Готовый перевод That Little Rascal Is Mine / Мой маленький негодник: Вторая попытка любви: Глава 3

Те слова, о которых те люди говорили, он слышал, Фу Цзэчэнь наверняка тоже слышал, их слышали абсолютно все.

Да, он — никчемная сорная рыба и гнилая креветка, он — уличная крыса, побиваемая всеми вокруг, он — всего лишь хулиган и двоечник, который умеет только создавать проблемы.

Но что поделать, ему всё равно хотелось стать чуть ближе к этому лучу солнечного света. Он слишком долго мерз, он так жаждал этого крошечного тепла.

Сяо Юй соскользнул по стене и осел на землю. Из-за того, что он бежал слишком поспешно, в животе снова начались спазмы, отдающие тупой болью.

Последние несколько дней он ел всего по одной паровой булочке в день, а в остальное время утолял голод холодной водой, поэтому его тело уже давно достигло предела истощения.

Теперь же, после интенсивного бега, в желудке не только зияла пустая боль, но даже в груди тяжело и удушливо защемило сердце.

Он с силой похлопал себя по груди, пытаясь выдохнуть этот застрявший в горле тяжелый воздух.

Однако вместо того, чтобы дыхание выровнялось, легкая тряска лишь усилила приступ рвотного рефлекса от подступившей желудочной кислоты.

Его тело больше не держало его на ногах, в глазах поплыло, и он начал заваливаться набок против собственной воли.

Он уперся руками в землю, пытаясь удержать падающее тело, но из-за нехватки воздуха и стеснения в груди мир перед глазами внезапно потемнел, и он рухнул на землю.

Фу Цзэчэнь никак не ожидал, что всего лишь одним взглядом сможет до смерти напугать человека и заставить того сбежать. На самом деле он уже давно заметил, что кто-то постоянно следит за ним со спины, но никакой угрозы он не чувствовал, поэтому последние несколько дней смотрел на это сквозь пальцы.

В конце концов, вокруг него околачивался далеко не один зевака, следивший за каждым его шагом.

И вот надо же — стоило ему всего лишь обернуться и посмотреть в ответ, как тот малыш, что шпионил за ним уже несколько дней, обиженно пустился наутек?

Выходило так, будто это он, Фу Цзэчэнь, был здесь каким-то жестоким тираном.

Смешно и горько усмехнувшись, Фу Цзэчэнь бросился в погоню по тому же маршруту, которым удрал тот человек, и, преодолев десяток с лишним метров, увидел, как кто-то неподвижно лежит на земле.

Сяо Юй пробыл в обмороке всего мгновение. Он попытался подняться, но измученное непрерывным голоданием тело не желало слушать его и не имело ни капли сил. Помучившись и безуспешно попытавшись встать несколько раз, он просто бросил эти попытки и так и остался лежать на земле, безвольно раскинувшись, словно кусок грязи.

— Ты как? — Фу Цзэчэнь подбежал к нему в два счета.

Сяо Юй подумал, что у него начались галлюцинации от голода, и, мучаясь от боли, вцепился в рукав Фу Цзэчэня, со слезами в голосе тихонько всхлипывая:

— Я не плохой ребенок, я не стану драться просто так.

Брови Фу Цзэчэня слегка сошлись на переносице. Он так или иначе слышал разговоры тех людей, но, не зная всей картины целиком, никогда не брался судить о человеке и выносить поспешные вердикты о том, хорош он или плох.

Тем более, когда речь шла о совершенно незнакомом человеке.

Сяо Юй от голода видел всё как в тумане: в глазах рябило, сидеть он уже не мог, а подняться тем более.

Глядя на то, как тот выглядит обессиленным и готовым снова рухнуть без чувств, Фу Цзэчэню ничего не оставалось, как наклониться и поднять его на руки.

Сяо Юй уловил тот самый знакомый запах, о котором тосковал всем сердцем последние несколько дней, и его затуманенный разум начал понемногу проясняться.

Он знал, что это не сон, но в то же время обманывал себя, притворяясь, что всё происходящее — лишь сновидение. Иначе как бы этот человек мог оказаться так близко к нему?

Разве он не слышал те слова?

— Я отведу тебя в медпункт, — прижимая его к груди, Фу Цзэчэнь торопливо побежал к соседнему зданию.

Сяо Юй пытался отказаться, но голова кружилась так сильно, а в груди было так тяжело, что он не выдержал и горько заплакал, издав тихий жалобный всхлип.

Слушая слабые слезные звуки, доносящиеся из его объятий, Фу Цзэчэнь почувствовал, как в глубине души зарождается странное чувство — будто его снова крепко царапнули кошачьей лапкой, но не привычным легким щекочущим зудом, а по-настоящему больно!

В конце концов Сяо Юй окончательно лишился сил и снова потерял сознание.

В кабинете школьного врача Доктор Ли с улыбкой, в которой смешалось недоумение и веселье, смотрел на спящего без чувств ученика на больничной койке: неужели в нынешние времена кто-то еще способен упасть в обморок от голода?

Лоб Фу Цзэчэня покрылся испариной от быстрого бега, и он тоже никак не мог поверить диагнозу врача.

Доктор Ли поправил очки на переносице и произнес:

— Истощение, гипогликемия, да еще и несколько дней во рту маковой росинки не было. Он действительно свалился от голода.

Фу Цзэчэнь перевел взгляд на тщедушную фигурку на кровати, и его брови сошлись на переносице еще круче, превратившись в глубокую складку.

— Послушай, вы же одноклассники, да? Как только он очнется, отведи его поесть чего-нибудь. Хотя у этого парня и нет каких-то серьезных запущенных болезней, но если и дальше игнорировать такие мелочи, они перерастут в крупные хвори. За своим здоровьем нужно как следует следить.

Фу Цзэчэнь присел рядом. Находясь без сознания, Сяо Юй слегка вспотел, и пряди его волос падали прямо на лоб.

У него были очень длинные волосы, которые полностью скрывали половину лица. Теперь же, когда пряди намокли, с его лица словно сорвали вуаль, и оно во всей красе предстало перед окружающими.

В отличие от своего растрепанного и жалкого вида при первой встрече, сегодня лицо Сяо Юя было тщательно умытым и чистым. Наверное, из-за того, что он редко бывал на солнце, кожа казалась очень бледной, ресницы — длинными, а если приглядеться внимательнее, то формой лица он напоминал изящное утиное яйцо, как раз отвечающее канонам восточной красоты.

Сам того не замечая, Фу Цзэчэнь засмотрелся на него с замиранием сердца.

Этот маленький котенок был до того хорош собой, что у него вдруг зачесались руки — ему жутко захотелось забрать его домой и спрятать от всего мира.

Сознание Сяо Юя постепенно возвращалось к нему. Он смотрел пустым взглядом на находящегося в двух шагах от него Фу Цзэчэня.

Взгляд Сяо Юя то прояснялся, то снова тускнел, а мысли текли медленно. Он изо всех сил пытался разглядеть того, кто перед ним, но соображал слишком туго, чтобы сообразить, кто это вообще такой.

Когда же до него наконец дошло, его глаза широко распахнулись от ужаса, а сам он замер в растерянности.

Фу Цзэчэнь собственными глазами видел, как на этом лице сперва отразилось крайнее изумление, затем испуг, а под конец — самый настоящий страх, будто появление здесь Фу Цзэчэня стало для него полнейшей неожиданностью.

В этих живых, влажных глазах молча закипала пелена слез, делая его похожим на обиженного до глубины души ребенка.

Сяо Юй в панике опустил голову, не смея встретиться с ним взглядом.

Слова тех людей эхом отдавались в его голове, словно какое-то проклятие. Он боялся, что его станут презирать и ненавидеть.

Фу Цзэчэнь отвел взгляд и неловко произмолвил:

— Ты упал в обморок, это школьный медпункт.

Сяо Юй сбросил с себя одеяло и уже собирался встать с постели и уйти:

— Спасибо тебе, о-одноклассник.

Фу Цзэчэнь придавил его плечо рукой:

— Куда собрался? Капельница еще не закончилась.

Сяо Юй покачал головой:

— Я в порядке, мне нужно идти на построение, я-я пойду.

Фу Цзэчэнь не стал напрямую разоблачать его и говорить в лицо, что тот грохнулся в обморок с голодухи. В конце концов, в любой нормальной семье родители никогда не оставят ребенка без куска хлеба и уж тем более не позволят ему падать в голодные обмороки.

http://bllate.org/book/40160/5095701