Готовый перевод The Stubborn Mountain Journey / Сердце на семи ветрах: История любви Ши Юя: Глава 15

Ши Юй замер на мгновение, а затем тут же опустил нож. Заметив покрасневшую и припухшую шишку у нее на виске, он глубоко нахмурился: — Ударилась головой? Как это вышло?

Ши Юй протянул руку, желая отвести волосы в сторону и осмотреть рану, но Ши Цин с плотно сжатыми губами оттолкнула его. В следующую секунду она уже не могла сдерживаться и горько заплакала. Боль была нестерпимой, а страх — всепоглощающим, но пока рядом находились посторонние, приходилось терпеть. Только перед братом она осмеливалась дать волю накопившейся обиде и ужасу, не стесняясь никого.

Видя слезы сестры, Ши Юй растерялся еще больше. Забыв обо всем на свете, он притянул ее в объятия, легко поглаживая по спине и мягко утешая: — Не бойся, не бойся. Что случилось? Расскажи мне, не плачь, не плачь, от слез у тебя опять сердце заболеет. Умница, не бойся, говори с братом.

Ши Цин горько и жалобно плакала, захлебываясь рыданиями, и все ее слезы впитывались в одежду Ши Юя: — Брат… Кто-то обиделся меня… Я так испугалась… Я упала на землю… Было очень больно…

Ши Юй не мог в это поверить: — Му Сэнсинь? Тот самый человек?

Ши Цин никак не могла успокоиться. Лишь спустя долгое время, немного придя в себя, она поведала Ши Юю всю историю с самого начала.

Чем дольше слушал Ши Юй, тем мрачнее становилось его лицо, а суставы пальцев побелели от того, как сильно он сжал руки. Ему не хотелось показывать сестре свои истинные чувства, но после ее рассказа он догадался, почему тот мужчина заявился сюда.

Два дня назад он виделся с Ши Чжиюанем в арендованной на время лачуге и отдал ему оговоренные пять тысяч юаней. Ши Юй не решался раскрыть свой адрес именно потому, что боялся бесконечных преследований и визитов Ши Чжиюаня, которые никогда не прекратятся.

Этот мужчина, по всей видимости, был одним из многочисленных кредиторов Ши Чжиюаня. Раз сам Ши Чжиюань не мог вернуть долг, в ход шло правило: долги отца выплачивают дети. И раз этот человек сумел заявиться к нему домой, значит, его адрес рассекречен. Каким образом Ши Чжиюань этого добился, оставалось неясным, от одной этой мысли кровь стыла в жилах.

Его охватил липкий страх: если бы Му Сэнсинь не появилась здесь столь вовремя, трудно представить, чем все могло закончится.

Ши Цин вцепилась в рукав Ши Юя и тревожно переспросила: — Брат, ты ведь действительно не брал в долг, правда?

Ши Юй не хотел, чтобы она слышала хоть что-то, связанное с Ши Чжиюанем, поэтому выдавил из себя улыбку и спокойно успокоил ее: — С чего бы мне влезать в долги? Он просто мошенник, невесть как раздобывший мои личные данные и заявившийся сюда исключительно ради наживы.

Ши Цин шмыгнула носом, посмотрела на него, и в ее глазах снова заблестели слезы.

Ши Юй снова похлопал ее по спине: — Не бойся, мы заявим в полицию, и его обязательно поймают.

— Заявим! — Ши Цин тяжело кивнула. Если раньше она не хотела обращаться в полицию, то лишь из опасения, что это затронет Ши Юго: — Я пойду опознавать его!

Получив сообщение, полиция прибыла быстро. Стражи порядка провели опрос на месте происшествия, собрали улики, а затем отвезли обоих в участок для составления протокола. Из полицейского отделения они вышли, когда было уже за восемь часов вечера. Оба проголодались, и по возвращении домой Ши Юй принялся варить для Ши Цин лапшу.

Завтра Ши Цин нужно было идти в школу, поэтому, поужинав и решив еще один вариант экзаменационного теста, она забралась на второй ярус двухъярусной кровати отдыхать.

Хотя Ши Юй ничего не говорил, он видел, что ее не покидает тревога. Закончив с делами, он тоже поднялся по приставной лестнице, приник к ограждению и заговорил с ней, надеясь, что его присутствие поможет ей успокоиться.

Ши Цин не хотела волновать брата еще сильнее и изо всех сил старалась держаться непринужденно. Поболтав о том о сем, она все же не удержалась и переспросила: — Брат, ты ведь правда-правда ни у кого ничего не занимал и не брал ростовщических кредитов, да?

Ши Юй прекрасно понимал, что Ши Цин так пугает эта тема, потому что ее до смерти запугал Ши Чжиюань. С самого детства им слишком часто приходилось сталкиваться с незнакомцами, приходившими требовать долги. Да и он сам долгое время испытывал тревогу и панику при одном лишь стуке в дверь.

Посмотрев на Ши Цин пару мгновений, Ши Юй чуть тронул губы улыбкой, достал телефон и просто показал ей баланс на своей банковской карте.

Ши Цин пересчитала цифры и испуганно ахнула: — Откуда у тебя столько денег? Где ты их взял?

Ши Юй улыбнулся: — С чего бы им взяться, неужели с неба упали?

Ши Цин перевернулась на живот, уставилась на Ши Юя и потребовала ответа: — Раз ты уже заработал столько денег, почему до сих пор не вернулся в школу! Что вообще с твоим восстановлением? Если все пройдет успешно, мы же сможем вместе пойти в выпускной класс, а потом вместе поступить в университет, разве это не здорово?

Ши Юй молча смотрел на нее, слегка улыбаясь.

Ши Цин немного встревожилась: — Я скоро тоже смогу зарабатывать! К тому же моя болезнь стабилизировалась, достаточно просто вовремя пить таблетки, и таких огромных расходов больше нет. Тебе не нужно жертвовать собой ради моей учебы.

Во взгляде Ши Юя промелькнула редкая мягкость: — Мм, я знаю, ты уже выросла.

Ши Цин чувствовала лишь, что он отмахивается от нее дежурными фразами. Порой с Ши Юем было совершенно невозможно совладать: этот парень походил на упрямый, твердый валун, который не удавалось ни расколоть, ни сдвинуть с места. На душе у нее скребли кошки, и скрыть эмоции на лице было выше ее сил.

Ши Юй чуть перевел взгляд и легонько щелкнул ее по лбу: — К тому же, кто сказал, что я зарабатываю только ради того, чтобы оплачивать твою учебу? У меня тоже есть свои планы.

Ши Цин усомнилась: — Какие еще планы?

— Хочу сменить мотоцикл, — ответил Ши Юй.

Ши Цин удивилась: — У тебя столько денег, неужели на новый мотоцикл не хватает?

— Хочу получше, — пояснил Ши Юй.— Сколько нужно? — спросила Ши Цин.

Ши Юй криво усмехнулся: он попытался изобразить улыбку, но выражение его лица уж точно нельзя было назвать улыбчивым.

— Миллион с лишним, наверное.

— Сколько?! — Ши Цин взмахнула рукой и отвесила ему щелбан. — Ши Юй, приди в себя, ради бога! Это всего лишь средство передвижения, ты сошел с ума? На такие деньги можно доучиться до доктора наук!

— Я всё равно его хочу.

Ши Цин сморщила нос, а спустя мгновение добавила:

— Ладно, давай так: мы объединим усилия, я помогу тебе выплатить половину, сделаю всё, чтобы ты сел за руль до пятидесяти лет, согласен? Но! Ты вернешься в школу и снова сдашь экзамены в университет.

Ши Юй погладил ее по голове:

— Какая щедрость.

Ши Цин задрала подбородок:

— По рукам или нет?

В глазах Ши Юя на мгновение мелькнула горечь, но он ответил:

— По рукам.

Ши Юй не преминул закрепить успех:

— Договорились, после летних каникул вернешься со мной в школу?

Ши Юй кивнул:

— Хорошо.

Ши Цин улыбнулась:

— Мужчина сказал — мужчина сделал, не обманешь меня?

— Не обману.

Ши Цин довольная легла, натянула плед на живот, посмотрела на потолок и смущенно произмоила:

— Братишка, можно сегодня не выключать свет на ночь?

— Хорошо, не выключу.

После этого Ши Цин долго смотрела на Ши Юя и тихо произнесла:

— Братишка, у тебя появились друзья, я за тебя рада.

Ши Юй слегка поджал губы и кивнул.

У Ши Юя не было своего круга общения, и это не было секретом.

Он ни с кем не сближался, а с теми, с кем пересекался по работе, говорил исключительно о делах.

До того как Ши Чжиюань попал в тюрьму за мощенничество, в тот самый период, когда кредиторы наседали жестче всего, они погрузились в беспросветное отчаяние. Выбиваясь из сил, они могли лишь выплачивать проценты за прошлые месяцы, но долг рос снежным ком за комом, ломая и стирая людей в порошок.

Тогда Ши Юй больше не мог смотреть, как Тао Цзюньли ползает на коленях и занимает деньги у всех подряд, поэтому он сам начал брать в долг у друзей и одноклассников.

В том возрасте, когда гордость и самоуважение превыше всего, ему тоже было стыдно, но выхода у него не было.

Тогдашний Ши Юй отлично учился, обладал яркой внешностью и был очень популярен в школе. Поначалу он легко занимал деньги, но вернуть их не мог.

Позже занимать перестали, и он бросил учебу, будто сбежав из школы от необходимости отдавать долги.

Он написал сообщение каждому однокласснику, у которого занимал, объяснил ситуацию и пообещал вернуть всё как можно скорее. Большинство же в ответ лишь засыпали его упреками и занесли в черный список.Денег, которые он занял у одноклассников, было не так уж много — Ши Юй заработал нужную сумму спустя два месяца после того, как устроился на работу. Часть долгов он вернул переводами, часть пришлось отдавать через посредников, но в конечном итоге он выплатил всё до последней копейки.

Однако друзей у него больше не осталось. Даже с теми, кто знал о его тяжелом положении, он больше не решался поддерживать общение, стыдясь своего прошлого.

Он стал еще более молчаливым.

Когда Ши Цин уснула, он спустился с кровати-чердака и сел на диван, долго оставаясь неподвижным. Его взгляд был устремлен в темное окно — после случившегося ему, разумеется, было не до сна.

Он знал, что из себя представляет Ши Чжиюань, но когда тот в очередной раз пробил дно, Ши Юй не смог сдержать ненависти.

А вслед за тяжелым чувством ненависти в душе сама собой родилась жажда убийства.

Появление Ши Чжиюаня было подобно тикающей бомбе. Если бы дело касалось только его самого, Ши Юй считал, что смог бы найти способ договориться или стерпеть, но когда под угрозой оказалась Ши Цин, он лишился покоя и терпения. В голове пульсировала лишь одна мысль: устранить его, чего бы это ни стоило, пусть даже ценой собственной жизни.

Он мог смириться с любой своей участью, но не мог допустить, чтобы Ши Чжиюань вновь разрушил жизнь Ши Цин.

Приняв решение, Ши Юй перевел взгляд на кухонную стойку, на единственный в доме острый нож.

И в тот момент, когда он, обдумывая дальнейшие действия, стал решителен как никогда, в его сознании внезапно всплыло лицо Му Сэнсиня.

Ши Юй сам не знал почему, но, поразмыслив, решил, что, вероятно, чувствует вину. Тот спас Ши Цин, а он, ответив лишь грубостью, выставил человека за дверь.

Зная, что Му Сэнсинь обычно ложится спать поздно, он взял телефон, открыл их чат, долго писал и удалял слова, наконец составив сообщение. Он дважды перечитал его, на мгновение погрузившись в забытье, но затем стер текст и отбросил телефон в сторону.

Его извинения не имели никакого значения.

Ши Юй не сомкнул глаз всю ночь, а дождавшись рассвета, тихо вышел из дома, чтобы купить Ши Цин завтрак.

Они позавтракали вместе, затем Ши Юй проводил её до автобусной остановки, а проводив взглядом уезжающий автобус, в одиночестве вернулся домой.

Вещей у него было немного, а ценных — и подавно. Окинув взглядом комнату, он оторвал листок для заметок, на котором писала Ши Цин, набросал несколько строк, а затем достал свою банковскую карту и положил всё это на маленький столик.

После этого он позвонил Ши Чжиюаню.

Тот ответил только со второго звонка, голос его звучал хрипло и невнятно:

— Алло? Что такое, сынок?

Ши Юй догадался, что тот, должно быть, пробыл в пьяном угаре до самого утра. От одного только звука голоса этого человека он испытал крайнее отвращение.

— Вчера ко мне приходили требовать долг, — сухо сказал он. — Ши Цин пострадала.

http://bllate.org/book/39622/5020762

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь