Готовый перевод Vast Starry Sea: Whale Exploration / Звёздная пыль на краю океана: История одной любви: Глава 9

— Син Му.

— Дядя Вэнь.

Ли Вэнь растерял былую удаль и уверенность, а лицо его излучало мягкость и доброту.

— Ты ведь знаешь, что я всегда растил тебя как проповедницу? Я хочу, чтобы ты продолжила нести нашу веру здесь.

— …

Ли Вэнь нахмурился:

— Твои мысли всё ещё с Господом? Кем Он предстаёт перед тобой в твоём сердце?

…Безоблачное синее небо, луна, способная озарить ночную тьму глубокой осенью, и весенний ветер, приносящий жизнь в бесплодные земли.

Ли Вэнь посмотрел на мерцающий огонёк в глазах Вэнь Синму:

— Ты дитя Господа! Ты верная последовательница! Скажи, у тебя кто-то появился?

— Нет, я просто восхищаюсь ею.

В глазах Ли Вэня промелькнула тень гнева:

— Разве ты забыла каноны нашей веры? Тебя ждет наказание. Научись различать любовь и простое восхищение.

— Я слышала от Чжоу Чжуюй о тебе. Красивых оболочек бесчисленное множество, а вот интересные души редки. Не позволяй затуманить свой разум. Осознай всё сейчас же, одумайся, и Господь простит тебя.

Вэнь Синму слегка растерялась:

— К чему говорить такое… Она ведь тоже девушка.

— Тем более! В таком случае ты — грешница!

Вэнь Синму замерла. Она потрогала нывшее от ношения слухового аппарата ухо — вообще-то она не любила его носить, просто кое-кто вечно заводил с ней разговоры.

Верно. Как ребенок, не знающий родительской любви, мог во всем этом разобраться?

Однодневный отпуск пролетел незаметно, и вот настал конец месяца — время проведения малых тестов.

— Ой, Син Му, мы с тобой в одном кабинете!

— Угу.

— Ты сняла слуховой аппарат?

— Угу.

— Ты меня вообще слышишь?

— Ты так громко говоришь, я же не глухая.

Чжоу Чжуюй протянула:

— Ты изменилась.

Вэнь Синму собрала вещи и направилась в свой класс:

— Прости, у меня тут личные дела, от которых голова идет кругом, так что я немного эмоциональна.

— Тогда подожди меня.

— Ладно, времени в обрез, пошли быстрее.

— Ты даже за руку меня не берешь.

Вэнь Синму беспомощно вздохнула, взяла Чжоу Чжуюй за руку и поспешила к экзаменационному классу.

Гу Юэшу в прошлый раз одолжила у Вэнь Синму карандаш с мягким грифелем и как раз столкнулась с тем, как та вела за руку Чжоу Чжуюй.

— Гу Юэшу.

Гу Юэшу нахмурилась. Сейчас у нее были дела, от которых нельзя отлучиться. Она понимала, что Вэнь Синму действительно могла ее не услышать, но Чжоу Чжуюй не услышать просто не могла.

— Все вы уже ученики выпускного класса, правила экзамена повторять не стану. Попавшихся на списывании ждет обнуление баллов. Экзаменов в выпускном классе будет все меньше и меньше, надеюсь, вы отнесетесь к ним со всей серьезностью.

Пятнадцать минут перед раздачей бланков — самые тоскливые. Написав имя и номер, остается только сидеть сложа руки.

Убирая вещи в пенал, Вэнь Синму вдруг обнаружила, что нужного карандаша там нет. Чжоу Чжуюй сидела далеко, а надзирать за экзаменом выпало Бянь Яофэну, с которым ей совсем не хотелось пересекаться.

— Тц.

Когда она, опустив голову, размышляла, как поступить, кто-то постучал по ее парте:

— Карандаш.

— …Спасибо.

Гу Юэшу улыбнулась и отошла.

До раздачи бланков и начала экзамена оставалось еще немного времени, и Вэнь Синму погрузилась в задумчивость. Она передумала о многом, но мысли снова и снова возвращались к Гу Юэшу. Она верила первому впечатлению: ей казалось, что Гу Юэшу — это та самая посланница Господа, призванная ее спасти. Интересно, а сам Господь так же нежен, как Гу Юэшу? Постепенно образ Господа в ее сердце слился с лицом Гу Юэшу. Ее Господь — с тем самым нежным, манящим лицом.

Вернувшись в свой кабинет, Гу Юэшу заглянула в расписание на ближайшие дни. В следующие дни обещал пойти дождь, поэтому спортивные состязания решили немного отложить, а сразу после них наступят пятидневные каникулы по случаю национального праздника.

И еще: что подарить Вэнь Синму на день рождения? Он как раз выпадал на национальные праздники. Чего ей может не хватать?

— Не хватает того, кто разделит с ней дуэт.

Гу Юэшу задумалась. Надо же, впервые она так сильно переживала о ком-то.

— Юэшу.

— Цинхуэй? Что такое?

— Ты поедешь домой на национальные праздники? Я слышала, здесь на Гора Шаося очень красивые пейзажи.

— Ох, надо будет подумать.

Раз уж зашел разговор, у нее действительно родился отличный план: попросить Вэнь Синму побыть ее гидом и погулять здесь вдвоем. Это не только укрепит связи между учителем и ученицей, но и позволит попутно сделать фотографии, а там, глядишь, и идея для подарка придет в голову.

— Юэшу, мне кажется, Бянь Яофэн в тебя влюблен. Последние несколько дней он только и делает, что расспрашивает меня о тебе.

— …Да ну брось, быть того не может.

— Почему не может? Вообще-то он довольно симпатичный, хоть и не дотягивает до твоего уровня.

— Кстати, Юэшу, а какие парни тебе нравятся?

— Не знаю, мне никогда не нравились парни.

— Ты что, часом, не по девочкам?

Гу Юэшу окинула взглядом озорное личико Е Цинхуэй и недоуменно переспросила:

— Что? А тебе разве не нравятся девочки? По-моему, все девочки очень милые.

— Я говорю о том самом влечении, когда хочется прожить с человеком всю жизнь, когда испытываешь к нему особые чувства, когда тянет на уровне душ и тел, понимаешь?

— Чего?

— У меня тут есть пара книг. Знаешь викторианскую трилогию? Тебе она просто необходима, дам почитать.

— О, ладно.

…

Гу Юэшу наугад вытащила одну книгу. Первым делом она читала очень быстро, бегло пробегаясь по тексту, чтобы уловить общую канву, и лишь затем возвращалась к чтению, вникая в скрытый смысл. Поэтому всего за час с небольшим она одолела треть книги, однако для нее это стало открытием нового мира.

В этот момент прозвенел звонок об окончании экзамена, заставив ее вздрогнуть от неожиданности.

— Нет, надо выйти подышать воздухом.

— Уже дочитала? — Е Цинхуэй недоверчиво уставилась на нее.

— Нет, просто выйти подышать и переварить прочитанное.

— Хоть что-то поняла?

— Едва ли, не очень разобралась, наверное, потому что еще не дочитала.

— Хочешь, проспойлерю?

— Ни в коем случае, лучше просто назови суть.

— Викторианская трилогия повествует о трех захватывающих историях лесбиянок, сечешь?

— Чего?

— О любви между женщинами.

— …Пойду-ка я подышу, как-то это странно.

После услышанного ей показалось, что в отношениях Вэнь Синму и Чжоу Чжуюй кроется что-то неладное. Надо будет при удобном случае выведать у них правду.

Е Цинхуэй кивнула и перевела взгляд на чахнущее растение в горшке на столе Гу Юэшу.

— Точь-в-точь как живое.

Сегодня утром прошел дождь, и теперь окрестные горы окутывали клубы тумана, а в воздухе разливалась свежесть. Этот запах отдаленно напоминал шлейф Вэнь Синму — такой же чистый и ненавязчивый.

— Учитель Гу, — окликнула Гу Юэшу Вэнь Синму, шедшую в одиночестве по школьной аллее.

— Ты почему здесь?

— Человеку, которого записали в бездельники и бродячие призраки, вполне нормально появляться в таких местах.

— С чего это вдруг такие разговоры?

— Одна учительница ранее заявила, что я целыми днями слоняюсь по школе без всякой цели, точь-в-точь как безработный бродяга или одинокий призрак.

Услышав это из уст невозмутимой Вэнь Синму, Гу Юэшу невольно улыбнулась.

— Учитель, будете конфетку?

— С чего вдруг такая щедрость?

Вэнь Синму извлекла из кармана несколько разноцветных леденцов на палочке:

— Как раз в кармане нашлись, какую хочешь?

— Э? А разве не все мне?

— Но у меня их всего несколько штук… Впрочем, если речь о вас, то можно.

Гу Юэшу улыбнулась:

— Шучу, мне со вкусом персика.

— Точно не возьмешь все?

— Не нужно, пусть малышка сама лакомится, мне и одной хватит.

— Малышка тут ты.

Гу Юэшу задорно моргала, глядя на Вэнь Синму:

— Кстати, я тут хотела с тобой кое о чем посоветоваться.

— О чем?

— На национальные праздники я остаюсь здесь, не могла бы ты составить мне компанию и показать окрестности? Говорят, пейзажи здесь чудесные.

— Конечно, для меня это честь.

Гу Юэшу кивнула:

— Как написала тест?

— Наверное, лучше, чем в прошлые разы.

— Будь увереннее в себе, непременно лучше, я в тебя верю.

— У меня еще один вопрос, — Гу Юэшу заглянула в лазурные глаза Вэнь Синму.

— Почему у вас вечно столько вопросов?

— Разве нельзя?

Взглянув на часы, Гу Юэшу произнесла:

— Пойдем назад, заодно поговорим по дороге.

— Хорошо.

— Вэнь Синму.

— Мы ведь хорошие подруги, верно?

— …Наверное, можно и так сказать, а что такое?

— Я тут столкнулась с одной задачей, и ты, как подруга, должна помочь мне разобраться.

— Сделаю всё возможное, выкладывай.

— Хм, как бы тебе сказать… Как ты относишься к однополой любви?

— К однополой любви?

Гу Юэшу присмотрелась к ее задумчивому лицу:

— Забудь, наверное, мне показалось.

— Я ничего не смыслю в однополой любви, у меня даже нет четкого понятия о ней. Я не понимаю. Я из тех людей, кого легко задеть за живое пейзажем: если вид за окном поражает воображение, то и человек, разделивший это мгновение, глубоко западает мне в душу. Она раскрашивает тусклое небо в моем сердце в неповторимые краски звездного неба, и тогда этот человек становится для меня неотъемлемой частью меня самой. Она притягивает меня, пробуждает любопытство, заставляет стремиться разгадать ее тайну — точно так же, как человечество благоговеет перед звездным небом и в то же время жаждет постичь его секреты. Я не понимаю, не понимаю симпатию, не понимаю любовь, потому что считаю, что эти слова слишком малы, чтобы вместить все мои чувства.

Гу Юэшу слегка удивилась:

— Вот как… Значит, ты уже встретила такого человека?

— Полагаю, что да.

— Мне безумно интересно, что это за человек.

— Учитель, вы же наверняка слышали поэму Печаль вечной разлуки?

— Конечно.

— Мне кажется, в ней есть строчка, которая идеально ей подходит.

— Обратит она взор с улыбкой — и нет краше во всем гареме.

Гу Юэшу посмотрела на Вэнь Синму. На редкость сейчас ее лицо излучало такую нежность.

Душа, жаждущая свободы, не будет скована цепями.

После малого теста Гу Юэшу отвечала за проверку тестов сразу в трех классах, из-за чего хлопот прибавилось. Стоило ей наконец выкроить минутку на отдых, как парочка старших коллег тут же утянула ее за болтовню.

http://bllate.org/book/39516/5004765