Готовый перевод After My Death, He Went Mad / После инсценировки смерти он обезумел: Глава 5

Англия — это к его дяде, только вот неизвестно, как за эти восемь лет поживал Хуа Жолинь.

— Это ты в командировку собрался или там у тебя родственники? — с видом знатока спросил Тун Чжао.

— У меня там компания, — Шу Сичжо немного помедлил и добавил: — И еще один родственник.

Досказав, он повернулся и с улыбкой бросил на него косой взгляд: — Что? Моими делами интересуешься?

— Ничего подобного, — с напускной беззаботностью отозвался Тун Чжао. — Просто к слову пришлось.

Шу Сичжо кивнул и, словно между прочим, поинтересовался: — А ты? Твои родители здесь?

Тун Чжао замялся: — Нет… не здесь.

— О? А откуда ты родом?

У Тун Чжао в голове зазвенели тревожные звоночки, и он отвел глаза, пытаясь отделаться общей фразой: — Да так, далековато отсюда…

Если с их сотрудниками не случалось каких-либо форс-мажоров, по легенде они все были сиротами. Главное управление открыло в каждом микромире по нескольку детских домов, ведь сиротам проще всего оформить документы, да и их внезапное появление или исчезновение выглядело наиболее естественным.

Он уже дважды выполнял задания Шу Сичжо, и оба раза под видом сироты. Хотя на этот раз Шу Сичжо его не узнал, лишние слова могли только навредить, так что следовало соблюдать осторожность.

К счастью, Шу Сичжо больше ничего не расспрашивал.

Проехав еще немного, Тун Чжао снова завел разговор:

— Директор Шу, у вас такая огромная компания, вы не устаете?

Проведя в разлуке целых полгода, он безумно тосковал по Шу Сичжо. Главное управление запретило ему контактировать с Шу Сичжо, и он испробовал все возможные способы, чтобы пробраться в этот мир для выполнения задания — просто надеясь хоть разочком тайком взглянуть на Шу Сичжо, убедиться, что у того все в порядке, и успокоиться.

И вот теперь, сидя с Шу Сичжо в одной машине, он вдруг почувствовал, как много всего хочет у него спросить.

Услышав это, Шу Сичжо, похоже, нашел вопрос забавным. Медленно вращая руль, он с улыбкой произнес: — Устаю. То не успеваю поесть вовремя, то опять застолья с выпивкой, из-за этого даже гастрит заработал.

— Что? — у Тун Чжао сердце сжалось от жалости. Сдвинув брови, он с тревожным выражением уставился на него: — Раз уж твоя компания такая крупная, неужели нельзя позволить себе чуточку отдыха? Хотя бы три раза в день питаться по расписанию! Ты ведь занимаешь далеко не последнее место в деловых кругах, к чему обязательно по всяким банкетам ходить и пить? Вчера вечером ты же прекрасно обходился чаем?

Выпалив всё это на одном дыхании, Тун Чжао вдруг сообразил, что перешел черту. Сейчас он — всего лишь актер-однодневка, который видел Шу Сичжо едва ли не впервые, и излишняя забота выглядит так, будто он преследует какие-то скрытые цели.

Он тут же прочистил горло: — Я к тому, что каждый должен беречь себя. Здоровье — это залог всего.

Загорелся красный свет, и «майбах» плавно затормозил. Шу Сичжо повернул голову и пристально посмотрел на него.

Во взгляде читалась непостижимая глубина. Тун Чжао невольно вжался спиной в спинку кресла и озадаченно глянул в ответ.

Спустя мгновение Шу Сичжо постучал пальцами по рулю и усмехнулся: — Спасибо, но я не принимаю заботу от незнакомцев.

У Тун Чжао слова застряли в груди — ни выплюнуть, ни проглотить, и он долго не мог вымолвить ни звука.

Пока наконец не загорелся зеленый, и машина снова тронулась с места.

Тун Чжао смотрел на красивый, завораживающий профиль Шу Сичжо, и на душе у него было скребков кошки.

Хотя он понимал, что Шу Сичжо ни в чем не виноват, само слово «незнакомцы» больно резало по сердцу.

.

Высадив Тун Чжао у входа в офисное здание, «майбах» сорвался с места и умчался прочь. Глядя в зеркало заднего вида на постепенно уменьшающуюся фигурку Тун Чжао, Шу Сичжо почувствовал, как дыхание становится все более частым, а руки начинают дрожать еще сильнее.

Припарковавшись у обочины с включенным поворотником, он судорожно пошарил в бардачке, достал баночку с лекарством, закинул в рот пару таблеток и запил водой. Лишь после этого симптомы стали понемногу утихать.

Откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза, Шу Сичжо выудил из кармана сигарету и чиркнул зажигалкой — огонек заплясал в полумраке.

Зажав фильтр зубами, он затянулся, медленно выпустив дым, в то время как длинные густые ресницы едва заметно подрагивали.

Когда сигарета догорела наполовину, сердцебиение наконец выровнялось. Шу Сичжо набрал международный номер, и в трубке тут же раздался спокойный женский голос: — Hello, Jor.

— Миа, как успехи?

— Все еще проводим тесты на безопасность.

— Сколько еще осталось?

— Месяц, пожалуй.

— Угу, побыстрее.

Сбросив вызов, Шу Сичжо нетерпеливо поморщился.

Почему… еще целых месяц?

.

Проводив взглядом завернувший за угол и скрывшийся из виду «майбах», Тун Чжао еще долго стоял на месте, терзаемый тяжелыми думами, пока кто-то случайно не задел его плечо, выведя из оцепенения.

Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, он повернулся и вошел в здание компании.

Ничего страшного. Пока он остается в этом микромире, у него всегда будет возможность тайком взглянуть на Шу Сичжо.

Поднявшись на лифте в кабинет менеджера, Тун Чжао застал Вань Цзе за телефонным разговором — та одной рукой поддерживала голову. Заметив его появление, она знаком велела ему подождать.

Незадолго до окончания разговора Вань Цзе тяжело вздохнула: — Ох, старею я, видать, печень уже не та, не выдержать мне столько.

— Спасибо Вань Цзе за вчерашнее, вы просто истинная героиня!

— Брось болтать. Твой язык хорош, чтобы зубы другим заговаривать, ко мне не лезь.

Тун Чжао усмехнулся: — Вань Цзе, ну а вчера… что в итоге?

Вань Цзе с легкой улыбкой посмотрела на него: — Я только что спрашивала директора Лу, он сказал — проблем нет, ждите уведомления.

Тун Чжао тоже перевел дыхание.

Отлично, семнадцать тысяч двести юаней были потрачены не зря!

Вань Цзе постучала по столешнице ногтями с леопардовым маникюром и хитро сощурила лисьи глазки: — Директор Лу передал, что директор Ли хочет заранее сделать вам обоим небольшой подарок и подкинуть по рекламному контракту.

— Правда? Какая реклама? — Тун Чжао не то чтобы страстно желал сниматься в рекламе, но сейчас у него в кармане было воистину шаром покати, а раз уж он собрался жить в этом мире, нужно было как-то зарабатывать на карманные расходы!

— Тебе достался шампунь, а Ши Жохе — обогреватель.

У Тун Чжао дернулся уголок глаза.

— Радуйся и тому. Один новичок, другой актер-однодневка — считай, потренируетесь на мелкой рекламе, — заметила Вань Цзе. — Контракты составят к полудню, отправь Ши Жохе в офис на подписание, а завтра уже можно будет сниматься.

Он слышал, что реклама снимается быстро, но чтобы настолько!

— Завтра? — Тун Чжао машинально потрогал собственные волосы. — Я точно сгожусь для рекламы шампуня?

— Еще как, — Вань Цзе с интересом разглядывала его шевелюру. — Черные, послушные, да и сам писаный красавец — идеально. Будь увереннее в себе.

Сдавая экзамены в Главное управление, Тун Чжао по каждому предмету едва набирал проходной балл, однако любому сотруднику помимо морального облика, интеллекта, физической подготовки, эстетического воспитания и трудолюбия требовалось обладать еще и отменной способностью к обучению.

Приходилось хоть немного разбираться во всех сферах жизни, да и в астрономии с географией соображать хотя бы на базовом уровне.

Потому что никогда не угадаешь, в каком амплуа придется выполнять следующее задание.

Глава 7. Почему Шу Сичжо здесь?

Выйдя из офиса, Тун Чжао сразу отправился в старый жилой квартал, прихватив по дороге молоко и фрукты для дедушки Ши.

Дедушка Ши выглядел заметно похудевшим, но держался бодро и сразу же засуетился, приглашая Тун Чжао в дом.

— Заходи скорее, Сяо Тун! Хэ-хэ вчера перебрал, среди ночи бегал в туалет, раз пять его выворачивало, так до сих пор в постели валяется.

Тун Чжао заглянул в спальню и увидел, что Ши Жохе как раз вяло поднимается с кровати. Вид у него был совершенно убитый, а под глазами залегли темные круги.

— Предок ты мой, сможешь ли ты прийти в норму к завтрашнему дню? Вань Цзе тут подкинула тебе небольшую рекламку на завтра.

Стоило Ши Жохе услышать про рекламу, как его осоловевшие глаза мгновенно округлились: — Какую еще рекламу?

— Ресурс от директора Ли: тебе — обогреватель, мне — шампунь, — с улыбкой хлопнув его по плечу, произнес Тун Чжао. — Поднимайся, умывайся и поехали со мной в офис подписывать контракт.

Услышав про контракт, Ши Жохе мигом забыл про недомогание, вскочил с постели и резво побежал в ванную.

Тун Чжао тем тем временем неторопливо вышел на небольшой балкон, где дедушка Ши поливал цветы.

Старик с доброй улыбкой взглянул на него: — Мой Хэ-хэ с малых лет был замкнутым, друзей почти не имел. В детстве еще таскался хвостиком за Чэн-чэном, тогда хоть поживее был, а как Чэн-чэн пропал, так совсем перестал с людьми общаться.

Каждый раз, вспоминая пропавшего внука Ши Жочэна, дедушка сильно расстраивался. Он опустил лейку и обернулся к Тун Чжао, озарив лицо морщинистой улыбкой: — Хорошо хоть ты появился. В последнее время мне кажется, что Хэ-хэ стал гораздо больше разговаривать.

Пока дедушка отходил за маленькой лопаткой, Тун Чжао взял из его рук лейку и ободряюще произнес: — Дедушка, не волнуйтесь, Ши Жохе очень талантлив, вот увидите, однажды он станет настоящей яркой звездой.

.

Съемки шампуня и обогревателя проходили в разных компаниях: одна на юге города, другая на севере. Прибыв на место на пятьдесят минут раньше назначенного времени, Тун Чжао прошел в съемочный павильон, куда его проводила девушка-администратор, и тихо присел с краю, наблюдая за работой фотомодели.

Эта модель казалась ему до боли знакомой, и вдобавок она то и дело бросала на него многозначительные взгляды.

Тун Чжао обратился к стоявшему рядом сотруднику: — Скажите, а кто эта модель?

Тот бросил взгляд на площадку: — Новичок, только недавно дебютировала, Хуа Сяотан.

Имя было незнакомым, но Тун Чжао все равно чувствовал, что лицо где-то видел — вот только никак не мог припомнить где именно.

В этот момент в павильон зашел режиссер, обвел всех взглядом и громко спросил: — Тун Чжао пришел?

— Я здесь. — Тун Чжао напоследок глянул на Хуа Сяотан и вышел со съемочной площадки.

По дороге в другой павильон режиссер оценивающе оглядывал его с ног до головы, пока его взгляд не задержался на мягких, красивых черных волосах парня, после чего он довольно кивнул.

— Раньше снимался в рекламе?

— Нет, — с улыбкой ответил Тун Чжао. — Я подписал контракт совсем недавно, это моя первая работа.

Режиссер усмехнулся: — Через мои руки прошло не меньше сотни новичков, ну или по крайней мере полсотни. Если у новичка есть природные данные, перед моей камерой он стопроцентно выстрелит — в прайм-тайм крутить будут без перерыва.

Тун Чжао улыбнулся в ответ.

Не пройдя и пары шагов, режиссер внезапно остановился. Тун Чжао тоже замер и, подняв глаза, застыл на месте.

Навстречу им шли Шу Сичжо в сопровождении двух солидных мужчин в строгих костюмах. Шу Сичжо выглядел невероятно привлекательно, широкие плечи, длинные ноги — глядя на него, кто угодно мог подумать, что это какая-то суперзвезда.

Режиссер чуть подался вперед: — Директор Ци, директор Фу.

Директор Ци и директор Фу, улыбаясь, о чем-то тихо говорили с Шу Сичжо. Услышав приветствие, они рассеянно кивнули режиссеру и продолжили идти, не замедляя шага.

Шу Сичжо перевел взгляд и встретился глазами со застывшим Тун Чжао. На его лице не отразилось ни малейшего удивления; он лишь слегка изогнул губы, отвел взгляд и проследовал дальше вместе с компаньонами.

— С чего это руководство головного офиса решило спуститься вниз? — пробормотал режиссер себе под нос, с восхищением глядя на стройную, подтянутую фигуру Шу Сичжо. Парень обладал такой харизмой, что если бы подался в актеры, то точно прославился бы на всю страну.

Обернувшись и заметив, что Тун Чжао смотрит в ту же сторону, он усмехнулся: — Не заглядывайся, этот парень наверняка из богатой семьи, положение и статус у него высокие. Пойдемте.

http://bllate.org/book/40146/5094110