Ты! — Цинь Цзылан невольно задохнулся от гнева. — Ты что же, ждешь, пока отец станет тебя учить, только тогда послушаешь?
Цинь Моюй холодно усмехнулся про себя: что в прошлой жизни, что в этой у него была своя неотложная цель, и никакие наставления не имели бы смысла.
Тем более что после того случая, когда ему исполнилось восемнадцать, отношения между отцом и им самим стали крайне отчужденными. Кроме дежурных любезностей, между ними ничего не было, и Цинь Яньпэн никак не смог бы стать его наставником.
Но слова Цинь Цзылана, пожалуй, в точности отражали то, что таилось на дне души самого Цинь Яньпэна.
— Пятый брат преувеличивает. Мы с Ван Цаном виделись всего несколько раз, о какой-то дружбе и речи нет, это дело не стоит того, чтобы отец переживал.
— Лучше бы ты говорил правду, — с недовольным видом бросил Цинь Цзылан.
Цинь Моюй, чей организм сейчас был слаб, всё это время держал пухленького Сяо Ланя, и от этого его руки начали ныть. Он бессознательно пошевелился, чтобы сменить положение, и Сяо Лань, тоже почувствовав себя неуютно, с мяуканьем спрыгнул с него и подбежал к ногам Цинь Цзылана, с любопытством принюхиваясь.
— …Впрочем, эта зверушка и правда довольно милая. — Выражение лица Цинь Цзылана немного смягчилось, он погладил Сяо Ланя по голове. — Хочешь держать — держи, в поместье хоть оживленнее станет.
— Благодарю, пятый брат.
Цинь Моюй слегка поклонился и уже собирался попрощаться с Цинь Цзыланом, как вдруг вспомнил еще об одной вещь:
— Если Князь Сяо увидит этого котенка в поместье и станет расспрашивать тебя, я надеюсь, пятый брат не станет говорить ему, что его подарил Ван Цан.
Цинь Цзылан фыркнул:
— Я не собираюсь помогать тебе лавировать между ними.
— … — На мгновение Цинь Моюй даже пожалел, что вообще напрямую рассказал Цинь Цзылану о происхождении Сяо Ланя.
На самом деле он поступил так именно потому, что этим человеком был Цинь Цзылан. В глубине души у него всё же оставалась часть, жаждущая понимания и принятия, в то время как у остальных его родственников не было и малейшей возможности понять его.
— Пятый брат, тогда я пойду.
— Сяо Юй, — неожиданно смягчив голос, окликнул Цинь Цзылана уже повернувшегося уходить Цинь Моюя. — Я знаю, что тебе сейчас тоже приходится нелегко, и вовсе не нарочно вечно читаю тебе нотации… Просто мне всё время кажется, что у тебя на уме что-то задумано… Раз уж теперь отец выделил тебе часть войск в подчинение, почему бы тебе просто спокойно не заняться своими делами? Зачем обязательновязываться с этим и тем ваном?
— Я знаю, что вы с отцом хотите, чтобы я вел себя тише, — горько усмехнулся Цинь Моюй. — Вы думаете, раз я теперь полудохлый больной, то мне не стоит больше ни к чему стремиться, и лучше просто проживать день за днем в безопасности. Но я как раз не хочу так жить.
— Да с чего ты взял?! — Цинь Цзылан почувствовал, что Цинь Моюй его не понял, и с досадой потер лоб. — Ладно-ладно, я сейчас всё равно не знаю, как тебе объяснить, так что иди устрой эту зверушку.
— Хорошо.
Цинь Моюй унес Сяо Ланя обратно в комнату и передал его своему слуге А Юню.
— А Юнь, об этом коте нужно как следует заботиться. Кошки должны любить рыбу, сходи потом на кухню и попроси приготовить рыбу с малым количеством костей, без специй.
— Слушаюсь, молодой господин. — А Юнь осторожно принял Сяо Ланя из рук Цинь Моюя. — Слуга непременно о нем позаботится.
— И еще кое-что, — тон Цинь Моюя внезапно изменился. — Впредь, если Князь Сяо захочет меня видеть, пусть сначала пришлет доложить.
— А? — А Юнь опешил. — Но ведь это вы, молодой господин, раньше приказывали, чтобы он мог проходить сразу же, как только явится.
— Я передумал, нельзя разве? — Цинь Моюй строго посмотрел на А Юня.
— Да-да, слуга сейчас же всё исполнит. — А Юнь вздрогнул. Он знал, что его господин лишь с виду кажется мягким, но за неповиновение ему придется расплатиться очень дорого.
— Шестой молодой господин, — в этот момент подошел другой слуга и доложил: — Ван вернулся в поместье.
— …Отец вернулся?
С тех пор как Цинь Моюй переродился, Цинь Яньпэн был в отъезде по делам и только теперь наконец вернулся в Столицу.
Стоило Цинь Моюю сейчас подумать об отце, как в памяти невольно всплыла кровавая картина: отец с отрубленной головой, которую он собственными глазами видел в прошлой жизни.
И к такому результату привело лишь то, что он слепо доверился Бай Сяохэ.
Когда в этой жизни Цинь Моюй снова увидел отца, стоявшего перед ним в полном здравии, он, помимо облегчения, одновременно почувствовал невыносимое раскаяние и сожаление.
Поэтому, когда Цинь Моюй поприветствовал отца в главном зале, ему хотелось лишь поскорее закончить эту встречу отца и сына:
— Отец, у меня в последние два дня неважно себя чувствую, лекарь сказал, что из-за похолодания мне нельзя много выходить на улицу и простужаться… Так что я пойди отдохну.
В другое время Цинь Яньпэн непременно бы согласился, но на этот раз он остановил Цинь Моюя:
— Сяо Юй, подожди немного, у отца есть к тебе разговор… Эй, принесите еще один жаровню с углями.
Цинь Моюю пришлось сесть.
— Отец, что вы хотели сказать?
— Я слышал, пока меня не было, вокруг тебя произошло много всякого… Ты же знаешь, что погода похолодала, а твое здоровье слабое, но ты все равно пошел вымаливать прощение у Князя Сяо, простояв на коленях целые сутки? Просто сумасбродство. — Брови Цинь Яньпэна слегка нахмурились. — Был бы я на месте, непременно притащил бы тебя обратно.
— Простите, что заставил отца волноваться. — Цинь Моюй даже радовался, что отца не было в тот период — иначе его планы не смогли бы осуществиться столь гладко.
— И еще, — с суровым видом продолжил Цинь Яньпэн. — До меня дошло, что после того, как ты упал в обморок, Ван Цан сразу же пришел навестить тебя… С каких это пор ты сошелся с Ван Цаном?
Услышав это, Цинь Моюй невольно мысленно пожаловался: Бай Цанлань обычно человек осторожный, но на этот раз он поступил слишком опрометчиво — даже если бы тогдашний Бай Сяохэ ничего не заметил, столько пар глаз в поместье Цинь обмануть было невозможно.
Но кто же, черт возьми, выложил отцу всё это сразу по возвращении?
Цинь Моюй не удержался и бросил взгляд на стоявшего рядом с Цинь Яньпэном Цинь Цзылана.
— Можешь не гадать, это я сказал, — прямо заявил Цинь Цзылан. — Я сам уже не знаю, как с тобой разговаривать, чтобы ты начал слушать, оставалось только попросить отца образумить тебя.
— Пятый брат, ты и вправду так думаешь? — Цинь Моюй вдруг холодно усмехнулся. — Не боишься ли ты, что Князь Сяо и Ван Цан оба ценят меня, и опасаешься, что в будущем я затмлю твою славу, поэтому так спешишь настучать отцу?
Раньше, когда заходила речь о младшем поколении Клана Цинь, люди вспоминали старшего сына Клана Цинь Цинь Жуцзиня, Цинь Цзылана и Цинь Моюя.
С тех пор как с Цинь Моюем случилось несчастье и его репутация была запятнана, люди стали вспоминать лишь о Цинь Жуцзине и Цинь Цзылане, отчего слава этих двоих стала еще ярче. Чем на меньшее число частей делится подобное внимание, тем больше достается каждому.
— Что ты сказал? — Лицо Цинь Цзылана мгновенно помрачнело, он бросился вперед и схватил Цинь Моюя за воротник. — Неужели в твоих глазах я именно такой человек?!
— Прекратить! — рявкнул Цинь Яньпэн, шагнул вперед и разнял их, а затем со звонким треском отвесил Цинь Цзылану пощечину. — Ты же знаешь, что твой шестой брат слаб здоровьем, как ты смеешь распускать на него руки?!
— …Отец, ты же сам слышал, что он только что сказал, неужели я во всем виноват?! — Цинь Цзылан обиженно и злобно потер щеку.
— Хватит, — голос Цинь Яньпэна немного смягчился. — Хотя он и неправ, тебе тоже не следовало так горячиться. Такой взрослый, а устраиваешь истерики, как ребенок.
— Ладно-ладно, больше я вообще не стану лезть в ваши дела! — бросил Цинь Цзылан, с досадным видом развернулся и ушел.
Цинь Жуцзинь молча наблюдал за этой сценой со стороны, погрузившись в задумчивость.
— Эх… — Цинь Яньпэн посмотрел вслед быстро удалявшемуся Цинь Цзылану, тяжело вздохнул и перевел взгляд на Цинь Моюя: — Сяо Юй, твой пятый брат не со зла, не бери в голову. Ладно, иди в комнату, отдохни пораньше.
— Хорошо, отец. Виноват и я сам, что брякнул не подумав… Тогда я пока откланяюсь.
На самом деле подобное развитие событий полностью укладывалось в расчеты Цинь Моюя.
Цинь Цзылан от природы вспыльчив, его легко было вывести из себя.
И стоило ему вступить с ним в конфликт, как нынешний Цинь Яньпэн, по крайней мере внешне, непременно встал бы на его сторону, из-за чего между отцом и Цинь Цзыланом возникло бы напряжение.
Благодаря этому Цинь Яньпэн уже не смог бы продолжить допрос насчет дела с Бай Цанланем.
Как ни жалко, но хоть он и просчитал всё до мелочей, он всё дальше отталкивал сердца пятого брата и отца.
Ну и ладно. Раз уж он выбрал путь кровавой мести, больше не стоит об этом беспокоиться.
http://bllate.org/book/40091/5086742
Сказали спасибо 0 читателей