Готовый перевод Case Solvers We're Serious / Детектив из Преисподней: Расследование в других мирах: Глава 11

Лю Ся указал на один из участков земли и произнес:

— Вот здесь в тот момент находилось тело.

Ло Чжэн услышал это, присел на корточки и наклонил факел, чтобы ярче осветить землю.

Там, где лежало тело, пыль оказалась тоньше, чем вокруг, и лишь смутно виднелись редкие темно-красные пятна.

После этого Ло Чжэн приказал остальным тщательно осмотреть окрестности, но никаких явных следов крови никто не обнаружил.

В этот момент Ло Чжэн хлопнул в ладоши, поднялся на ноги, и его голос прозвучал сдержанно и уверенно:

— Это не место первого преступления.

Услышав это, Лю Вэньмяо понял, что настало время для лести, и тут же подбежал ближе:

— Господин обладает поистине проницательным взором! Стоило лишь бегло оглядеть всё вокруг, как вы тут же с абсолютной точностью определили место, где убийца расправился с жертвой. Посмею спросить, как именно вы это поняли? Позвольте вашему подчиненному почерпнуть немного мудрости.

Однако Ло Чжэн явно не оценил подобных поползновений. Лицо его не выражало ни малейшего самодовольства, а голос, напротив, стал холоднее:

— Будучи местным чиновником и ведя все судебные дела уезда, неужели вы сами не смогли прийти к такому выводу?

Лю Вэньмяо:

— …

Вот тебе и попытка польстить — угодил прямо в копыто.

Ло Чжэн же явно не горел желанием вести долгие беседы с Лю Вэньмяо и перевел взгляд на Тао Цзина:

— Объясни ему.

Лицо Лю Вэньмяо мгновенно потемнело, но из уважения к положению Ло Чжэна он не смел ослушаться и был вынужден принять вид человека, готового смиренно внимать наставлениям:

— Посмею спросить, какие у господина Тао будут соображения?

Тао Цзин сжав руки в кулак, поприветствовал Лю Вэньмяо:

— Господин Лю слишком вежлив, до мудрых соображений мне далеко, это лишь самые поверхностные выводы. На земле нет явных следов крови, зато на лестнице имеются редкие пятна. Очевидно, убийца совершил расправу в другом месте, а когда кровь высохла, перенес тело и спрятал его в погребе.

Лю Вэньмяо погладил бороду, внутренне скептически отнесясь к услышанному, но ради приличия всё же вяло выдавил:

— Вот оно что.

Тао Цзин кивнул и продолжил осматривать остальные уголки в надежде обнаружить хоть какие-нибудь зацепки.

Он попросил у Лю Ся факел и принялся шарить лучом света вдоль стен.

Внезапно боковым зрением он заметил крошечную вспышку света в углу.

Тао Цзин поспешил туда и увидел, что в самом углу погреба валяется медная монета.

Одна медная монета?

Тао Цзин поднял ее с земли.

Его пальцы были гладкими и длинными, но он ничуть не заботился о том, что испачкается в дорожной пыли.

— Что-то нашел? — раздался за спиной бархатный голос.

Это Ло Чжэн приблизился шагом.

Услышав его, Тао Цзин обернулся и разжал ладонь.

На его белой ладони тихо лежала медная монета.

Ло Чжэн протянул руку, чтобы взять ее.

По сравнению с утонченным ученым Тао Цзином, ладонь Ло Чжэна была куда шире и грубее.

Когда он тянулся за монетой, его пальцы случайно коснулись ладони Тао Цзина.

Слегка шершавая кожа соприкоснулась с чувствительным кожным покровом ладони.

Тао Цзин инстинктивно отдернул руку.

Было горячо и немного щекотно.

Темные, блестящие глаза Тао Цзина невольно устремились в сторону.

Он и не подозревал, что каждое его движение было полностью открыто стоявшему перед ним человеку.

Ло Чжэн принялся вертеть монету в пальцах.

Тао Цзин сделал шаг, собираясь уйти.

— Белая.

— А? — опешил Тао Цзин.

Обернувшись, он увидел, что Ло Чжэн поднес монету к самым глазам, шевеля четко очерченными суставами пальцев.

Белая? Эта монета?

Тао Цзин ничего не понял.

Ло Чжэн бросил на него мимолетный взгляд и небрежно бросил:

— Твоя рука.

Тао Цзин:

— …А.

Когда они выбирались из погреба, Тао Цзин намеренно остался в самом хвосте отряда.

К счастью, стояла непроглядная тьма, и никто не заметил слегка порозовевших кончиков ушей господина Тао.

Тут Лю Вэньмяо предложил:

— Время уже позднее, не соизволите ли вы, господа, последовать за мной на постой в постоялый двор?

Хотя он сказал «господа», взгляд его был прикован исключительно к Ло Чжэну.

— Можно и так, — произнес Ло Чжэн.

Лю Вэньмяо кивнул и тут же двинулся вперед, указывая дорогу.

Но внезапно Ло Чжэн добавил:

— Господин Лю, распорядитесь, чтобы несколько людей взяли место под охрану. Никаким посторонним вход туда строго воспрещен.

Лю Вэньмяо торопливо ответил:

— Слушаюсь, ваш подчиненный сейчас же все устроит.

Тао Цзин вместе со всеми тоже отправился на постоялый двор.

Хотя убил этого человека не он, до сих пор не имелось веских доказательств его невиновности, и подозрения с него не были сняты. Он прекрасно понимал, что ради соблюдения приличий пока не может вернуться в свою хижину.

Постоялый двор располагался на стыке деревни Пинша и уездного центра, и в нем обычно останавливались странствующие торговцы. Это было двухэтажное здание, которое на фоне низких деревенских хижин выглядело весьма внушительным.

Приближался час крысы, тьма сгустилась до плотности нерастворимого тумана, вокруг царила абсолютная тишина, и даже случайное пение птиц казалось неуместным.

Тао Цзину выделили комнату на втором этаже, как раз напротив лестницы. Справа и слева от него находились покои Ло Чжэна и Лю Вэньмяо.

Наскоро умывшись, Тао Цзин снял верхнюю одежду, оставшись в одной нижней сорочке.

Он замер у окна, вглядываясь сквозь деревянный переплет решетки, словно о чем-то размышляя.

Образ убитого вновь встал у него перед глазами.

Мужчина, множество ножевых ранений, в основном пришедшихся на грудь и живот, следов яда не обнаружено…

Что же касается той медной монеты — хотя внешне она ничем не отличалась от тех, что ходили в народе, ее поверхность блестела сильнее обычного металла, и на ней чувствовалась легкая липкость.

Отдельные зацепки казались разрозненными осколками, и его задачей было сложить их воедино, восстанавливая истинную картину произошедшего.

При тусклом свете масляной лампы одинокая фигура мужчины выглядела прямой и статной. Теплый желтоватый ореол окутывал его со всех сторон, придавая облику особую мягкость, и он сам по себе казался живой картиной.

Внезапно изображенный на картине мужчина едва заметно нахмурил брови.

Тело нынешнего Тао Цзина и без того отличалось хрупкостью. Сегодня он целый день провел в разъездах и хлопотах, и стоило напряжению спасть, как усталость волной поднялась от самых стоп, мгновенно затапливая всё тело.

Особенно ныла больная нога, затекшая и отзывающаяся тупыми, пульсирующими толчками.

Бамбуковая трость была оставлена у кровати, и Тао Цзин, опираясь одной рукой о стену, шаг за шагом поплелся обратно.

http://bllate.org/book/39623/5020818