Готовый перевод Dare to Bump Me Again / Ну попробуй, ударь ещё раз: Инструкция по выживанию в любви: Глава 3

Глава вторая. Да ты разошёлся!

Линь Яо переглянулся с тем самым малышом, но понял, что они смотрят друг на друга мимо — ребёнок глядел ему за спину.

Только тогда он с облегчением повернулся и оглянулся назад. Ему было любопытно взглянуть на родителя, который додумался притащить семи-восьмилетнего ребёнка в больницу и бросить одного ставить капельницу.

— Давно пришёл? — раздался за спиной шагов быстрый мужской голос, а слева промелькнул силуэт с пакетом в руках.

— Недолго, — радостно улыбнулся мальчик.

Линь Яо тут же отвернулся, уставился на собственные туфли и даже наклонился, делая вид, будто что-то с них счищает.

Да ладно! Эй, владелец Паджеро?

Хотя Линь Яо толком не разглядел его лица, а лишь половину, эта заносчивая физиономия врезалась ему в память надолго. Какое же невероятное совпадение!

Этот тип, судя по всему, совершенно не заметил ошеломлённого Линь Яо. Он обошёл его, опустился перед мальчиком на корточки и достал из пакета небольшой контейнер с едой и маленькую вилочку:

— Купил тебе пельменей.

— Пап, а ты сегодня не на работу? — ребёнок подцепил вилкой пельмешек, отправил в рот и невнятно спросил.

— Сначала посижу с тобой, пока не докапает, потом поеду, — мужчина потрепал мальчика по голове. Он не садился на стул, так и продолжая приседать перед ним на корточки.

Линь Яо уставился на макушку этого человека. На вид мужчина был примерно ровесником Линь Цзуна, и вдруг — такой взрослый сын... Линь Яо прикинул в уме и никак не ожидал встретить в наше время кого-то столь же склонного к ранним бракам и детям, как его собственные предки.

Умяв три пельменя, мальчик вдруг поднял голову и снова посмотрелся в сторону Линь Яо. На этот раз он уставился прямо на него самыми честными глазами:

— Братик, хочешь?

Братик? Линь Яо остолбенел. У этого ребёнка что, проблемы со зрением или он совсем не разбирается в родственных связях? После такого обращения он в один миг оказался в одном поколении с тем парнем на Паджеро!

Однако прежде чем он успел поправить малыша, отец ребёнка развернулся вместе с контейнером.

Линь Яо ни капли не сомневался, что этот тип сразу же узнал в нём человека, который полчаса назад крыл его матом и подрезал на дороге. Суженные в ту секунду глаза мужчины говорили сами за себя.

Не раздумывая больше ни о чём, Линь Яо подскочил, сгрёб стойку для капельницы, взвалил её на плечо и бросился вон из процедурного кабинета.

— Почему тот братик со мной не попрощался? — огорчённо протянул позади ребёнок.

— Он не то чтобы не попрощался, просто ему очень нужно было в туалет, приспичило по-маленькому, — утешил его отец.

Черт побери! Это же чистой воды месть!

Линь Яо прибавил шагу, выскочил из процедурной, дважды крутанулся по больничному коридору в поисках уборной. Раз уж вышел, грех было не зайти по назначению.

Гуань Цзэ проводил взглядом того «братика», который нёсся со всех ног, придерживая стойку с капельницей словно знаменосец. Он не мог ошибиться — это был тот самый водитель, что утром плелся перед ним со скоростью тридцать миль в час.

— Пап, а в эти выходные сводишь меня погулять? — внимание мальчика быстро переключилось, и он принялся теребить Гуань Цзэ за рукав.

— Поправишься — сразу пойдем кататься на пиратском корабле, — Гуань Цзэ погладил его по голове. — Только вот тетя Лу звонила мне на днях, говорила, что ты на уроках ворон считал. Так что, пожалуй, целый месяц не буду брать тебя с собой гулять.

Мальчика звали Лу Тэн, и он был приёмным ребёнком Гуань Цзэ из детского дома. Из-за небольшой патологии ножек родители тайком подбросили его к воротам приюта, когда малышу исполнилось всего три месяца.

Два года назад, проходя мимо детдома, Гуань Цзэ случайно пересёкся взглядом с Лу Тэном, который цеплялся за железную решётку ворот и во все глаза смотрел на него. Этот взгляд задел его за живое, и в тот же день он оформил документы на опекунство.

Вот только с самого первого дня мальчишка увязался за ним по пятам и упорно звал папой. Гуань Цзэ целый месяц пытался заставить Лу Тэна сменить обращение на «дядю», но в итоге махнул рукой и сдался.

— Больше не буду отвлекаться, — Лу Тэн закусил губу.

— Обещаешь? — Гуань Цзэ отправил в рот ещё один пельмень.

— Обещаешь.

— Ладно, тогда в субботу тайком выберусь с тобой погулять.

Когда Линь Яо вернулся в процедурную, волоча за собой железную стойку, отец с сыном всё так же сижали и о чём-то беседовали. Помявшись у входа, он протиснулся к пустующему углу у стены и устроился там.

На телефон пришло сообщение от Жоу Цин: Сестрица И Сяо, слышала, правила ПК собираются менять! Теперь одного перса можно убивать или быть убитым им максимум пять раз в день, дальше — лимит!

Он пару секунд тупо смотрел на экран, собираясь уже перезвонить и расспросить обо всём подробнее, как посыпались новые СМС от друзей по гильдии. Все они писали об одном и том же: правила ПК меняют из-за того, что их клан слишком долго удерживает монополию на сервере.

— Черт, — тихо выругался Линь Яо. Эта новость здорово испортила ему настроение.

В эту игру он играл уже года два. Изначально игры в древнекитайском стиле его ни капли не привлекали — он бы лучше засел в общежитии за какую-нибудь «Монополию». Но на третьем курсе в QQ совершенно неожиданно объявилась его бывшая школьная любовь, с которой они некогда так же непонятно расстались. Тот парень бросил короткую фразу: «Нечего делать, давай вместе побегаем, забавная игрушка».

Тогда Линь Яо как раз погрузился в пучину безответной и мучительной страсти к одному старшекурснику, который должен был вот-вот выпуститься, и дни напролёт страдал в общаге от душевной тоски.

Руководствуясь идеей хоть как-то отвлечься, он следом за тем парнем увязался в эту игру, где сюжет крутился вокруг путешествия Танского Монаха за свитками. Но не прошло и двух дней, как бесплатные часы закончились, приятель закинул ему пару карточек пополнения и благополучно испарился.

Женский персонаж-маг по имени Янь Жань И Сяо к тому моменту только-только докачался до уровня, позволяющего заходить в столицу. И хотя внезапное исчезновение первой любви показалось Линь Яо странным, новые локации вроде Чанъаня и Лояна разожгли в нём любопытство провинциала, впервые попавшего в мегаполис, и он продолжил играть в одиночку.

Самое главное — в процессе этого бестолкового и слепого блуждания по игровому миру Линь Яо внезапно обнаружил, что даже не заметил, как старшекурсник ушёл на производственную практику.

Вот уж эта безответная любовь, такая чертовски ненадежная штука.

Хотя он и не предполагал, что его полугодовая хандра закончится всего за неделю, это определенно было к лучшему — по крайней мере, теперь ему не нужно было караулить у входа в столовую приходящего пообедать старшекурсника.

В раздумьях он услышал телефонный звонок. Не глядя на экран, Линь Яо ответил, и в трубке раздался голос с сильным кантонским акцентом:

— Жена, ты всё ещё в больнице?

Этот персонаж носил ник Шэньцю Лофэн, а в миру его звали Фэн Цзы. Он приходился Линь Яо игровым мужем.

В реале они никогда не виделись, но играли вместе больше года и ни разу не поссорились, заслужив на сервере репутацию «образцовой супружеской пары в трёх воплощениях», да и на других серверах о них слышали. Их персонажи стали первой парой, которая пережила вторую реинкарнацию после введения системы перерождений и при этом осталась вместе, вызывая всеобщую бешеную зависть.

То, что несколько игроков во главе с их гильдией монополизировали весь сервер, уже вовсю обсуждали на форумах. А они с Фэн Цзы составляли ударную силу этого бесчинства, и в глазах несчастных масс, задавленных их тусовкой и не имевших возможности нормально прокачаться, эта парочка относилась к числу всеобщих врагов народа.

Поначалу отношения с Фэн Цзы действительно складывались отлично — эдакие крепкие бро. Линь Яо сначала не обращал внимания на то, что тот то и дело называет его женой, но со временем стало не по себе. На людях Фэн Цзы держался этаким старшим братом, но его исподтишка прижимистые замашки ужасно раздражали Линь Яо.

Линь Яо был донатером, на его счету всегда лежала пара тысяч юаней игровой валюты на экстренный случай. Фэн Цзы знал про его счёт: если поначалу он ещё спрашивал разрешения взять деньги или изредка возвращал долг, то со временем привык распоряжаться чужими сбережениями как своими собственными. Покупал шмот, призывных зверей и даже прокачивал навыки за счёт Линь Яо, неизменно источая дешёвый пафос нувориша.

