Готовый перевод The Paranoid Villain Begs Me to Love Him / Параноидальный злодей умоляет о моей любви: Глава 30

И снова то же самое кафе. Лу Цзиньхуай сидел напротив Лу Сючжу, неторопливо попивая кофе и не роняя ни слова.

Лу Сючжу первым нарушил натянутое молчание:

— Братишка, помнится, раньше ты не любил кофе. Вкусы изменились?

Цзиньхуай на мгновение запнулся. Повадок и привычек прежнего владельца тела он толком не знал, зато Сючжу, с детства живший с ним бок о бок, помнил каждую мелочь. Задержись он возле брата подольше — и тот неизбежно заподозрит неладное.

— Вкусы со временем меняются, — не поведя и бровью, ответил Цзиньхуай и поставил чашку на блюдечко.

Поведение младшего казалось Сючжу чересчур прохладным. Прежде тот никогда не отвечал так сухо, а при каждой встрече щебетал без остановки, сходу вываливая кучу новостей. Впрочем, Сючжу списал всё на затаённую обиду: братишка просто ещё не остыл.

— Сяо Хуай, ты ведь так любишь бриллианты? — Сючжу достал из кармана изящную белую коробочку и с лёгким щелчком откинул крышку. На бархатной подложке заиграла гранями безупречная розовая драгоценность. — Помнишь, мы видели его на выставке? Тебе он тогда ужасно понравился. Вот, брат решил его тебе купить, — с мягкой улыбкой произнёс Сючжу, пододвигая подарок ближе.

Брать драгоценность не хотелось, но прямо сейчас Цзиньхуай играл роль прежнего Лу Цзиньхуая. К тому же этот жест означал, что Сючжу делает шаг навстречу.

Всё ради задачи.

Натянув на губы радостную улыбку, Цзиньхуай принял коробочку:

— Спасибо, брат!

Сючжу остался доволен: вернуть расположение наивного мальчишки, похоже, не составит никакого труда.

— Сяо Хуай, ну а сам-то? Почему совсем мне не пишешь, пока я сам о себе не напомню? — как бы шутя поинтересовался он, однако в голосе сквозило скрытое изыскание.

Вопрос застал Цзиньхуая врасплох. Скользнув неопределённым взглядом по окну, он выдавил из себя наиболее правдоподобное объявление:

— У меня же теперь есть работа. Ужасно много дел.

Оправдание звучало диковато. Вряд ли даже самый загруженный сотрудник занят больше, чем глава огромной корпорации. Уголок губ Сючжу едва заметно дёрнулся: представить своего избалованного, привыкшего к безделью брата за работой было выше его сил. Однако он сдержался и лишь великодушно кивнул:

— Вот оно что... Что ж, понимаю. Ну и как тебе на новом месте? — ухмыльнулся Сючжу. — Слышал, ты устроился в «Шиши». Компания солидная. Сильно устаёшь?

Цзиньхуай не знал, насколько глубоко брат успел под него накопать, но уж такие базовые вещи Сючжу точно были известны. Врать не имело смысла. Настало время продемонстрировать актёрские способности.

Не испытывая внутри абсолютно никаких эмоций, Цзиньхуай придал лицу наивно-чистосердечное выражение и, невинно хлопая глазами, вздохнул:

— Немного есть...

Сючжу тихо засмеялся. Наконец-то перед ним снова стоял прежний, знакомый глуповатенький братишка. А то в последние дни от того веяло чужим, незыблемым холодом, наводящим на мысли о дистанции.

— Эх ты. Вкусил, значит, трудовых будней, — с улыбкой качнул головой Сючжу. — Сяо Хуай, а какую должность ты там занимаешь? Может, мне замолвить за тебя слово перед кем надо, чтобы перевели на место поспокойнее?

«Каков лицемер, — мысленно хмыкнул Цзиньхуай. — Всего лишь хочет выведать мою должность у Ши Ции, а подаёт всё под соусом заботы». Стоит признать, подобный артистизм легко мог ввести в заблуждение кого угодно.

— Я... работаю секретарём, — опустив ресницы, тихо произнёс Цзиньхуай. — Переводить меня не надо. Всё равно ничего другого делать не умею.

