого привело его в отчаяние.
— Ты...
— Знаешь, за сколько на черном рынке можно продать такую зрелую, чистую и красивую железу Альфы? — вдруг спросил демон рядом с ним.
Сердце Се Цзэсина подпрыгнуло:
— Ты хочешь вырезать мою железу?
Мужчина не ответил, лишь размеренно поглаживая железу тыльной стороной скальпеля. Для Альфы подобное действие со стороны другого Альфы было высшей степенью провокации.
Се Цзэсин по-настоящему испугался. Страх и паника захлестнули его:
— Нет... прошу тебя... — он взмолился, прося пощады.
— Ты просишь меня?
Се Цзэсин не видел, что человек, у которого он просил, пристально и без единой эмоции смотрел на его растерянное лицо, сознательно не отвечая, чтобы сильнее надавить на него этим наказанием.
— Не вырезай мою железу, — умолял Се Цзэсин. — Пожалуйста...
— Если бы я хотел ее забрать, — наконец произнес мужчина, убирая скальпель от его шеи, — я бы сделал это прошлой ночью, пока ты лежал без сознания. Напиться до беспамятства и рискнуть пойти домой в одиночку, надеясь, что статус Альфы тебя защитит? Или это все из-за того, что ты потерял голову от предстоящей свадьбы?
Се Цзэсина затрясло от ужаса. Он начал мотать головой из стороны в сторону, но в его вену уже вошла новая доза транквилизатора.
У него не осталось сил бороться. Оковы на руках и ногах ослабли, осталась лишь цепь.
Мужчина вытер кровь на его ладонях, оставшуюся от борьбы с цепями, обработал раны йодом и подхватил его на руки.
Ни один Альфа не стал бы так держать другого Альфу. Несмотря на отвращение, Се Цзэсин не смог его оттолкнуть.
Его принесли обратно в комнату и уложили на кровать. Веки Се Цзэсина отяжелели и сомкнулись.
http://bllate.org/book/40555/5150677
Сказали спасибо 0 читателей