В знакомой области все наперебой бросились отвечать, стараясь перехватить инициативу, но хотя основные юные актеры сериала были названы, никто так и не дал верного ответа.
— Помню, в Маленьком теплом солнце было полно актеров лет десяти! — Сун Юйфэй ломал голову, пытаясь вспомнить, кто же именно нужен.
После перезапуска таймера Ци Янь благодаря своей молниеносной реакции успел нажать на кнопку, но, дав неверный ответ, он активировал датчики на столах Цун Цзиньюэ и Чжан Хуайсюя.
Режиссер Хэ объявил:
— Время показывает, что Цун и Чжан нажали на кнопки одновременно. Придется вам выяснить, кто из вас сильнее. Чтобы сэкономить время, предлагаю решить всё одной партией в камень-ножницы-бумага. Выходите, пожалуйста.
Цун Цзиньюэ отодвинул стул, высвобождая длинные ноги из тесного пространства, и поднялся. Повернув голову в сторону соперника, он наткнулся на взгляд Чжан Хуайсюя. Тот смотрел на него глазами, темными, словно лакированными, и, едва приподняв тонкие веки, насмешливо скривил губы:
— Цун, вы, должно быть, гадаете наугад. Вы всё равно не угадаете, лучше не тратить время зря.
Все присутствующие обернулись на звук голоса. Цун Цзиньюэ приподнял бровь, и выражение его лица стало на удивление довольным:
— Настолько уверены? А если я угадаю?
Чжан Хуайсюй предложил:
— Может, поспорим?
— С удовольствием. Как именно? — заинтересовался Цун Цзиньюэ.
Чжан Хуайсюй слегка подался вперед, изящно выгнув спину, и прошептал несколько слов на ухо сидевшему рядом Цзи Шиняню. Тот внимательно выслушал и спустя мгновение серьезно кивнул.
Выпрямившись, Чжан Хуайсюй снова перевел взгляд на Цун Цзиньюэ и четко произнес:
— Поспорим на 50 золотых. Угадаешь — я плачу тебе 50, ошибешься — ты мне 50. А вознаграждение за сам вопрос оставим по правилам игры, как тебе?
Цун Цзиньюэ не ответил сразу, а вопросительно посмотрел на Е Цинлань. Та на секунду замерла, но, поняв, что он спрашивает ее мнения, без колебаний слегка кивнула.
— Хорошо. — Получив ответ, Цун Цзиньюэ улыбнулся так, что показались кончики его зубов. Его вид победителя был настолько уверенным, что все, кроме Чжан Хуайсюя, почти поверили в его успех.
Режиссер Хэ подумал про себя: Эффектное зрелище само идет в руки.
— Ну что, кто из вас начнет?
— Пусть он, — Чжан Хуайсюй коротко кивнул в сторону соперника. Хотя его слова были провокацией, он засомневался, увидев, как легко тот согласился. Впрочем, виду он не подал — раз уж пари заключено, отступать нельзя. К тому же, может, тот просто хорохорится?
— Хорошо, Цун, прошу отвечать.
Цун Цзиньюэ решил помучить публику и, сохраняя невозмутимый вид, медленно выговорил имя. В тот момент, когда прозвучал ответ, напряженная линия подбородка Чжан Хуайсюя слегка смягчилась.
— Поздравляю, ваш ответ… неверный!
Цун Цзиньюэ результат не удивил — он спокойно пожал плечами и с ленивой грацией большого кота опустился обратно на стул.
— Хорошо, Чжан, ваш ответ?
Чжан Хуайсюй приоткрыл тонкие губы и четко назвал имя молодого актера.
— Отлично, поздравляю, Чжан, ваш ответ… верный!
— О-о-о! — по гостиной разнеслись аплодисменты и восторженные крики.
Режиссер Хэ с улыбкой пояснил:
— В Маленьком теплом солнце этот актер сыграл пятилетнего соседа главного героя — Сяо Ина! На фото запечатлен он сам в младенчестве. Чжан, это потрясающе, что вы запомнили такую деталь!
Актеру тогда было всего пять лет, роль была второстепенной, и все остальные попали в ловушку, пытаясь угадать только главных героев.
Чжан Хуайсюй угадал не без доли везения. Когда его мать смотрела этот сериал во время летних каникул, она, увидев сцену, где главный герой держит ребенка за руку, сказала маленькому Чжан Хуайсюю: Помнишь, Сюй, когда ты был в таком возрасте, мы с тобой в Фаньчэне точно так же смотрели на снег.
Она еще похвалила актерскую игру мальчика и даже проверила актерский состав. А Чжан Хуайсюй с детства обладал феноменальной памятью, поэтому просто запомнил имя и роль.
Под аплодисменты Чжан Хуайсюй спокойно сел на место. Он думал, что победа принесет облегчение и позволит отыграться за утренние проделки Цун Цзиньюэ. Но, скосив глаза в сторону, он увидел, что тот расслабленно откинулся на спинку стула с самодовольной улыбкой на губах. Тот хлопал вместе со всеми, изображая великодушного проигравшего.
Это не только не принесло ему радости, но и вызвало досаду. Неужели этот мерзавец поддался специально? Или же он просчитал, что Чжан Хуайсюй будет еще больше раздражен его спокойствием?
Эта мысль вызвала в душе волну беспокойства, а улыбка на лице Чжан Хуайсюя стала еще холоднее.
Когда игра закончилась и пришло время прибираться, Чжан Хуайсюй убрал свой стул, а возвращаясь, подошел к Цун Цзиньюэ, который все еще сидел на месте, разбирая бумаги на столе. Он ничего не сказал, лишь протянул руку ладонью вверх. Его пальцы были длинными и изящными, а жест — предельно ясным.
50 золотых, гони.
Цун Цзиньюэ несколько секунд смотрел на руку Чжан Хуайсюя, а затем тихо рассмеялся. В его смехе не было досады — напротив, он звучал заинтересованно. Чжан Хуайсюя этот смех разозлил:
— Проиграл, и мне нужно самому приходить за выигрышем?
Цун Цзиньюэ поерзал на стуле, перекладывая свои длинные ноги в более удобное, ленивое положение, и невинно ответил:
— Ничего не поделаешь, ноги слишком длинные, неудобно вставать, Чжан, проявите снисходительность.
Чжан Хуайсюй: «...»
Хотя под столом действительно было тесно, и его собственные ноги вечно упирались в доску ящика, умение этого парня так бесстыдно говорить правду было просто талантом.
Цун Цзиньюэ, заметив выражение лица соперника, почувствовал, что у него зачесался нос. Хм, должно быть, кто-то его ругает.
Он принялся неторопливо отсчитывать 50 золотых из своего контейнера, а затем медленно опустил их на раскрытую ладонь Чжан Хуайсюя.
— Вот, Чжан, примите. В следующий раз так легко меня победить не получится.
Голос Цун Цзиньюэ звучал лениво и вкрадчиво, словно перышко, щекочущее барабанные перепонки. Его пальцы едва заметно коснулись теплой ладони Чжан Хуайсюя.
***
После короткого перерыва начался второй этап игры — битва на надувных шарах.
Правила: двое стоят на надувных шарах, пытаясь вытолкнуть друг друга ладонями или защищаясь. Тот, кто теряет равновесие, падает или касается ногой пола — проигрывает.
В трех группах по двое участников, в каждом раунде соревнуется один представитель от каждой команды. Победившая группа получает 30 золотых.
В первом раунде от группы Сун и Ци выступал Сун Юйфэй, а от группы Цун и Е — Е Цинлань.
— Е, я не буду вам поддаваться! — Сун Юйфэй забрался на шатающийся шар и улыбнулся, бросая вызов.
Е Цинлань мягко и уверенно улыбнулась в ответ:
— Еще неизвестно, кто победит.
Сун Юйфэй явно недооценил соперницу. Е Цинлань с детства занималась китайскими танцами, поэтому ее координация и чувство равновесия были невероятными. Через несколько разменов она поймала момент, когда он потерял равновесие, и легким толчком сбила его с шара.
После завершения она услышала от него:
— Е, вы просто невероятны, признаю поражение.
Во втором раунде от группы Чжан и Цзи выступал Цзи Шинянь, а от группы Сун и Ци — Ци Янь.
Цзи Шинянь понимал, что силой не возьмет, поэтому пытался действовать хитростью. Ци Янь на камеру старался изо всех сил, но на деле слегка поддавался. Спустя пару раундов он будто бы случайно пошатнулся и упал, с улыбкой признав:
— Я проиграл.
Цзи Шинянь все понял, но промолчал, лишь кивнул:
— Благодарю за игру.
Сун Юйфэй дождался, пока они закончат разговор, и подколол друга:
— Гляди-ка, только что выиграл немного денег, и тут же их отдал!
Ци Янь пожал плечами:
— Ничего страшного, худшее, что может случиться, — будем есть лапшу быстрого приготовления.
В третьем раунде группа Цун и Е соревновалась против группы Чжан и Цзи. Е Цинлань уже участвовала в раунде, поэтому они с Цун Цзиньюэ обсуждали, кому выходить сейчас.
Е Цинлань спросила:
— Цун, ты хочешь сыграть?
Цун Цзиньюэ немного подумал и улыбнулся:
— Хорошо.
Он ловко запрыгнул на надувной шар, проверил равновесие, а когда встал уверенно, перевел взгляд на команду соперников, сразу же выделив Чжан Хуайсюя, который продолжал о чем-то говорить с Цзи Шинянем.
Цун Цзиньюэ громко сказал:
— Чжан, вы не выйдете? Вы только что выиграли у меня 50 золотых, нужно же дать мне шанс отыграться?
Чжан Хуайсюй поднял глаза и встретился с вызывающим взглядом Цун Цзиньюэ.
«Тьфу, никакого покоя, чем больше я его вижу, тем сильнее он меня раздражает».
Стоящий рядом Цзи Шинянь тихо спросил:
— Чжан, хочешь пойти? Если не хочешь, я могу выйти еще раз.
Чжан Хуайсюй и так был не в духе из-за Цун Цзиньюэ, а если он откажется, это будет выглядеть так, будто он струсил перед камерами. Он покачал головой:
— Ничего, я сам пойду.
Цун Цзиньюэ внимательно наблюдал, как Чжан Хуайсюй уверенно взбирается на шар, и, пробежавшись взглядом по его лицу, с пробой в голосе спросил:
— Если я отыграю те 50 золотых, вы ведь не будете сердиться, Чжан?
Чжан Хуайсюй холодно посмотрел на него в ответ:
— Не волнуйтесь, я не буду сердиться. Потому что вы не сможете отыграться.
Начался бой, и оба сосредоточились. Особенно Цун Цзиньюэ — его осторожность была такой, будто это был совсем другой человек. После нескольких пробных толчков оба с удивлением обнаружили, что противник держится на редкость устойчиво, обладая поразительной силой мышц кора.
Чжан Хуайсюй поневоле вспомнил все их прошлые столкновения и словесные перепалки. Его сердце сжалось, и он с удвоенным вниманием принялся искать слабые места соперника.
В воздухе запахло порохом. Зрители то и дело видели, как один из них сильно наклоняется и вот-вот готов упасть, но в самый последний момент, задействовав мощные мышцы живота, восстанавливает равновесие.
Наблюдать за этим было невероятно волнительно.
http://bllate.org/book/39875/5053306
Сказали спасибо 0 читателей