В глазах Сючжу мелькнуло изумление. Ши Ции пустил мальчишку в личные секретари? Значит, степень доверия к нему невероятно высока.

— И чем же ты занимаешься в течение дня? — как бы между прочим спросил Сючжу, подперев подбородок рукой.

Если отвечать честно, весь его рабочий день сводился к тому, чтобы наводить порядок на столе Ши Ции, перекладывать бумажки да следить, чтобы босс не отвлекался от дел. Но выдавать такое Сючжу явно не стоило.

— Что президент Ши велит административно, то и делаю. Разбираю бумаги, навожу порядок в документах...

— Президент Ши... Ты про Ши Ции? — мягко переспросил Сючжу.

Цзиньхуай кивнул.

Сючжу поманил его пальцем, жестом приглашая пересесть ближе. Цзиньхуая обдало дурным предчувствием. Внутренне он сжался, совершенно не желая приближаться, однако роль требовала послушания. Сжав губы, он пересел на диванчик к брату, оставив между ними дистанцию в два локтя.

— Сяо Хуай... Ты не замечал среди бумаг своего президента какие-нибудь документы, касающиеся нашей «Луши»? — нагнувшись к самому его уху, вкрадчиво шепнул Сючжу.

Зрачки Цзиньхуая сузились. Он поражённо воззрился на Сючжу, не понимая, как тот может произносить подобные вещи с настолько безмятежной физиономией. Неужели в глазах брата он круглый дурак? Или тот ни капли не боится, что Цзиньхуай прямо сейчас пойдёт и всё выложит Ши Ции?

— Брат... Зачем тебе это? — запнувшись, спросил Цзиньхуай.

Сючжу держался так неестественно-свободно, словно просил о какой-то сугубо благородной услуге:

— Да просто так, поинтересовался. Если вдруг что-то попадет на глаза — запомни или обрати внимание. Это пойдет на пользу нашей «Луши».

«"Нашей семье" — вспомнил обо мне только ради собственной выгоды», — холодная мысль заставила Цзиньхуая лишь мысленно усмехнуться. Даже будь они с Ши Ции посторонними людьми, он бы никогда не опустился до подобной низости. Впрочем, только дав Сючжу надежду выудить из себя пользу, он мог заставить брата выходить на связь. Иначе повторилась бы судьба прежнего владельца тела, так и не увидевшего родственника до самой смерти.

— Хорошо, — кивнул Цзиньхуай, стараясь выглядеть круглым наивняком.

Сючжу удовлетворенно улыбнулся:

— Вот и умница. Если возникнут любые трудности — сразу иди ко мне.

Пальцы Цзиньхуая нервно дёрнулись. Ему до тошноты надоело разыгрывать этот спектакль братской любви.

— Брат, а мои вещи дома ещё остались? Я хотел бы забрать кое-какие пожитки... — тихо проговорил он.

Сючжу на секунду запнулся, а затем расплылся в улыбке:

— Конечно остались! Всё лежит в твоей комнате. Приходи и забирай в любое время.

Системное оповещение о росте очков исполнения желания молчало. Цзиньхуай на мгновение задумался: нужно ли сначала физически забрать вещи, или же стремления оригинала лежат совсем в другой плоскости?

Решив проверить вторую догадку, он добавил:

— Брат, а я могу переехать обратно домой?

— Разумеется! Как только решишь вернуться, только скажи — я велю прислуге приготовить твою спальню.

Сючжу согласился без колебаний, но заветный сигнал системы так и не прозвучал.

Цзиньхуай ощутил лёгкое разочарование: выходит, рандеву прошло впустую? Оставалось лишь дождаться визита в особняк за вещами. Если же заветное желание бывшего хозяина тела никак не связано с возвращением в семью... Неужели он хотел отнять у Сючжу владения семьи Лу?

Для кроткого оригинала подобная мысль казалась чересчур дикой, однако, судя по тому, насколько жестоко братец поступил с ним в прошлой жизни, жажда мести выглядела более чем обоснованной.

— Ах да, Сяо Хуай... Раз уж твой начальник — Ши Ции, позволь дать тебе один совет, — Сючжу тяжело вздохнул с таким видом, будто вспомнил нечто крайне неприятное. — Не верь слепо его словам. Такие, как он, быстро остывают к своим увлечениям.

Намёк вышел прозрачнее некуда — Сючжу едва ли не прямым текстом призывал держаться от Ши Ции подальше. Очевидно, брат был свято уверен, что доверие младшего к родной крови безгранично. Но душа в этом теле сменилась, и расклад сил повернулся с точностью до наоборот.

Цзиньхуай состряпал невинное выражение лица:

— Но... он очень хорошо ко мне относится.

— К новой игрушке всегда относятся с трепетом, — ровным тоном уронил Сючжу, будто делясь банальной истиной.

Подтекст у этой фразочки был ядовитый. Будь их отношения с Ши Ции натянутыми, семена сомнений упали бы на благодатную почву. Но сейчас Цзиньхуай воспринял этот выпад как дурной анекдот.

— Я понял... — тихо прошептал Цзиньхуай.

— Брат просто заботится о тебе, не бери в голову, — Сючжу бросил взгляд на часы. — Будь осмотрительнее. А если в чём-то сомневаешься — сразу обращайся ко мне.

Цзиньхуай так и не понял: то ли Сючжу слепо верил в абсолютную преданность брата, то ли был беспросветно глуп и даже не допускал мысли о предательстве.

Едва за старшим закрылась дверь, в воздухе материализовалась Система. На её виртуальном лике застыло недоумение:

[Хозяин, Лу Сючжу хочет подбить вас на преступление?]

«Кража секретных документов — это ли не преступление?» Цзиньхуай молча кивнул, гипнотизируя взглядом брошенную на столе розовую драгоценность.

Ни дорогой подарок, ни разрешение вернуться в особняк не продвинули шкалу желаний ни на йоту. Чего же на самом деле хотел прежний владелец тела?

Цзиньхуай уже собрался забрать коробочку и уйти, как у столика возникла фигура. Опустившись на освободившееся кресло, незнакомка заставила его изогнуть бровь. Близкими знакомыми они не были, но виделись однажды — та самая дама в деловом костюме, которую он приметил в кабинете Ши Ции. Кажется, Ши Ции упоминал, что это его сводная сестра — Ши Юнь.

По рассказам Ши Ции, Цзиньхуай составил обо всем семействе Ши весьма прескверное мнение, а потому даже не подумал отвечать на появление незваной гостьи и сразу поднялся, намереваясь отбыть.

Ши Юнь явственно не ожидала, что её показательно проигнорируют, словно пустое место, и раздражённо процедила:

— Поговорим, господин Лу?

Цзиньхуай не видел ни малейшей причины тратить на неё время, а потому бросил равнодушный взгляд:

— О чём?

Ши Юнь скрестила руки на груди, свысока обведя его надменным взором:

— О Ши Ции... Скажи-ка, он вообще в курсе, что ты — младший молодой господин семьи Лу?

— В курсе, — коротко отрезал Цзиньхуай.

Ши Юнь ядовито усмехнулась:

— А про твою сегодняшнюю встречу с Лу Сючжу он тоже знает?

Мотивы незваной собеседницы прояснились моментально: ещё одна любительница вбивать клинья. Вот только откровенничать с ней Цзиньхуай не собирался.

— А-И не станет возражать. Да и какое тебе до этого дело?

Лицо Ши Юнь исказила тень злобы:

— Президент Ши разрешает тебе обращаться к нему так фамильярно?!

Цзиньхуай вовсе не намеревался красоваться, а лишь озвучил факт:

— Хочешь, в следующий раз при тебе назову? Или озвучить другие, куда более ласковые прозвища?

Поначалу Ши Юнь сомневалась в правдивости его слов, но спокойный и уверенный тон Цзиньхуая заставил её напрячься. Она въедливо впилась взглядом в юношу. Кроме привлекательной мордашки — что в нём вообще нашёл Ши Ции? В их кругах красивых пустышек пруд пруди, этим никого не удивишь. Так чем же этот юнец заслужил право на половину активов «Шиши»?

— Раз уж посторонних нет, скажу прямо, — Ши Юнь свысока заправила прядь за ухо. — Советую убираться от него по-хорошему. Для Ши Ции ты лишь очередная интрижка. Примешь всё за чистую монету — останешься у разбитого корыта.

Цзиньхуай догадывался о её побуждениях, но не ждал столь комичных доводов.

— Ободранный молодой господин без гроша за душой... Вы с Ции из разных миров. К тому же оба мужчины! Он вообще не принимает тебя всерьёз, неужели ты настолько слеп? — съязвила Ши Юнь.

Изначально Цзиньхуай не собирался вступать в прения, но этот спесивый тон задел его за живое:

— А вот А-И говорит, что любит меня. И даже пообещал отдать половину акций.

Ши Юнь слышала это заявление из уст самого Ши Ции, потому и пришла сюда. После последней стычки старик Ши до того рассвирепел, что перебил половину сервиза, приказав ей немедленно всё уладить. Надавить на Ши Ции было невозможно — тот бы даже разговаривать не стал. Единственный выход — заставить Цзиньхуая отступить добровольно.

Упрямство Цзиньхуая не стало сюрпризом, однако брошенная фраза уже сделала своё дело — семя раздора было посеяно.

— Не хочешь слушать — твоё право, — ледяным тоном бросила Ши Юнь, поднимаясь. — Надеюсь, президент Ши останется столь же великодушен, когда выведает твои подлинные мотивы.

Фраза прозвучала дико. Подлинные мотивы?

И тут до Цзиньхуая дошло. Раз Ши Юнь подошла сразу после ухода Сючжу, значит, всё это время она наблюдала за ними со стороны. Подслушать разговор она не могла, но движения и жесты были у неё как на ладони.

Она решила, что он — засланный казачок Лу Сючжу!

Будь это правдой, Цзиньхуай наверняка бы перепугался. Увы для неё, никаких коварных замыслов у него не водилось, а потому и бояться было нечего.

Ему стало искренне смешно. И Сючжу, и Ши Юнь в один голос списали его со счетов, считая лишь живой игрушкой в руках Ши Ции! Один предостерегал, другая выгоняла... Цзиньхуай не ожидал, что однажды окажется в центре разборок из низкосортной мыльной оперы. Впрочем, совпадение их мыслей настораживало: они излагали мысли будто по предварительному сговору.

[Поздравляем пользователя с обнаружением важной улики для побочного задания «Спасение злодея»!]

[Вы повторно получили достижение «Прозрение Небесных Тайн». Награда будет выдана после завершения всех задач текущего мира]

В голове Цзиньхуая высветился гигантский вопросительный знак. Что он только что сделал? Какую ещё улику нащупал?

Улика...

Только что он размышлял о том, почему слова Сючжу и Ши Юнь звучали так синхронно. Неужели эти двое действительно вступили в сговор? Альянс Лу Сючжу и Ши Юнь — паршивая новость, а ведь эта улика напрямую касается миссии по спасению Ши Ции.

В голове сложился пазл. Финансовый крах «Шиши» в оригинальном сюжете... не их ли это рук дело?

Если так, визит в кафе прошел не зря. Важнейшая зацепка задала чёткий вектор дальнейшим действиям.

Сверившись со временем, Цзиньхуай понял, что загулялся. Ши Ции со дня на день должен был вернуться с работы, поэтому он поймал такси и поехал домой.

В квартире царила тишина. Делать было нечего: Цзиньхуай порывался устроить уборку, но вокруг и так всё блестело, поэтому он лишь аккуратно заправил постель в спальне.

Минут через сорок у входа зашуршал ключ. Угадав приход Ши Ции, Цзиньхуай вышел в прихожую как раз в тот момент, когда дверь открылась.

На лицо Ции легла тень отчётливого раздражения — куда сильнее, чем утром. Однако, завидев юношу, он мгновенно преобразился, и суровость сменилась ласковой улыбкой:

— Хуайхуай, ждал меня?

— Угу, немного... — Цзиньхуай шагнул ближе и внезапно уловил едва ощутимый шлейф табачного дыма.

Запах был еле уловим, почти выветрился, однако чувствительный нос Цзиньхуая распознал его моментально. Слегка нахмурившись, он прильнул к воротнику пиджака Ции — табачный дух стал ощутимо сильнее.

— А-И... Ты что, курил?

http://bllate.org/book/39822/5207026