Готовый перевод The Shadow Master's Prisoner / Пленница коварного наставника: Месть из тени: Глава 9

— Открой рот.

Её подбородок снова сжали в тисках. Чао Лянь смотрела прямо на Государственного наставника. Её заплаканные глаза ещё не до конца опухли и покраснели; вероятно, вчерашние удары были слишком жестокими, и стоило только прикоснуться, как она рефлекторно начинала плакать, безуспешно пытаясь отпрянуть назад.

Она помнила, что Государственный наставник больше всего на свете ненавидел непослушных людей. Чем сильнее она отстранялась, тем свирепее становились удары.

Чао Лянь насильно подавила в себе порыв отпрянуть. Широко распахнув полные слёз глаза, она беспомощно посмотрела на Чао Сюму. Её тело всё ещё слегка подрагивало, словно испуганный наказанием котёнок, который непрерывно демонстрирует свою слабость, вымаливая каплю жалости и нежности.

— Раз боишься боли, даже не думай о том, чтобы искать смерти. Открой рот, я нанесу тебе мазь.

Ужасно горький порошок лег на искусанный кончик языка. Чао Лянь глубоко нахмурилась, но не смела выплюнуть лекарство.

Разобравшись с раной во рту, Чао Сюму заставила Чао Лянь повернуться к ней спиной. Раны, которые, казалось, уже неплохо затянулись, размокли от воды; те места, где повреждения были глубже, размякли, и корочки сошли, угрожая перерасти в воспаление. С каменным лицом Чао Сюму взяла небольшой нож и соскребла кровяные корочки, а затем надавила на рану так, что брызнула кровь, и снова присыпала её порошком.

Сдирать едва затянувшиеся, но ещё не зажившие корочки было невероятно больно. Чао Лянь закусила губу так сильно, что та побелела.

Чао Сюму провела рукой по уже зажившим участкам кожи, где проступали розоватые следы молодой, недавно наросшей плоти. Мрак в её глазах стал ещё гуще.

— Больно?

Невероятно мягкий голос заставил Чао Лянь замереть. Её худая спина невольно задрожала, и она, не зная, как ответить, покачала головой.

Чао Сюму взяла полотенце и поочерёдно аккуратно промокла капли воды на теле Чао Лянь.

— В следующий раз я не только вывихну тебе челюсть, но и перережу сухожилия на руках и ногах, и переломаю каждую косточку в твоём теле. Запомнила?

Чао Лянь, едва пришедшая в себя от холода, от слов Чао Сюму вздрогнула и молча кивнула.

— И правильно, что не больно. Всего-то содрана кожа. Ощущение, когда плоть и кровь срывают заживо, должно быть куда больнее этого.

С наступлением ночи Чао Сюму заключила Чао Лянь в объятия. Несмотря на сильную усталость тела, та никак не могла уснуть.

Тогда она действительно отправляла людей тайком следовать за выброшенной в глухой лес Чао Сюму с приказом доставить её на лечение, как только уйдут люди её отца. Почему же та всё равно погибла столь страшной смертью?

В темноте Чао Сюму открыла глаза, рука, обнимавшая Чао Лянь, чуть приподнялась и сжалась на её изящной, хрупкой шее. Тихо произнесла:

— Не думай постоянно о смерти. Эта жизнь принадлежит не тебе.

У Жэнь покинула Резиденцию государственного наставника и сначала обошла окрестности, выведывая обстановку.

В последнее время Династия И не знала покоя. Все государственные силы были брошены на ведение войны, простой народ жил в нищете и лишениях. Бушевали эпидемии, двор не обращал на это никакого внимания, и повсюду валялись неупокоенные трупы.

Правительственные солдаты были заняты поимкой поднявших восстание беженцев, так что ей было даже безопаснее, чем раньше, но продолжать сидеть здесь и ждать сложа руки было нельзя.

У Жэнь покрутилась поблизости и случайно прошла мимо трактира. В смутные и неспокойные времена люди, обладавленные хоть какой-то властью и деньгами, боялись смерти и повсюду набирали новобранцев и охранников.

Хотя она была ранена, базовые навыки никуда не делись, и У Жэнь обосновалась здесь, а в свободное время стала собирать сведения об этом таинственном Государственном наставнике.

Среди простого народа репутация Государственного наставника была безупречной. Он не только раздавал кашу голодающим, но и велел слугам из своей резиденции открывать по всему городу лечебные пункты, где бедняков осматривали бесплатно.

У Жэнь сидела на крыше, держа в руке флягу с вином, и, глядя в лунном свете в сторону Резиденции государственного наставника, размышляла, как сейчас поживает её маленькая госпожа.

Почему-то этот Государственный наставник казался ей странно знакомым, и уж точно этот человек не был добряком.

Внутренняя борьба в Династии И в этот период обострилась до предела. Чао Сюму проводила за пределами резиденции большую часть дня, и у Чао Лянь появлялась возможность вздохнуть спокойно.

Служанка, проходя мимо покоев, мельком взглянула на Чао Лянь и на мгновение замерла, но камень с её сердца упал: по крайней мере, эта девчонка была ещё жива.

А Чан за последние два дня, отправляясь на приём больных, много раз встречалась с У Жэнь. Каждый раз, когда та спрашивала о Чао Лянь, А Чан не знала, что ответить. Связь между госпожой и служанкой была крепка, но в нынешней обстановке это казалось таким безнадёжным.

Нечего было и надевать розовые очки — просто выживать уже было роскошью.

— А Чан.

Служанка уже собиралась уходить, но Чао Лянь окликнула её.

Чао Лянь долго колебалась. Она прекрасно понимала, что подобными действиями навлечёт на себя гнев Государственного наставника, но она ужасно переживала за У Жэнь: та была тяжело ранена и, толком не оправившись, в одиночку скиталась по свету. На улице творился такой хаос, и кто знает, каково ей сейчас. У А Чан было прекрасное медицинское искусство, она часто выезжала из резиденции для осмотра больных и вполне могла встретить У Жэнь.

Подойдя чуть ближе, Чао Лянь с трепетом извлекла из рукава конверт, на котором лежала нефритовая шпилька исключительного качества.

— Сестрица А Чан, могу ли я попросить тебя об одной услуге?

Если тебе посчастливится встретить У Жэнь, не могла бы ты передать ей это письмо?

Служанка поначалу не хотела брать конверт — она не нуждалась в подобных мирских вещах. Но, глядя на умоляющий взгляд Чао Лянь и услышав обращение сестрица А Чан, она невольно смягчилась.

Письмо было взято. Чао Лянь с глубокой благодарностью поблагодарила А Чан, но от резкого движения потревожила свежую рану на спине и судорожно втянула воздух.

Под одеждой одна за другой темнели багровые следы от укусов, покрывавшие всё её тело.

Государственному наставнику очень нравилось кусать её, порой казалось, будто та хочет проглотить её заживо.

С тех пор как Чао Лянь попыталась перекусить себе язык, возможностей выходить наружу почти не оставалось. Государственный наставник держала её в строжайших тисках, и даже отлучаясь, привязывала шёлковыми лентами, опасаясь, как бы та чего не удумала.

Сегодня, должно быть, уходя в спешке, она забыла про неё.

Чао Лянь прекрасно понимала, что с её силами у неё нет ни единого шанса покинуть резиденцию. Она не смела расхаживать повсюду, и лучи тёплого солнца, падавдавшие на неё, казались чем-то нереальным.

Оказывается, тогда Чао Сюму действительно любила её. Но будет ли сама Чао Сюму перед смертью жалеть о том, что когда-то полюбила столь лицемерного человека?

На самом деле, она ведь тоже когда-то поддалась чувствам к этому холодному существу.

А Чан уже собиралась выйти из резиденции, но не успела переступить порог, как ей преградили путь.

Та, что должна была находиться в зале заседаний императорского двора, появилась неизвестно откуда и бесшумно встала прямо за спиной А Чан.

Письмо было коротким, но Чао Сюму читала его очень долго.

Чао Сюму вовсе не забыла о Чао Лянь. Она просто хотела проверить её, но никак не ожидала, что та ничему не научилась и осталась такой же простофилей.

Это её собственная резиденция, а та так легко доверилась едва знакомому человеку. Как она вообще выжила столько лет во дворец?

Чао Сюму сложила листок пополам и поднесла к пламени свечи, позволяя языкам огня поглотить его, пока он полностью не обратился в пепел и не исчез в её руке, однако короткая строчка на нём успела растревожить её мысли.

Я нашла следы У Жэнь, но она мертва, мне так больно, оказывается, она тоже любила меня.

Содержимого в письме было немного. Помимо этой фразы, остальное сводилось к переживаниям о безопасности тайного стражника и уговорам больше не пытаться её спасать. Выходит, раньше та всё же планировала побег.

В последние дни обстановка в Династии И складывалась крайне неблагоприятно. Помимо бунтовщиков, которых едва удавалось сдерживать, не утихали и тайные интриги высокопоставленных вельмож.

Марионеточный император тоже замышлял недоброе. Чао Сюму за эти дни расставила по всему императорскому дворцу духов обиды, и не пройдет и полмесяца, как все запятнавшие себя кровью обитатели дворца внезапно умрут, а Династия И рухнет.

Падение Династии И было предопределено, просто произошло чуть раньше, чем планировалось, да оставались ещё не до конца подвязанные хвосты.

Хотя Династия Цюй была сокрушена одним ударом, множество остатков её армии избежали поимки, а императорская кровь не иссякла. Наследный принц Династии Цюй провернул трюк с подменой и ускользнул в суматохе; если позволить ему восстановить силы, он несомненно вернется с новой армией.

Династия И была подобна истощенному луку, чья стрела уже не пробивает ткани — ударь, и она рассыплется. История повторится, как повторятся и те залежи злопамятности.

Зло, совершённое теми людьми, в конце концов вернётся к ним бумерангом, бесконечно продолжая этот круговорот причин и следствий.

Следующие несколько дней Чао Лянь не видела ни Чао Сюму, ни служанку. Огромная Резиденция государственного наставника вмиг опустела.

Когда Чао Лянь попыталась помочь в аптеке, распорядительница грубо прогнала её. У других людей она пыталась расспросить о Государственном наставнике и А Чан, но те шарахались от неё, будто от чумной.

Не имея возможности никого увидеть, Чао Лянь томилась от тревоги.

Дошло ли до адресата письмо, переданное А Чан? Последовала ли У Жэнь её совету, ушла ли отсюда, вернувшись на земли Династии Цюй, чтобы затеряться в горных лесах и залечить раны?

Нерешенные вопросы терзали Чао Лянь. Она не могла покинуть резиденцию и оставалось лишь слушать шум за стенами, находясь взаперти.

— О чём задумалась?

О маленьком телохранителе или о той женщине?

Чао Лянь вздрогнула. Долго не появлявшаяся Государственный наставник невесть откуда возникла у неё за спиной, сжимая в руке капающий кровью длинный меч, и шаг за шагом приближалась.

Часом ранее Чао Сюму вырезала больше сотни людей во дворце Династии И. Шагая по горам трупов, она покинула этот давным-давно запятнанный кровью дворец и вернулась домой, где случайно столкнулась с погруженной в задумчивость Чао Лянь.

На её одежде ещё не успели сменить одеяния, подол платья всё ещё капал кровью. Густой запах крови вызвал у Чао Лянь тошноту; перед глазами встало зрелище того, как Государственный наставник заталкивала мужчине в рот его собственные глаза, заставляя пережёвывать их, и её желудок скрутило от нового спазма.

Чао Сюму опустила взгляд на пятна крови на своей одежде — зрелище и правда было неприятным, поэтому она решила снять верхнее платье, но обнаружила, что нижние слои одежды тоже пропитались кровью.

Убрав длинный меч в ножны, Чао Сюму, возвышавшаяся над Чао Лянь на целую голову, обняла её оцепенелое тело сзади. Брызги крови на её бронзовой маске скатились вниз и упали на щеку Чао Лянь.

Словно алым зернышком киновари отметили кожу, и эта яркая краска казалась даже священной.

Эти люди могли бы прожить ещё несколько дней, но сами напрокляли себе смерть.

Обезумевший правитель, никчёмные чиновники — один жаждал сжить её со свету, другой — принести в жертву небесам. Мечтатели знатные.

Они зазывали её на долгий разговор и устроили пир в Императорском саду, но император подмешал яд в её вино.

Она ведь не была живым человеком, её тело было воссоздано заново, так что от яда ей ничего не сделалось бы, но ей было любопытно, что этот глупец удумал.

Этот никчёмный правитель боялся её и наверняка хотел избавиться от помощника, как только минует нужда, а что до тех бездарных чиновников, так те давным-давно терпеть её не могли и алкали её смерти.

Чао Сюму не впервой было сталкиваться с подобным. В обычное время она сочла бы это хлопотным и просто ушла — в конце концов, никто не смог бы её удержать.

Но эти люди посмели протянуть руки к Чао Лянь. Их мерзкие речи так досадили Чао Сюму, что она просто перебила их всех ради душевного спокойствия.

http://bllate.org/book/39748/5036023

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь