Готовый перевод Master Yan, Your Little Ancestor Caused Trouble Again / Господин Янь, ваш маленький «предок» снова натворил дел: Глава 15

Янь Шэн легко похлопал его по спине, чувствуя, как маленькое тело в его объятиях ищет опоры.

Он не стал расспрашивать о том, что именно произошло сегодня в парке развлечений, потому что не хотел расспросами бередить только что затянувшиеся ранки на сердце ребенка и заставлять его снова вспоминать эти жуткие обрывки воспоминаний.

В этот момент, глядя на то, как глаза Юнь Суя снова засияли из-за каких-то часов, он подумал, что так даже лучше.

Некоторые душевные раны не стоит бередить бесконечными разговорами — возможно, лучше затянуть их новыми, теплыми воспоминаниями.

Юнь Суй вертел в руках часы, пытаясь включить экран, и когда увидел на нем отправленное Янь Шэном краткое расписание на завтра, его сердце наполнилось чувством полной надежности и счастья.

На запястье ощущалась приятная тяжесть, и дело было вовсе не в весе самих часов.

Он чувствовал, что старший брат стал для него самым-самым важным человеком во всем мире.

Сегодняшняя грусть, казалось, тоже стала не такой уж невыносимой.

На следующий день Юнь Суй пошел в школу в новых часах.

Во время перемены изящный циферблат с изображением звездного неба и сверкающие мелкие бриллианты особенно привлекательно смотрелись на солнце, и они, конечно же, сразу привлекли толпу ребят, которые окружили его со всех сторон.

— Вау! Юнь Суй, какие у тебя красивые часы!

— Смотри, тут звездное небо! И они еще сверкают!

— Где ты их купил? Я тоже такие хочу!

Дети наперебой высказывались, а в их голосах слышались сплошное удивление и зависть.

У них тоже были часы, но эти часы Юнь Суя были просто невероятно красивыми.

Оказавшись в самом центре толпы, Юнь Суй немного смущенно застенчиво улыбнулся, легко коснулся циферблата и тихо произнес:

— Их подарил мне старший брат.

В его голосе звучала с трудом скрываемая гордость и радость.

В перерывах между уроками он то и дело опускал голову, чтобы посмотреть на часы.

Заметив на экране статус Янь Шэна в расписании: перерыв между совещаниями или пока нет дел, — его глаза загорались, и он нетерпеливо нажимал маленьким пальчиком кнопку вызова.

Звонок почти всегда принимали почти сразу.

— Брат! — радостно выкрикивал он.

— Мм, урок закончился?

Голос Янь Шэна доносился из часов, казалось, даже более четко и близко, чем при обычном разговоре по телефону.

— Да! Только что закончился! Брат, ты отдыхаешь?

— Да, только что закончил совещание.

— Тогда брату обязательно нужно попить воды!

— Хорошо.

Разговоры обычно были очень короткими и без какой-то конкретной темы, но стоило только услышать голос брата, как Юнь Суй чувствовал необычайное спокойствие и радость. После завершения звонка улыбка на его личике сияла еще очень долго.

Су Си наблюдала за ним весь день, и когда увидела, что на его лице наконец-то вновь появилась та самая искренняя улыбка, а не та натянутая маска, с какой он вчера спустился с американских горок, она наконец-то полностью успокоилась.

Она тоже заразилась его радостью, и во время перемены поделилась с Юнь Суем большей частью своей коллекции блестящих наклеек.

Солнечный свет проникал сквозь классные окна, падая на двух детей, которые делились наклейками, и вокруг становилось тепло-тепло.

Вернувшись вечером домой и переобувшись в тапочки, Юнь Суй нетерпеливо достал из школьного портфеля аккуратно сложенный табель успеваемости и, словно преподнося сокровище, протянул его прямо перед Янь Шэном. Его большие глаза сияли, переполненные ожидания.

Янь Шэн взял его и развернул.

В табеле оценки по всем предметам были сплошными пятерками, а в самом низу четко красовалось: Итоговый рейтинг: 1.

— Молодец.

Янь Шэн взъерошил его волосы, а в его глазах читалось полное одобрение.

Он взял Юнь Суя за руку и повел в столовую.

На обеденном столе, помимо роскошных блюд, приготовленных тетушкой Линь, в самом центре красовался маленький клубничный тортик, привлекающий к себе особое внимание.

Торт был небольшим, выглядел не слишком изысканно, крем был намазан даже немного неровно, но он был украшен ярко-красной клубникой и выглядел очень уютно и мило.

— Это награда для тебя, — произнес Янь Шэн.

Юнь Суй посмотрел на торт, затем на часы у себя на запястье и немного растерялся:

— Разве часы... это не награда?

— Часы — это награда за твое постоянное усердие и старание, — терпеливо объяснил Янь Шэн мягким голосом. — А этот клубничный торт — награда за то, что ты занял первое место.

В этот момент тетушка Линь вышла из кухни с супом в руках и с улыбкой добавила:

— А этот тортик молодой господин сегодня во второй половине дня специально пораньше вернулся домой и испек тебе своими руками! Он даже всю клубнику сам лично перемыл и порезал!

Юнь Суй широко распахнул глаза и с неверием посмотрел на Янь Шэна, а затем огромная волна удивления и трогательного счастья фейерверком взорвалась у него в сердце.

Он радостно вскрикнул, резко бросился вперед, крепко обнял Янь Шэна за шею, встал на цыпочки и громко чмокнул его в щеку.

Мягкое прикосновение тут же исчезло.

Янь Шэн явно не ожидал такого внезапного нападения, его тело слегка напряглось, и он замер на секунду.

Но Юнь Суй уже отпустил его, его щечки раскраснелись, глаза изогнулись в полумесяцы, а улыбка была такой сияющей, казалось, будто он завладел всем миром.

Глядя на чистую, счастливую улыбку мальчика, Янь Шэн почувствовал, как капелька прежнего смущения мгновенно растаяла в глубине души. Уголки его губ сами собой поползли вверх, и в конце концов на лице тоже появилась мягкая улыбка.

Он протянул руку и легко пощипал раскрасневшееся от возбуждения личико Юнь Суя.Скорей ешь, маленький чемпион, а торт оставим на десерт.

Ужин завершился в приятной атмосфере, и тот клубничный торт, в который вложили столько заботы, был уничтожен до последней крошки.

Янь Шэн встал и направился в кабинет, чтобы закончить оставшиеся дела. Юнь Суй послушно обхватил руками свой рюкзак и семенил следом, уселся за собственный маленький столик и принялся старательно делать уроки.

Выведя последнюю букву, он отложил карандаш, по привычке поднял голову, и его взгляд невольно устремился на пространство за письменным столом.

Янь Шэн был полностью поглощен экраном компьютера, линии его профиля в свете настольной лампы казались на редкость четкими и резкими, а точеные пальцы то и дело отбивали дробь по клавиатуре, пока сам он сохранял невозмутимый и сосредоточенный вид.

Юнь Суй на мгновение засмотрелся, подумав, что во время работы старший брат выглядит потрясающе — даже красивее любого актера из тех, что мелькали по телевизору.

В этот самый момент Янь Шэн, казалось, почувствовал его взгляд и поднял глаза.

Юнь Суй, словно испуганный крольчонок, тут же уткнулся носом в стол, делая вид, что разбирает тетради, а кончики его ушей тихонько покраснели.

Уголки губ Янь Шэна едва заметно дрогнули в улыбке. Ничего не сказав, он вновь перевел внимание на экран.

Сердце Юнь Суя немного успокоилось, и он украдкой вытащил из ящика стола альбом для сбросов и карандаш.

Хотя он еще не изучал академический рисунок, благодаря врожденному интересу и крупице таланта он уже умел передавать простые очертания предметов с помощью линий.

Он снова украдкой поднял глаза, изучая брови, переносицу и линию губ Янь Шэна, а затем, опустив голову, принялся осторожно выводить штрихи на бумаге.

Он увлекся рисованием настолько, что, когда вновь поднял голову, желая уточнить какую-то деталь, угодил прямо в наполненные улыбкой глаза Янь Шэна.

Неизвестно, в какой именно момент брат отложил работу, но теперь он подпер щеку одной рукой и с явным удовольствием наблюдал за ним.

— Закончил?

В голосе Янь Шэна звучала едва уловимая насмешка.

Лицо Юнь Суя вспыхнуло пунцовым, он в панике попытался захлопнуть альбом, готовый спрятаться за ним целиком.

Однако Янь Шэн поднялся с кресла и неторопливо обошел письменный стол, приближаясь к его уголку.

Юнь Суй инстинктивно прижал альбом к груди и задрал голову, глядя на надвигающегося брата; кончики его ушей пылали ярким огнем.

— Покажешь?

Янь Шэн наклонился, уперевшись руками в край столешницы, и оказался так близко, что Юнь Суй застрял между спинкой стула и его телом. В голосе старшего проступило еще больше дразнящих ноток.

Юнь Суй замотал головой так яростно, что она заходидила ходуном, а пальцы, вцепившиеся в обложку, побелели от напряжения.

— Получилось некрасиво…

Его голос звучал тихо, словно жужжание комара, ресницы мелко дрожали, а встретиться взглядом с Янь Шэном он не смел.

Янь Шэн тихонько рассмеялся, и теплое дыхание коснулось пылающего уха мальчика.

Он не стал отнимать альбом силой, лишь кончиком пальца легко коснулся раскрасневшейся щеки Юнь Суя.

— Похоже, наш юный художник и впрямь невероятно застенчив.

Его взгляд скользнул по горящему лицу Юнь Суя, и он нарочито протянул:

— И всё же… кого это ты рисуешь?

От этого вопроса Юнь Суй едва не задыхался от жара — ему хотелось провалиться сквозь землю. В конце концов, он просто уткнулся лицом в прижатый к груди альбом и выдавил из себя невнятный полувздох:

— Брат…

Услышав этот готовый сорваться в плач голос, Янь Шэн решил вовремя остановиться. Он наконец выпрямился, вернув привычный тон, и треснул по макушке спрятавшуюся голову:

— Ладно, не буду больше тебя дразнить. Ступай в ванную.

Словно получив долгожданное помилование, Юнь Суй прижал к груди свое сокровище, ужом соскользнул со стула и, не смея оглядываться, выбежал из кабинета.

Родительское собрание

Когда он, приняв ванну, в мягкой пижаме, с капающей на плечи водой и феном в руках снова появился на пороге кабинета, Янь Шэн как раз завершил короткий телефонный разговор.

Он привычно протянул руку, и Юнь Суй тут же подбежал, привычным движением устроившись на ковре спиной к Янь Шэну.

Фен зажужжал, и потоки теплого воздуха вперемешку с мягкими пальцами Янь Шэна заскользили меж его прядей.

Высушив волосы, Янь Шэн выключил прибор и легко похлопал его по спине:

— Всё. Ступай в постель, жди меня, я доделаю кое-что и сразу приду.

Однако Юнь Суй обернулся, легонько ухватил его за полу рубашки и тихонько захныкал:

— Не хочу один…

Глядя на это прилипчивое создание, Янь Шэн почувствовал, как сердце смягчается.

Наклонившись, он подхватил мальчика на руки и усадил к себе на колени:

— Тогда побудь здесь еще немного.

Юнь Суй тут же с довольным видом устроился в его объятиях, пристроив макушку на крепкой груди брата, а нос уловил успокаивающий и до боли знакомый запах.

В тишине кабинета раздавалось лишь тихое постукивание клавиш да размеренное дыхание.

В этом теплом и надежном коконе веки Юнь Суя становились всё тяжелее. Наконец, не в силах сопротивляться сну, его пальчики, сжимавшие воротник Янь Шэна, разжались, дыхание выровнялось и стало глубоким, и он, свернувшись калачиком прямо на руках у брата, забыл крепким сном.

http://bllate.org/book/39796/5043091