Готовый перевод What If I Offend the Popular Omega / Опасная прихоть: Как выжить рядом с омегой-айдолом: Глава 11

Здесь — настоящий рай для преступников.

— Нин Ханьчжу, спасибо.

Нин Ханьчжу заснула. Она устала за весь день, и какая бы ни была выносливость, организму требовалось восстановление.

На следующий день она поставила две тубы с питательной смесью на стол, взяла еще две для себя и рано ушла.

Лу Юйтан отвел ее в место, где обычно тренировался. Несколько групп альф занимались утренней разминкой. Он со всеми поздоровался и провел Нин Ханьчжу в самую дальнюю комнату:

— Здесь я занимаюсь чаще всего. Встань напротив той стены и ударь изо всех сил, посмотрим, что получится.

Проспав всю ночь, Нин Ханьчжу чувствовала себя полной сил — казалось, она одним ударом могла убить быка.

Следуя указаниям Лу Юйтана, она подышала на кулак, издавая ободряющие звуки, а затем со всего размаху врезала по стене. Стена не изменилась ни на йоту.

Лу Юйтан как раз вскрывал тубу с питательной смесью и громко произнес:

— Ты сегодня не завтракала, что ли? Вложи силы.

Нин Ханьчжу протянула: «Ох», — и на этот раз нанесла тяжелый размашистый удар. Стена тут же прогнулась внутрь, образовав вмятину.

Питательная смесь выпала у Лу Юйтана изо рта от удивления.

— Ничего себе! Ты чего наелась? И в какую долю силы это было?

— Я и сама не знаю.

— Давай еще пару раз.

Нин Ханьчжу принялась молотить по стене с грохотом: бам, бам, бам. Вмятины на поверхности получились на редкость ровными.

Затем Лу Юйтан повел ее проверять остальное: помимо физической силы, оценивались и органы чувств альф, причем особое внимание он уделил зрению и слуху Нин Ханьчжу.

Нин Ханьчжу завязала глаза повязкой, и Лу Юйтан вывел ее из тренировочной комнаты. Звуки со всех сторон наперегонки хлынули в ее голову.

— Только и знаешь, что гулять да развлекаться! Совсем не умеешь помочь своей мамаше, никчемная ты тварь. Заведи я собаку, и то бы хвостом мне виляла.

— Братец, мне больно, перестань.

— Эй, босс, я хвостом ходил за ней полдня. Она вошла в тот дом и до сих пор не выходила, продолжать слежку?

— Ой-ой-ой, ладно.

— По-моему, Дядя Е слишком раздувает из мухи слона. Какую бурю может поднять такой сопляк, как Нин Ханьчжу? А нас заставил здесь дежурить.

Нин Ханьчжу впервые почувствовала, что слишком острый слух — это тоже своего рода мука. Если бы эти голоса звучали в голове круглые сутки, можно было бы сойти с ума. Она начала упорядоченно отсеивать информацию, отделяя полезную от бесполезной, пока среди всего этого шума не услышало свое имя:

— Брат Лу, метрах в десяти к югу от меня, по левую руку, кажется, кто-то за мной следит.

Первая реакция Лу Юйтана:

— Откуда ты знаешь?

Десять метров — это расстояние было даже больше, чем его собственное восприятие в свое время.

Нин Ханьчжу ответила:

— Я слышала, как о*ни говорили обо мне и упоминали Дядю Е.

Лу Юйтан вовсе не был незнаком с именем Дяди Е, поэтому он тут же отправил троих людей, и те действительно притащили двоих соглядатаев.

— Не переживай, предоставь это мне.

— Угу.

Оба оказались бесхребетными трусами. Стоило Лу Юйтану приволочь их в комнату, как они раскололись целиком, даже допроса с пристрастием не потребовалось.

Лу Юйтан отвесил им пару крепких пинков, вышел к Нин Ханьчжу и сказал:

— За тобой следят.

Раньше Нин Ханьчжу не знала, в каких кругах околачивается Дядя Е. Лу Юйтан пытался навести справки через знакомых, но безрезультатно, а эти двои сами явились прямо в руки.

— Дядя Е прислуживает Янь Фэйпэну. Он услышал о твоих переговорах с Янь Фэйпэном и приставил к тебе соглядатаев.

Сказав это, Лу Юйтан взглянул на лицо Нин Ханьчжу и, заметив ее полное спокойствие, добавил:

— Кроме того, они проболтались еще об одном деле. Сказали, что в свое время подкупили врача в больнице, чтобы тот поколдовал над твоим препаратом для дифференциации. Они никак не могут взять в толк, почему ты не только успешно прошла дифференциацию, но и выглядишь вполне нормально.

— !..

Оригинальная Нин Ханьчжу провалила дифференциацию вовсе не случайно — кто-то намеренно подстроил это с помощью препарата.

— Хорошо, что с тобой все в порядке. Но что ты собираешься делать дальше?

— Обычное дело.

— Какое еще обычное?

Нин Ханьчжу выдавила из себя подобие улыбки:

— Я имею в виду, пришло время очистить дом от скверны.

Воспоминания прежней хозяйки тела навели Нин Ханьчжу на ложный след: она думала, что этот дворовый слуга семьи Нин смеет измываться над хозяевами лишь исподтишка, пользуясь их слабостью, да подстраивать мелкие пакости в быту. Она и представить не могла, что в гибели прежней владелицы тела тоже замешана его рука.

Густая волна надвигающейся опасности нахлынула на нее.

Лу Юйтан удивился:

— У тебя уже есть план?

Нин Ханьчжу еще не придумала, как отомстить за прежнюю хозяйку тела, ведь за прошедшие годы Дядя Е успел неплохо устроиться на Звезде Альфа.

— Брат Лу, не мог бы ты помочь мне узнать, чем этот человек занимался на Западной улице? Желательно во всех подробностях.

Эту услугу он оказать мог, но предостерег:

— Только не горячись. Этот тип вечно прячется за спиной Янь Фэйпэна, и если ты хочешь с ним поквитаться, Янь Фэйпэна обойти не удастся.

Нин Ханьчжу не была дурой и вовсе не собиралась в одиночку отправляться на Западную улицу для честного поединка.

— Не переживай, у меня еще младшая сестра на руках, о которой нужно заботиться.

— Ну и отлично.

Глядя на то, как приближается полдень, Нин Ханьчжу забеспокоилась о тех двоих дома — большой и маленькой, проснулись ли они вообще? И она поспешила вернуться.

Сюй Юйцин сидела за столом, склонившись вместе с Нин Цяньцзянь над рисованием. На полу валялось несколько комков смятой бумаги — поскольку уборщика-робота не было, Нин Ханьчжу, войдя с улицы, сразу наступила на один из них.

Она подняла его и развернула: на бумаге красовались беспорядочные линии без всякого намека на композицию.

На столе также стояла коробочка из-под карамельного пудинга, уже пустая почти до самого дна.

— Разве этот не съели еще вчера?

— Я заметила, что Цяньцзянь он очень нравится, и попросила лавку прислать еще. Не думала, что они перепутают заказ и пришлют на одну порцию больше. Эта как раз останется тебе.

Сюй Юйцин достала из упаковки другую коробочку и легко толкнула ее в сторону Нин Ханьчжу, после чего перевела взгляд обратно на рисунок Нин Цяньцзянь, выглядя так, будто совершила это движение мимоходом.

Нин Ханьчжу: «?..»

Лавка умудрилась перепутать заказ? Бывают же такие чудеса?

Раньше с ней ничего подобного почему-то не случалось.

Не раздумывая больше, Нин Ханьчжу опустилась прямо на пол, поднесла к себе коробочку размером с ладонь, зачерпнула ложечку и вдумчиво распробовала. Вкус оказался таким же нежным и шелковистым, как вчера, но если прислушаться к ощущениям, можно было уловить присущую карамели чарующую горчинку, в которой таилась едва заметная сладость.

И эта крошечная нотка сладости мгновенно улучшила ее скверное настроение.

Видя, как та расплывается в улыбке от обычной сладости — доверчивая и легко поддающаяся на уговоры простачка, — Сюй Юйцин мысленно покачала головой: глупышка.

Автор пишет:

Нин Ханьчжу: Разве я глупая?

Глава 11

Сюй Юйцин обнаружила, что последние пару дней Нин Ханьчжу ведет себя неуловимо — ее целый день не сыщешь дома.

Нин Цяньцзянь же, чувствуя рядом компанию, не шумела и не капризничала, а послушно рисовала на ненужной бумаге: она изображала травку, сладости и даже большой дом, снаружи которого три человечка держались за руки.

— Красивая сестрица, смотри: это сестрица, это красивая сестрица, а это Цяньцзянь.

— Цяньцзянь очень красиво рисует.

Сюй Юйцин рассеянно просидела с ней весь утренний час:

— Цяньцзянь, а твоя сестра и раньше часто оставляла тебя дома одну?

Нин Цяньцзянь кивнула, но тут же замотала головой:

— Сестрица отводила меня к тете Лу, а как освобождалась — забирала домой.

Впрочем, чаще всего к тому моменту она уже спала, а просыпалась дома.

Лицо Сюй Юйцин помрачнело. Выходит, ее использовали в роли робота-няньки?

Поэтому, когда взмыленная Нин Ханьчжу влетела домой,

она обнаружила, что из двух туб с питательной смесью на столе осталась лишь одна.

Без сомнений, эту тубу оставила Сюй Юйцин. Нин Цяньцзянь в прошлом знала голод и дорожила едой, даже питательной смесью. В самые тяжелые времена сестры делили одну тубу на двоих и никогда не оставляли даже капли — выбрасывать было нельзя.

Нин Ханьчжу осторожно поинтересовалась:

— Не пришлось по вкусу?

Называть употребление питательной смеси дегустацией?

Сюй Юйцин искоса взглянула на нее, взяла тубу со стола, сделала глоток и скривилась:

— Тьфу! Разве это еда для людей? Я хочу выпить Нефритовую жидкость Золотого Закона.

Нин Ханьчжу: «?»

Ту самую Нефритовую жидкость Золотого Закона, что по слухам стоит 388 888 за чашку?

Посмотрев на оставшиеся в оптомозгу жалкие 388 кредитов пособия, Нин Ханьчжу погрузилась в кратковременное молчание.

Сюй Юйцин задрала подбородок:

— Что, по-твоему, я недостойна ее выпить?

У Нин Ханьчжу разболелась голова.

За те дни, что они провели вместе с Сюй Юйцин, отношения складывались вполне мирно, и она почти забыла, что эта особа — избалованная бета из какого-то столичного семейства. То, что она целых два дня терпела питательную смесь, было уже проявлением невероятной щедрости с ее стороны.

— Достойна, конечно, достойна.

— Это она тебя недостойна.

Заметив, что туба со смесью сейчас прольется, Нин Ханьчжу быстро и ловко поставила ее вертикально в стороне.

Сюй Юйцин едва не рассмеялась, но при мысли о том, что эта девчонка бросила ее здесь без всякого внимания, тут же сжала уголки ртов:

— Сама разбирайся, как хочешь.

Не успела Нин Ханьчжу побыть дома и пяти минут, как ее снова вынудили уйти.

В предыдущие пару дней у нее еще оставались свободные деньги, чтобы купить для Сюй Юйцин хоть что-то приличное, но за последние дни, собирая информацию о Дяде Е, она не только потратила все подчистую, но и влезла в долги. На счету в оптомозгу осталась лишь жалкая трехзначная цифра.

Не то что о Нефритовой жидкости Золотого Закона — даже о двух тубах смеси для восстановления духовной силы нечего было и мечтать.

Все-таки она ужасно бедна.

Нин Ханьчжу бесцельно брела по улице, и в голове крутилась лишь одна мысль: как удовлетворить гастрономические капризы Сюй Юйцин. Она шла и шла, пока случайно не оказалась возле лавки клана Ло.

В последнее время она ежедневно тренировала органы чувств под руководством Лу Юйтана, и теперь научилась свободно контролировать восприятие внешних звуков.

— Босс, а вдруг она и вправду подруга второй барышни? Если мы так поступим, то разве не...

— Такой ты принципиальный! Когда те головорезы с Западной улицы приставили нож к твоему горлу, почему ты не сопротивлялся?

Ло У в ярости швырнул то, что держал в руке, в работника:

— Какая теперь польза от твоей лести задним числом? Ты один умный, а я нет?!

Работник стерпел удар и не посмел возразить.

Последние дни у Ло У выдались на редкость скверными: сначала из-за Нин Ханьчжу он лишился крупной суммы денег, а затем его охватило тревожное предчувствие из-за появления Сюй Юйцин. И не успел он перевести дух, как люди Янь Фэйпэна «пригласили» его к себе.

Обидеть Сюй Юйцин — это в худшем случае потерять комфортную и завидную работу.

А вот обидеть головорезов с Западной улицы — и в любой момент можно лишиться головы.

http://bllate.org/book/39995/5072156