Готовый перевод The Idol Becomes a Cannon Fodder in a Love Triangle / Любимец публики: Выжить в гаремном аду: Глава 5

Настроение у него было прекрасное, вот только, ощущая вес в руках, он подумал, что его детка кажется чересчур худым.

Вэнь Сисюй, отнеся Цэнь Юаня обратно в комнату, с большим удовольствием уложил его на кровать.

В комнате царила тишина. Осознав, что они остались вдвоем в этом помещении, Вэнь Сисюй почувствовал, как его настроение без всякой видимой причины улучшилось еще на пару пунктов.

— Малыш Юань.

Он опустил руку на мягкие каштановые волосы Цэнь Юаня. — Я Вэнь Сисюй, ты можешь звать меня… па…

Эх… Хотя ему очень хотелось, чтобы Цэнь Юань назвал его папой, Вэнь Сисюй внезапно сообразил, что из-за второго мужского персонажа Цэнь Юань испытывает сильнейшее отвращение к этому слову, и тут же сменил конец фразы.

— Братец Сюй.

Ради того, чтобы наладить отношения с Цэнь Юанем, Вэнь Сисюй проявил предельную искренность. Он уже всё тщательно обдумал: вред, причиненный Цэнь Юаню прежним владельцем тела, был неизбежен, но ведь он — не тот прежний владелец, и ему совсем не хотелось, чтобы Цэнь Юань ненавидел его.

Ради этого Вэнь Сисюй даже подумывал о том, не рассказать ли Цэнь Юаню о том, что он попал в книгу.

В конце концов, хорошенько всё обдумав, Вэнь Сисюй все же не стал этого делать, а вместо этого сказал Цэнь Юаню:

— Тот Вэнь Сисюй, который издевался над нашими отношениями в прошлом, был моей личностью злодея, и я уже убил его. С сегодняшнего дня я стану совершенно другим человеком, и баловать тебя, оберегая тебя — это моя единственная обязанность.

Цэнь Юань: «……»

С тех пор как Вэнь Сисюй уложил его на кровать, Цэнь Юань хранил молчание.

Лишь услышав эту фразу, он поднял голову, а когда увидел, что в глазах Вэнь Сисюй плещется бесконечная нежность, и обратил внимание на его одежду, Цэнь Юань умолк еще сильнее.

Когда на улице было очень холодно, Вэнь Сисюй был одет лишь в тончайшую белую водолазку — верхнюю одежду он отдал ему.

Всю дорогу Вэнь Сисюй ни разу не пожаловался на холод и держался совершенно непринужденно перед лицом всеобщего осуждения.

Он стал совсем не похож на того истеричного учителя, который срывался на нем. Взгляд Цэнь Юаня упал на его покрасневшие от холода руки, и на мгновение ему действительно захотелось поверить словам Вэнь Сисюя.

Не встретив сопротивления и не будучи укушенным, Вэнь Сисюй, решивший, что Цэнь Юань уже принял его объяснения, легко рассмеялся:

— Вот и отлично, сокровище мое Цэнь Юань. Раз уж мы пришли к дружескому согласию, то теперь…

Вэнь Сисюй сглотнул улыбку и заглянул в глаза Цэнь Юаню:

— Не мог бы ты полностью снять свою одежду?

Эту фразу Вэнь Сисюя Цэнь Юань расслышал предельно отчетливо, и потому не удержался от того, чтобы снова поднять на него взгляд.

Вообще-то для Цэнь Юаня это не составляло труда, он был вполне способен сам справляться с одеванием и раздеванием.

Но спустя год после того, как Юй Моцин забрал его сюда, взгляды Цэнь Юаня изменились. Цэнь Юань, чья эмоциональная жизнь до этого была абсолютно чистым листом, пережил полную переоценку ценностей, когда увидел, как Юй Моцин обнимает и целует Вэнь Сисюя.

Тем более что после этого мужчин, которых Юй Моцин держал на своей вилле, становилось все больше. В глазах Цэнь Юаня Юй Моцин был извращенцем, а Вэнь Сисюй, которому нравился Юй Моцин, разумеется, ничем от него не отличался.

Поэтому, даже несмотря на то, что Вэнь Сисюй улыбался очень мягко, а взгляд его был чист, Цэнь Юань всё равно не смог сдержаться — он судорожно вцепился в собственный воротник и молча отпрянул назад.

Вэнь Сисюй, который всего-навсего переживал, что детка промок насквозь в мокрой одежде, и хотел устроить ему горячую ванну: «……»

Кажется, его приняли за извращенца.Думая об этом, Вэнь Сисюй снова перевел взгляд на Цэнь Юаня. Ему всего семнадцать лет. Что творится в душе этого юноши, который своими глазами видел смерть родителей от собственной руки, а после столкнулся с домогательствами со стороны мужчины?

Стоит вспомнить, что до этого Цэнь Юань шестнадцать лет был самым популярным и горячим парнем в школе, а теперь рядом с ним не осталось ни единого человека, который относился бы к нему по-доброму.

Вэнь Сисюй не хотел пугать Цэнь Юаня и даже проявлял по отношению к нему терпение, превосходившее все его собственные ожидания.

Подняв руку, он снова коснулся макушки Цэнь Юаня и с интонацией, с какой обычно уговаривают детсадовцев, произнес обращенные к семнадцатилетнему здоровяку Цэнь Юаню слова:

— А теперь тебе нужно снять мокрую одежду и пойти в ванную принять горячий душ.

Цэнь Юань почти час пробыл связанным на улице. Перед этим с него сорвали верхнюю одежду и обувь, а также облили холодной водой. Когда Вэнь Сисюй только что нес Цэнь Юаня на руках, он уже заметил, что одежда на том промерзла и превратилась в ледяную корку.

Оказавшись в комнате, его первой мыслью, разумеется, было уговорить Цэнь Юаня сменить мокрые вещи, но Цэнь Юань, казалось, был смертельно напуган.

В свои семнадцать лет Цэнь Юань уже вымахал до метра восьмидесяти, но при этом был донельзя тощим: если на щеках еще оставалось немного мяса, то все остальное тело представляло собой лишь обтянутые кожей кости.

Вэнь Сисюй, вспоминая свои ощущения от объятий с Цэнь Юанем, испытывал жгучую жалость, не говоря уже о том, что сейчас Цэнь Юань наотрез отказывался идти на контакт.

Вэнь Сисюй так и не смог до конца понять, что за жгучая ненависть заставила второстепенного злодея Юй Моцина питать столь сильную враждебность к семнадцатилетнему Цэнь Юаню.Нынешний Цэнь Юань превратился в раковину, спрятавшись внутри и свернувшись калачиком; его было невозможно ни уговорами сдвинуть с места, ни заставить выйти по собственной воле.

Обладая физической силой взрослого человека, Вэнь Сисюй мог бы без труда насильно отнести Цэнь Юаня в ванную — в конце концов, прошло уже слишком много времени, — но Вэнь Сисюй не стал этого делать.

Он протянул руку к лишённому каких-либо эмоциональных колебаний Цэнь Юаню и ухватил его за край рукава:

— Пойдём, сокровище моё Цэнь Юань, иди со мной мыться.

В этот миг Вэнь Сисюй заметил, как нога Цэнь Юаня слегка шевельнулась, однако с постели тот всё же не встал. Тогда Вэнь Сисюй произнёс снова:

— Моё сокровище не хочет идти само? Тебя нужно отнести в ванную на руках?

Цэнь Юань промолчал.

Под мягкими на вид, но на самом деле таящими в себе лёгкую угрозу словами Вэнь Сисюя Цэнь Юань поднялся с кровати и заперся в ванной.

С улыбкой проводив взглядом закрывшуюся дверь, Вэнь Сисюй погрузился в собственные раздумья.

Судя по памяти прежнего владельца тела, тот сам состоял в группе дублёров Цэнь Юаня и являлся любимчиком второго главного героя — Юй Моцина. Больше всего Юй Моцин любил целоваться с прежним владельцем прямо на глазах у Цэнь Юаня.

Если рассуждать так, то прежний владелец должен был сильно напоминать Цэнь Юаня внешне?

Снаружи зеркал не оказалось, и теперь, пока Цэнь Юань мылся в ванной, Вэнь Сисюй нащупал в спальне зеркало.

Однако отразившееся в зеркале лицо неожиданно оказалось точно таким же, как его собственное, к тому же при ближайшем рассмотрении его черты лица, казалось, действительно на две доли напоминали Цэнь Юаня.

http://bllate.org/book/40511/5143310

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь