— Чжуюнь, — Ли Цзыань отложил волчью кисть на белофобровый подставок для кистей в виде осенней горы, поднял глаза на Чжуюнь и негромко произвел: — Только что ты говорил, что с У Сюем что-то случилось.
Чжуюнь немного смутился. Он знал, что его высочество не любит слушать разные россказни.
Однако высочество уже задало вопрос, и ему пришлось ответить:
— Позавчера вечером, когда У Сюй мыл обувь, его сапог сам по себе загорелся.
Сказав это, он заметил погруженное в раздумья выражение лица своего господина и добавил:
— Что-то не так, Ваше Высочество?
— М-м, ничего страшного, — Ли Цзыань легко постучал пальцами по столу из красного дерева. — Вчера после занятий одежды всей этой компании во главе с Лян Вэньшэнем почему-то тоже вспыхнули, и им потребовалось немало времени, чтобы потушить огонь.
Вода спадает, со дна поднимаются камни
В глубине бамбуковой рощи в заднем дворе Сада Си:
— И вправду всё это сжечь? — одновременно с вопросом Лю Си опустил зажатый в руке фонарь в медный таз с огнем.
Этот фонарь был не только грубой работы, но еще и оклеен белой бумагой — цвет, мягко говоря, не предвещающий ничего хорошего.
Похоже, белый фонарь отсырел, и потребовалось немало времени, прежде чем на огне занялся хотя бы крошечный уголок. Однако стоило пламени разгореться, как оно в мгновение ока поглотило весь фонарь: бумажная обивка сгорела в один миг, а деревянный каркас постепенно почернел, затем начал шелушиться и осыпался на дно таза.
Если присмотреться, можно было заметить, что позади Лю Си громоздилось еще добрых два десятка точно таких же белых фонарей, ожидавших своей очереди на крещение бушующим пламенем.
И Шу закатал рукава, которые грозили упасть до самой земли, протянул изящные руки к огню, чтобы согреться, и кивнул:
— Угу, в конце концов, в будущем они нам больше не понадобятся.
— А что, если в следующий раз они снова начнут пакостить? Разве нельзя оставить их на потом? — Лю Си не прекращал работать руками и вытащил из-за спины следующий фонарь, подставляя его под огонь.
И Шу слегка покачал головой:
— Если использовать такой трюк во второй раз, обман слишком легко вскроется.
Лю Си кивнул, а затем, о чем-то задумавшись, с надеждой произвел:
— А с тем порошком бисяо что делать?
— Бисяо? — И Шу слегка задумался. — Мне он больше без надобности, дядя Лю, если хочешь — забирай. Только помни: когда не пользуешься им, обязательно храни его в керосине, иначе может случиться беда.
Получив то, чего желал, Лю Си радостно продолжил:
— Слушаюсь! Наш юный господин умом превосходит всех, он знает абсолютно всё.
В отблесках теплого пламени лицо И Шу впервые за долгое время выглядело несколько расслабленным, да и слов у него нашлось больше обычного:
— Дело вовсе не во мне. О том, что порошок бисяо загорается от воды, написано в трактате Записки циских мастеров. Я просто случайно прочитал ту книгу. Но нам еще и повезло: вчера шел дождь, и порошок бисяо, который У Сюй тайком насыпал им на одежды, как раз воспламенился на них самих. Мы-то рассчитывали, что огонь вспыхнет, когда они станут переодеваться и стирать, и удастся лишь слегка их напугать. Но небеса пришли нам на помощь и перепугали их до смерти.
Стоило И Шу произнести имя У Сюя, как Лю Си вспомнил события двухдневной давности.
Тогда он был вне себя от ярости и уже собирался осуществить план одновременного зажигания десяти фонарей, но И Шу вовремя отговорил его.
И Шу легкой поступью подошел к окну, протянул руку и коснулся дыры в бумажной занавеске, пробитой камнем, после чего тихо произнес:
— Я знаю, где прячется этот человек.
Лю Си опешил, совершенно ничего не понимая, и озадаченно посмотрел на И Шу.
— Он слишком самоуверен и даже не сменил место, — И Шу спокойно убрал руку и указал взглядом на землю.
На землю? Кроме тех нескольких камешков, которые молодой господин велел ему не сдвигать с места, там ничего не было.
Погодите-ка, камни?
Камни и дыра в окне.
Лю Си присел на корточки, осторожно поднял один камень, и на нем отчетливо тушью был нарисован какой-то знак. Он взял другой камень — на нем тоже имелась отметка, но уже с другим узором.
Тогда он поднялся и подошел к И Шу: вокруг каждой пробоины на бумаге едва заметной тушью были проставлены знаки, которые издалека совершенно невозможно было разглядеть.
Лю Си нетерпеливо произвел:
— Так мы пойдем прямо в засаду на то место, где он прячется по ночам?
— Прошлой ночью ты караулил снаружи до самого утра, а он так больше и не объявился. Это значит, что он крайне осторожен. Если мы станем сторожить там добычу в надежде на случай, то никогда его не поймаем, — И Шу вернулся к столику и сел.
— Что же тогда делать? — Лю Си нахмурил брови.
И Шу опустил взгляд и невозмутимо произвел:
— Зеленая селитра, которую я просил тебя раздобыть, у тебя? А бамбуковые дощечки с резьбой готовы?
— Ох, точно, всё готово. Что мне делать дальше? — Лю Си извлек несколько бамбуковых пластинок с вырезанными на них человеческими фигурками — он мастерил их урывками, когда выдавалась свободная минутка. Затем он вытащил из узелка несколько кусков зеленого камня и положил их на стол. — Камни я стащил с императорской кухни. Хорошо хоть, что это просто булыжники, на них никто не обращает внимания. Зачем они нужны молодому господину?
И Шу взял щепотку зеленого камня и пояснил:
— Обычная селитра используется для приготовления льда, но эта зеленая селитра — продукт изменения обычной селитры. Если прокалить ее на сильном огне, она оставляет серый порошок. Согласно трактату Записки циских мастеров, этот порошок называется бисяо. Он очень необычен и воспламеняется при контакте с водой. Мы посыпем им места неподалеку от его укрытия. Официальные сапоги должны содержаться в чистоте, и когда он вернется и примется их чистить, они загорятся.
Заметив, что Лю Си по-прежнему смотрит на него с непониманием, И Шу продолжил пояснения:
— Если его это напугает, то, судя по скорости распространения слухов во дворце, мы очень скоро узнаем, кто он такой.
— Но неужели взрослый мужчина испугается оттого, что у него загорелся сапог? — высказал свое сомнение Лю Си.
И Шу слегка приподнял бровь, и в его обычно сдержанных глазах мелькнула искорка лукавства:
— Тогда мы заставим его испугаться заранее.
— Заранее?
— Угу. Подумай сам: когда наступит ночь, еще до того, как он явится, мы развесим по всей тропинке, ведущей к Саду Си, белые фонари. Все равно этой дорогой обычно ходим только мы. А под утро снимем их обратно, и никто ничего не заметит. И вот когда он, дрожа от страха, приблизится к Саду Си, то увидит, как в нашей комнате ходит множество людей вверх тормашками.
— Вверх тормашками? Такой фокус мне не по силам, — Лю Си замахал руками, отказываясь, но боковым зрителем вдруг заметил бамбуковые пластинки с вырезанными фигурками. Он указал на эти дощечки и спросил: — Используем это?
И Шу тихо рассмеялся:
— Да.
С этими словами он взял те самые специально вырезанные бамбуковые дощечки и с ловкостью в руках принялся их соединять. В мгновение ока он собрал нечто вроде бамбукового тубуса: ажурные фигурки людей в разных позах образовали кольцо вокруг импровизированного стакана.
И Шу взял получившийся бамбуковый цилиндр и накрыл им масляную лампу вверх дном. Свет мог пробиваться только сквозь прорези в виде фигурок, и в комнате сразу стало намного темнее.
Затем он притащил огромную непрозрачную ширму и установил ее прямо напротив пробоины в окне.
Установив ширму, И Шу взял со стола маленький нож и проделал в самом ее центре небольшое отверстие.
Лю Си так увлеченно следил за действиями И Шу, что потерял счет времени, как вдруг услышал:
— Смотри на стену.
Лю Си послушно перевел взгляд на стену, и его глаза широко распахнулись.
На стене отчетливо проступили перевернутые силуэты людей.
И Шу вернулся к столу, легким движением запястья сдвинул бамбуковый тубус вместе с находившейся внутри масляной лампой влево, и перевернутые тени на стене тут же сдвинулись вправо. Двигались они так быстро, казалось, будто они проплыли мимо.
И Шу слегка повернул бамбуковый стакан, и на стене один человеческий силуэт сменился другим, словно мимо прошел еще один человек.
Лю Си смотрел на это ошеломленно и лишь спустя долгое время выдавил:
— И что это такое?
— Свет отзеркаливает людей так же, как стреляет лук: тот, кто внизу, кажется выше; тот, кто вверху, кажется ниже. Стопа заслоняет нижний свет, поэтому тень образуется наверху; голова заслоняет верхний свет, поэтому тень образуется внизу. Если расстояние и преграда соразмерны лучам света, то тень оказывается внутри хранилища света, — И Шу на мгновение замолчал. — Это из Книги Мо-цзи.
В ночь проведения плана оба разошлись по своим комнатам отдыхать и больше не следили за масляной лампой. На следующий день выяснилось, что лампа на столе стояла в полном порядке.
Вскоре оба узнали, что стражник по имени У Сюй ночью мыл сапоги, и они сами собой вспыхнули.
Когда Лю Си под покровом темноты приволок У Сюя связанным, этот низкорослый и сутулый стражник уже дрожал от страха.
Стоило ему увидеть И Шу, как его лицо позеленело:
— Призраки из поместья рода И, умоляю, перестаньте меня преследовать! Это всё меня другие заставили сделать.
И Шу не обратил на него внимания и, повернув голову, взглянул на Лю Си:
— Так легко дался?
Лю Си усмехнулся:
— Он не вернулся в казармы к остальным стражникам, а нашел укромное местечко и тайком сжигал бумажные деньги. Одинокий стражник — что курица перед ножом.
И Шу перевел взгляд на У Сюя. Его лицо внезапно стало исключительно мрачным и зловещим, а голос понизился:
— Это ты обижал потомков моего рода И?
У Сюй побелел от ужаса:
— Дух-господин, я знаю, что был неправ! Больше никогда не посмею, пощадите меня!
И Шу продолжил мрачным тоном:
— Ты уже прогневал весь род И. Возгорание твоей вещи было лишь легким уроком. Если посмеешь повторить, мой род уж точно тебя не пощадит. Передай тем, кто стоит за твоей спиной, чтобы они меньше лезли к детям семьи И.
У Сюй уже едва не плакал — он и без того провел всю ночь в страхе и трепете:
— Дух-господин, они люди знатные, если что пойдет не так, всю вина свалят на меня! Я ведь столько денег вам сжег, умоляю, укажите мне путь к спасению.
И Шу опустил голову, поднял руку и помассировал внемеридианные точки, а когда поднял голову вновь, на его лице уже вновь застыло беспристрастное выражение:
— У моих старших скверный характер, но раз уж вы совершили проступок впервые, я помогу вам. Это порошок, отгоняющий нечисть. Тайком посыпь им тех, кто стоит за твоей спиной, и это убережет их от беды. Но делай это незаметно, иначе мои старшие сразу всё разоблачат. Напомни им: если они и дальше будут питать злые замыслы, добра не жди.
Лю Си шагнул вперед и протянул сверток с порошком, завернутый в ткань.
У Сюй в спешке схватил его и бросился прочь, не оглядываясь, смертельно боясь, что если задержится хоть на миг, произойдет какая-нибудь беда.
Возвращаясь мыслями в реальность, Лю Си с улыбкой произнес:
— Молодой господин тогда так внезапно изобразил одержимость духом, что чуть не лишил меня дара речи! К счастью, я быстро сообразил и не выдал себя.
— Я и сам импровизировал на ходу. Услышав от тебя, что он сжигает бумажные деньги, я подумал, что говорить с ним голосом призрака будет куда убедительнее. Впрочем, главное — он тогда смертельно перепугался и был не в состоянии думать головой, — И Шу наслаждался теплом от огня и слегка прищурил глаза.
http://bllate.org/book/39705/5031610
Сказали спасибо 0 читателей