Вся проблема заключалась в том, что этот новоявленный богатей шиковал исключительно на деньги Линь Яо, отчего тот просто терял дар речи.

Линь Яо терпел лишь потому, что они слишком долго играли вместе, да и составляли костяк доминирующей гильдии. Вся эта паутина взаимосвязей была слишком сложной, и порвать с этим окончательно можно было разве что бросив игру. К тому же за ними тянулся шлейф славы «образцовой пары», и те, кого они придавили к самому дну, только и ждали повода злорадствовать и вернуть утраченные позиции.

— В больнице я, чего надо? — Линь Яо выкрутил колёсик капельницы на максимум.

— Утром Жоу Цин с нашими замочила другана Дао, теперь тот бесится, скандалит, — Фэн Цзы говорил с мощным кантонским акцентом, то и дело срываясь на диалект, да ещё и тараторил так быстро, что Линь Яо пришлось напрячь весь слух, чтобы разобрать хоть слово. — А тут еще слух прошёл про смену правил ПК, мировой чат песочит наш клан почем зря. Ты сможешь зайти в игру?

— Ну убила и убила, чего он развёл демагогию? Если бы его дружок не пытался отжать босса, стала бы Жоу Цин его трогать! — Линь Яо вспылил. — Чёрта с два я зайду, я под капельницей сижу, даже если выкрутить на максимум и заливать в вены, блин, всё равно полчаса пройдёт.

С этими словами он сбросил вызов. Сунув телефон в карман, Линь Яо заметил, что окружающие их пожилые дяди и тети смотрят на него с каким-то странным выражением лица. Он оскалился в улыбке одной из тётушек, и та моментально отвернулась.

С горем пополам докапав пузырь, словно наполнял термос кипятком, Линь Яо зажал ватку на руке и почувствовал, как в ногах появилась слабость. Каждый шаг норовил превратиться в разучивание танца янгэ, и лишь простояв пару минут у выхода из процедурной в холле больницы, он немного пришёл в себя.

— Пап, — раздался за спиной звонкий детский голос, — долго еще прижимать?

— До школы дойдёшь — уберёшь.

Линь Яо не стал оборачиваться: по одному голосу он понял, что эта парочка тоже вышла. Какая ирония судьбы! Он поспешно зашагал к стоянке.

Чтобы избежать новой встречи с владельцем Паджеро, он летящей походкой добежал до своей машины. Открывая дверцу, он украдкой бросил взгляд назад и заметил, как тот мужчина, держа ребёнка на руках, тоже вошёл на парковку, что-то сказал мальчику и опустил его на землю.

Малыш продолжал прижимать ватку к сгибу локтя, но едва коснувшись ногами асфальта, тут же пустился в бегу, весело приговаривая:

— А я быстро бегаю!

— Догоню в три шага, — подождав, пока мальчик отбежит подальше, бросился за ним мужчина.

Линь Яо уже собирался забраться в салон, но, завидев бег ребёнка, замер. У пацана явно были проблемы с ногами: хоть он и нёсся вовсю прыть, было заметно, что правая нога приволакивает.

Такой славный ребёнок — и хромоножка. От этой мысли Линь Яо вдруг стало тяжело на душе. Когда малыш пробегал мимо него, он продолжал покашливать, но широко улыбался. Линь Яо поспешно скорчил на лице самую доброжелательную улыбку в ответ.

Гуань Цзэ дождался, пока Лу Тэн добежит до дверцы машины, подхватил его на руки:

— Всё быстрее и быстрее бегаешь.

— В этом семестре на физкультуре точно сдам стометровку! — на раскрасневшемся лице Лу Тэна читался восторг.

— Угу, обязательно сдашь, — Гуань Цзэ открыл дверь, усадил мальчика на пассажирское кредро и пристегнул. — Ремень.

Щелкнув застёжкой, Гуань Цзэ обошел капот, запрыгнул за руль и, тронувшись с места, бросил взгляд в зеркало заднего вида: крошечная синяя Шалиэла медленно выезжала со стоянки.

Когда она оказалась метрах в семи позади, он резко сдал назад, перегородив ей выезд.

Шалиэла сбавила скорость, словно чего-то выжидая. Гуань Цзэ взглянул в зеркало, слегка надавил на газ, и машина поехала вперед, но черепашьим шагом. Глянув на спидометр, он одобрительно кивнул: отлично, целых пять миль в час.

В ушах Гуань Цзэ до сих пор звучал голос дяди Го: «Ох ты ж матушка... до чего же захватывающе...»

Включив кондиционер, он терпеливо и по сантиметру продвигался вперёд. Спустя две минуты Шалиэла, неотступно плевшаяся слезным шагом за ним, сердито посигналила.

Взглянув в зеркало заднего вида, Гуань Цзэ увидел, как водитель Шалиэлы высунулся из окна с предельно раздражённым выражением лица.

Игнорируя сигнал, он продолжил ползти дальше.

Поняв, что ускоряться никто не собирается, водитель Шалиэлы взбесился и зажал клаксон. Гуань Цзэ опустил стекло — пришло время проучить этого парня, который утром намеренно тормозил его на протяжении двух кварталов.

Стоило окну опуститься, как из позади раздался яростный вопль, заглушаемый гудком:

— Да я твою душу е***!

Гуань Цзэ высунул руку в окно и показал средний палец.

— Ах ты ж — блин! — Линь Яо задохнулся от гнева, остановил машину, рванул дверь и выпрыгнул наружу. — Да ты совсем берега потерял!

Стоило ему вспомнить про больную ногу ребёнка, как в груди шевельнулось сочувствие к отцу с сыном. Но не успели эти эмоции закрепиться, как этот подлец снова выкинул такой фокус!

Широким шагом направившись к водительскому сиденью Паджеро, он твёрдо решил отчитать хама по первое число.

Однако не успел он дойти до заднего бампера внедорожника, как Паджеро взревел, из выхлопной трубы вырвался клуб дыма, и машина в мгновение ока сиганула вперёд, оставляя далеко позади всё и вся.

Линь Яо так и замер в облаке палящих газов, ошеломлённо глядя, как Паджеро мчится к выезду со стоянки, а затем лихо скрывается вдали. Он ещё долго не мог прийти в себя.

Вернувшись в салон, он лишь процедил сквозь зубы:

— Вот же блин блинский.

Догонять было уже бессмысленно, и Линь Яо с унылым видом вывел машину со стоянки, развернувшись в сторону ресторанчика домашней кухни Линь Цзуна, который держали на скорую руку.

Через пять минут скверное настроение, навеянное владельцем Паджеро, как рукой сняло. Стоило подумать о том, что в обед его ждёт вкусная еда, как на душе сразу посветлело. Даже перспектива полностью вегетарианского меню не могла помешать улыбке тронуть его губы.

Мама вечно запрещала ему питаться вне дома, утверждая, что только домашняя еда полезна и безопасна. Она даже уволила помощницу по хозяйству, будучи убежденной, что лишь её личное кулинарное искусство способно воплотить концепцию здорового питания в жизнь. Вот только стряпню матушки вряд ли можно было охарактеризовать одним лишь словом «несьедобно» — учитывая её талант закидывать в один котёл морковь и огурцы, это превосходило любые шкалы несъедобности.

Неудивительно, что Линь Цзун, едва сбежав от маминого половника в самостоятельное плавание, сразу же открыл собственную забегаловку. К счастью, старший брат оставался старшим братом и не забывал регулярно зазывать его на обеды.

— Пап, — сидя на пассажирском сиденье, Лу Тэн вертел головой, высматривая что-то позади, — а почему ты ругался?

— Мм? Когда это я ругался?

Гуань Цзэ протянул руку и легко щелкнул его по лбу.

— Ты же водителю сзади показал средний палец, — с предельной серьёзностью произнёс Лу Тэн.

— Кто тебе сказал, что это ругательство? — улыбнулся Гуань Цзэ. — Это приветствие такое.

— Кто обманывает детей, в следующей жизни превратится в чесночную кашицу!

Гуань Цзэ опешил, повернулся и окинул взглядом серьёзную физиономию Лу Тэна:

— Где ты только набрался этой чепухи?

— Сам же говорил.

— Я говорил? — Гуань Цзэ попытался вспомнить, но безуспешно. И впрямь, шутить с ребёнком нужно аккуратнее — запоминает же всё на лету. — Ладно, я ругался, тебе повторять не стоит. Просто утром я спешил к тебе, а тот тип специально еле тащился передо мной, из-за чего я чуть было не остался без пельменей.

— Тогда в следующий раз встретишь его — тоже тащись прямо перед ним!

В следующий раз? Гуань Цзэ рассмеялся:

— Договорились.

http://bllate.org/book/40311/5115321

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь