Готовый перевод What to Do When a Male Ghost is Obsessed with You / Что делать, если за тобой охотится призрак?: Глава 3

Глава 2: Чу Сюань

Чу Сюань учился на медицинском, и с момента его выпуска прошло ровно два года, всё это время он работал в Городской центральной больнице.

Сам он был беден как церковная мышь, да и никаких полезных связей за душой не имел. Устроиться в Городскую центральную больницу ему удалось исключительно благодаря помощи одного университетского профессора, который замолвил за него словечко.

Зарплата в больнице и впрямь оказалась неплохой: если не считать постоянной занятости, полный соцпакет был на высоте.

За эти годы упорного и честного труда у Чу Сюаня скопилось небольшое сбережение в триста с лишним тысяч. Полгода назад при финансовой поддержке бабушки он оформил ипотеку на небольшую двухкомнатную квартиру неподалеку от больницы.

Говорили, что это лучший выбор для свадебного жилья, а двадцатисемилетнему Чу Сюаню уже пора было задуматься о женитьбе.

Приобретя собственное жилье, Чу Сюань начал приглядываться к незамужним женщинам-врачам и медсестрам своего потока. Он рассуждал так: из-за бешеной загруженности на работе идеальным выбором для второй половины станут те, кто находится рядом — коллеги из больницы.

Иначе, заведя девушку в какой-нибудь другой сфере, они бы даже не находили времени на встречи и свидания.

В последнее время Чу Сюань сблизился с медсестрой по имени Лу Сяотин. Говаривали, что в жизни каждого мужчины обязательно должна появиться своя Тин, и он решил, что Лу Сяотин, судя по всему, и есть его Тин.

Общаться с Лу Сяотин было легко и комфортно, не возникало ни малейшего чувства отторжения.

Чу Сюань считал, что характер девушки и все её достоинства были на высоте, а то, что она могла полюбить такого парня с низким эмоциональным интеллектом, как он, было просто невероятной удачей.

— Доктор Чу, с окончанием смены! — В этот день в полдень прелестная и миловидная девушка подошла к окошку Чу Сюаня и озарила его сладкой улыбкой. — Эй, как насчет сходить пообедать вместе?

Чу Сюань взглянул на часы: и вправду подошло время обеденного перерыва. Он виновато произнес:

— Боюсь, сегодня не получится, у меня назначена встреча.

Эмоциональный интеллект у него действительно хромал: заметив, как на лице Лу Сяотин промелькнуло разочарование, он даже не додумался пояснить, что на самом деле собирается встретиться со своим батей.

— Ну ладно, — девушка через силу улыбнулась и помахала ему на прощание.

— Ага, сходи поешь сама. Завтра в обед я снова тебя угощу, — бросил Чу Сюань.

Совсем безнадежным его назвать было нельзя.

Эта фраза в сочетании с его привлекательной внешностью быстро вернула девушке хорошее настроение.

Она-то прекрасно знала, что у Чу Сюаня нет никакой девушки, а в качестве объекта для невнятных ухаживаний он держит только её одну.

Попрощавшись с Лу Сяотин, Чу Сюань торопливо сменил белый халат и направился в ресторан, где договорился встретиться с Отцом Чу.

Шел он туда пешком, поскольку свободных денег у него не водилось, и машины он пока еще не купил.

Внутри ресторана работал кондиционер, но Отец Чу и директор Хуан все равно чувствовали невероятную духоту — сидеть здесь было совсем не прохладно.

Изначально предполагалось, что директор Хуан придет на встречу один и просто приглядится к парню, однако каким-то образом информация просочилась наружу и потревожила Старшего господина Хо. Семидесятилетний Старший господин Хо, всё еще полный сил и энергии, явился без лишнего шума.

Впрочем, светиться он не стал и устроился за соседним столиком.

Когда Чу Сюань вошел, его мог разглядеть каждый. Первое впечатление, которое он производил — это высокий рост, изящная осанка и выдающаяся внешность. Что примечательно, взгляд у него был чистым и прямым, совсем не похожим на человека себе на уме.

— Ну как? — поинтересовался Старший господин Хо у сопровождавших его людей: старшего сына Хо Юньлуна и мастера Фэн-шуй по имени Мастер Чэн.

Хо Юньлун молчал, зная, что старик спрашивает Мастера Чэна.

Этому Мастеру Чэну было около пятидесяти лет, выглядел он как даос: на нем были белые одежды, а на ногах — черно-белые матерчатые туфли.

Сидя за столом с отрешенным видом бессмертного отшельника, он произнес:

— Он самый.

— Вот и отлично. — Старший господин Хо и Хо Юньлун радостно улыбнулись и махнули рукой в ту сторону.

Директор Хуан, заметив это, расцвел от радости. Его отношение к Чу Сюаню мгновенно сменилось с просто дружелюбного на запредельно восторженное: ему не терпелось упасть перед ним на колени и назвать батей. От такого напора Чу Сюань одновременно изумился и смутился: неужели этот взрослый мужчина с головой не дружит? С чего это он уцепился за его руку и не отпускает?

— Дорогой племянник, нет-нет, господин Чу, присаживайтесь, прошу вас! — наперебой приговаривал директор Хуан.

Чу Сюань был человеком прямолинейным: раз просят сесть — он и сел, без лишнего церемонного ломания.

— Господин Чу, поистине лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать! Вы и впрямь человек из высшего общества, у меня аж в глазах рябит от вашей стати. — Директор Хуан с ног до головы окинул Чу Сюаня цепким взглядом, находя в нем лишь одни достоинства. Неспроста же говорится: у каждого своя судьба, и в этой мудрости была доля правды. — Мы пригласили вас сегодня вот по какому поводу... Знаете ли вы семью Хо?

Развлекался Чу Сюань редко и за новостями из мира финансов не следил, но о семье Хо, конечно, слышал.

Он покосился на собеседника и подумал: самая богатая семья в городе, и какое мне до них дело?

— Вы родились первого января первого года новой эры ровно в ноль часов ноль минут. Ваша дата рождения идеально гармонирует со старейшиной рода. Господин Хо имеет намерение признать вас своим приемным сыном, что вы об этом думаете? — Директор Хуан упорно глядел на Чу Сюаня, не моргая, а во взгляде его читалась уверенность человека, уже победившего в этой игре.

Он думал про себя: это же семья Хо, сколько народу наперегонки стремится им угодить!

Стоит заиметь с ними хоть малейшую связь, и жизнь удалась, не говоря уже о том, чтобы официально стать приемным сыном.

Однако Чу Сюань с порога отрезал:

— Живу я прекрасно, в еде и одежде не нуждаюсь, с какой стати мне набиваться к нему в приемные сыновья?

Он всего лишь скромный обыватель, которому чужды связи с сильными мира сего, да и о жизни на вершине олигархического олимпа он не мечтал.

— Да ты что, Чу Сюань! Это же сам Старший господин Хо, ты вообще понимаешь, кто это такой? — Отец Чу ужасно за него переживал. — Подумай хорошенько, прежде чем отвечать, не валяй дурака!

— Кто из нас тут валяет дурака? — Взгляд черно-белых глаз Чу Сюаня в упор уставился на Отца Чу.

И это его собственный родной отец? Привел родного сына на поклон к новому папаше?

Чем это вообще отличается от продажи собственного ребенка ради выгоды?

— Нет-нет, господин Чу, вы послушайте меня...

— Не нужно. Что бы вы ни говорили, я на это не согласен. Ищите кого хотите, я в этом участвовать не буду. — Чу Сюань поднялся с места, не притронувшись ни к единой чашке чаю на столе, и просто ушел.

Сидевший за соседним столиком Старший господин Хо заметил:

— Какой упрямый мальчишка. — Затем он повернулся к Мастеру Чэну: — И что теперь делать?

Хо Юньлун проводил Чу Сюаня взглядом и проговорил:

— Что делать... Вы потратили двадцать лет на поиски всего одного человека, так что теперь он не сможет отказаться, даже если не захочет. У Мастера Чэна наверняка найдется выход, вопрос лишь в том, сможете ли вы проявить жесткость.

— Эх, жаль только, что он равнодушен и к деньгам, к власти. К таким людям труднее всего подобрать ключик, даже компенсировать как следует не знаешь чем, — вздохнул старик. — Я человек не жестокосердный. Мастер Чэн, поразмысли, нет ли какого-нибудь компромиссного варианта, чтобы не сгубить его жизнь.

— В этом вопросе решение принимать не мне. Решать, губить его или нет, должен Старший молодой господин, — произнес Мастер Чэн, упомянув Старшего молодого господина, но вовсе не имея в виду Хо Юньлуна.

— Верно, пожалуй, — согласился господин Хо, вспомнив своего старшего сына, который из-за слабого здоровья и дурного гороскопа прожил в тайне более двадцати лет, но в конце концов так и не выжил.

— Господин Хо, господин Хо-младший, прошу прощения, дело сорвалось, — директор Хуан подвел Отца Чу с повинной, ладони у него так и потели от страха перед возможным гневом.

— Ничего страшного, парнишка просто упрямится. Наверное, счел, что наше предложение недостаточно искренне. — Старший господин Хо ласково и доброжелательно обратился к отцу Чу Сюаня: — Я искренне намерен заключить этот союз приемного родства, господин Чу. Если вы сможете принести мне три волоска вашего сына и какую-нибудь его вещь, что носят близко к телу, я исполню любое ваше желание.

Не раздумывая ни секунды, Отец Чу закивал и с готовностью согласился: подумаешь, три волоска да предмет одежды, разве в этом есть хоть какая-то сложность?

Столкнувшись с баснословным богатством, он был готов продать собственного сына без тени сомнений.

— Хорошо-хорошо-хорошо! Завтра же я вам всё доставлю!

Услышав, что волосы должны быть самыми свежими, как и нательное белье, Отец Чу немного подумал и решил отправиться прямо в больницу к Чу Сюаню.

В тот момент Чу Сюань был на работе. Отец заявил ему:

— Ты столько времени живешь в своей квартире, а я у тебя так ни разу и не побывал — совсем на совесть не похоже. Раз уж я сегодня здесь, давай зайду, посмотрю твоё жилье.

Чу Сюань не горел желанием с ним возиться:

— Я сейчас на смене, некогда мне возвращаться.

Отец Чу упрямо уперся:

— Я подожду. Когда закончишь смену, тогда вместе и пойдем.

Вспомнив все сегодняшние выкрутасы Отца Чу, Чу Сюань помрачнел:

— Какую на сей раз пакость ты замышляешь? Сразу заявляю: делать кого попало моим названным отцом я не собираюсь!

Иметь такого отца — уже сплошное наказание!

— Ишь чего удумал! Разве зайти к сыну выпить чаю — это преступление? Не хочешь признавать названного отца — и не надо, неужто я тебя силой заставлю? — отмахнулся Отец Чу. — Ладно, занимайся своими делами, я посижу в уголке подожду.

Чу Сюань прекрасно понимал, что у того наверняка припасен какой-то подвох, но поделать ничего не мог. На душе скребли кошки, было паршиво и тесно.

Он ведь планировал после смены сходить поужинать с Лу Сяотин, но теперь всё планы пошли прахом.

Окончив смену, Чу Сюань вместе с Отцом Чу поднялся в свою новую квартиру.

Пока Чу Сюань отвлекся, Отец Чу ловко вытянул пять-шесть волосков с подушки и прихватил одну пижаму.

Действовал он с поразительной быстротой и тут же отвез добычу семье Хо.

То была ночь полнолуния, и луна на небе сияла огромным серебряным диском.

Чу Сюань стоял на балконе и вешал белье, как вдруг откуда-то сверху повеяло прохладным ветерком. Мягко и незаметно он обвился вокруг его поясницы... По обнаженной выше пояса коже тут же побежали мурашки.

До осени было еще далеко, но ветер выдался на редкость ледяным, и если вдуматься, это выглядело странно.

Закончив с сушкой белья, Чу Сюань вернулся в комнату, но, окинув взглядом комнату, не обнаружил на привычном месте своей пижамы. Он замер посреди комнаты, о чем-то раздумывая.

— Доктор Чу, экстренная операция, скорее идите на помощь!

— А где дежурный врач?

— Там осложнения, бегом сюда!

Путь от квартиры Чу Сюаня до больницы занимал пешком всего минут пять, именно поэтому в случае срочной необходимости в первую очередь дергали именно его.

Операция предстояла несложная, но ситуация была критической, и присутствие врача требовалось немедленно.

— Неудачный сегодня денек, в больнице подряд скончалось три пациента, эх, — возвращаясь после завершения операции, поделился с остальными дурной новостью дежурный доктор Чэн.

Чу Сюань как раз собирался уходить и при этих словах помрачнел. Все вокруг твердили, что доктора привыкли к виду смерти, но сам он за два года работы так к этому и не привык.

Внешне он казался холодным и бесчувственным, но на деле обладал невероятно мягким сердцем, в которое мало кто мог поверить. На улице он всегда подавал милостыню нищим и бродягам.

Бездомных котов и собак он тоже подбирал и лечил при любой возможности.

Он до сих пор помнил, как прошлой зимой подобрал птенца, но выходить малыша так и не удалось, и Чу Сюань убивался по нему еще долгое время.

— Коллеги, я пойду, — он подхватил свои вещи и коробочку из-под обеда, которую забыл забрать днем — ее требовалось отвезти домой и продезинфицировать.

— Счастливого пути.

Попрощавшись с коллегами, Чу Сюань вышел на улицу. До полуночи оставалось ровно две минуты.

http://bllate.org/book/39867/5052313