Готовый перевод Randomly Pulled into a Ghost Story Club at 3 AM / Клуб ночных кошмаров для тех, кто не спит в три часа ночи: Глава 1

Глава 1

До Цзянь Деда доносился далёкий, приглушённый дождём расстояний голос уличного репродуктора.

Он дремал, уткнувшись лицом в чайного цвета столешницу. Рядом стояла облупленная эмалированная кружка. Старый настольный вентилятор гонял по комнате душные, горячие порывы воздуха. Рука с дешёвыми серыми кварцевыми часами судорожно дернулась, и длинные, покрытые мозолями пальцы опрокинули круглое зеркальце в красной пластиковой оправе.

Он тут же подобрал его, неловко стукнувшись лбом о угол стола. Тупая боль в голове заставила осознать странную, неправильную слабость во всём теле. Повернув голову, он увидел в отражении зеркальца оливково-зелёный китель с синим подшивом.

Полицейская форма? Из какой она вообще эпохи?

Цзянь Деда уже почти три года как уволился из издательства и бездельно сидел дома, признавая исключительно растянутые футболки. Эта форма точно не могла принадлежать ему.

Он потянул за красный погон. Пальцы, дрожавшие от слабости, нащупали в кармане кителя дешёвую пластмассовую зажигалку, пачку сигарет «Цайде» и жестянку с леденцами из сушёной мандариновой кожуры.

И в то же мгновение в сознание хлынул чужой жизненный опыт.

***

«Прошу, выслушайте меня! Я хочу справедливости!

Меня зовут Цзянь Да. Жетон номер 961248. Я рядовой сотрудник участкового отдела полиции Хунхуэй.

Мне двадцать четыре года. В младенчестве меня бросили, а вырастив, отправили учиться — я окончил полицейскую школу.

Но после того как мой наставник, дядюшка Чжицзе, погиб при исполнении, вся моя жизнь пошла под откос.

Сначала я сильно упал и поранился о ржавый гвоздь. Занесённая инфекция вызвала столбняк. Жизнь-то мне спасли, но правую ладонь парализовало — я не могу толком держать ни палочки для еды, ни ручку. Руководство пожалело меня и не стало вышвыривать со службы, оставив на должности.

Но какой из меня полицейский, если я даже пистолет в руках удержать не способен? Ей-богу, лучше б умер.

Обо мне судачит весь переулок. Насмехаются, мол, я даже дрочить сам себе не могу, а я и огрызнуться в ответ не смею.

Единственная, кто относился ко мне по-человечески — тётушка Чжуньлань из нашего двора.

Месяц назад я подхватил какую-то неведомую дрянь. Капельницы не помогали, и Чжуньлань пришлось проводить обряд призыва души. Сегодня я впервые наскреб сил, чтобы выйти на дежурство... а через полчаса тихо испустил дух прямо за рабочим столом...»

***

Цзянь Деда почувствовал, как чужие воспоминания намертво врастают в его разум.

С трудом подняв невесомое зеркальце, он всмотрелся в отражение: лицо этого Цзянь-цзы оказалось до странности похожим на его собственное. От этого сходства становилось жутковато.

Как его вообще занесло в тело парня с настолько паршивой судьбой?

В голове раздался сухой, механический голос:

[Здравствуйте. Позвольте представиться: я — система, созданная специально для тех, кто не спит в три часа ночи.]

«Система... для полуночников?» — пронеслось в голове у Цзянь Деда. Смысл задумки казался сомнительным, но первой мыслью было: у создателя этой хреновины точно проблемы с плешью.

[Помните ли вы, как именно активировалась наша связь?] — поинтересовалась система.

Цзянь Деда почесал затылок. Да, в памяти действительно кое-что всплыло.

Кажется, он смотрел очередной низкобюджетный хоррор, обещавший в аннотации «невероятные сюжетные повороты».

Финал картины разворачивался на заброшенном кладбище у вымершей деревни. Главный герой пробился сквозь последнюю ловушку проклятого дома, где девица в красном балахоне поведала ему слезливую историю времён Республики. Главная интрига фильма оказалась пшиком: девица была вовсе не призраком, а жертвой наследственного психического расстройства. На последних секундах под заунывную музыку заиграли титры.

Зрительские комментарии взорвались проклятиями: «Сука, ну и дрянь! Опять накрученные рейтинги! Когда уже наше кино перестанет выдавать этот шлак?!»

Сняв очки, Цзянь Деда закрыл вкладку. Ещё один дурацкий отечественный ужастик украл у него сон до трёх ночи.

Из чувства мелкой мести он отстучал на клавиатуре: «С первой секунды понял, чем всё закончится. Только время растерял, да последние волосы на затылке».

Едва комментарий ушёл в сеть, девица на экране перестала плакать кровавыми слезами. Она медленно высунула голову из монитора, трижды ядовито и сухо расхохоталась и, оскалив иссиня-чёрные клыки, прошипела: «Значит, говоришь, с первой секунды? Ну так попробуй угадать ещё раз!»

А затем перед глазами вспыхнула дикая баннерная реклама городских баек:

[Женский скелет под кроватью в съемной квартире находят лишь спустя годы. На обшарпанной стене у кухонной плиты красуется надпись: «Кровь за кровь». На смердящих собачьей мочой поганках за общественным туалетом отпечатался след мужского туфля. В старой газете с объявлением о пропаже человека... В каждой из этих улик может таиться последняя тайна ушедших из жизни...]

[Темнеет. Закрывайте глаза.]

И вот он здесь.

— Ты ошиблась адресом, — мысленно отозвался Цзянь Деда. — С чего ты взяла, что я люблю бодрствовать по ночам?

[Человек с вашей густотой шевелюры обычно обожает полуночничать,] — невозмутимо парировал голос.

— А кто тебе сказал, милая, что я обычный?

[Судя по вашей манере речи, вы вполне отвечаете заданному образу.]

— И каков же мой образ?

[Ядовитый паяс.]

—...

[Человек, способный выдать такую эпатажную дурь, что у окружающих дыхание перехватывает.]

—...

[А внешне изображающий из себя вечно угрюмого и несчастного кота Гарфилда.]

Цзянь Деда потрогал собственные щёки. Ему уже приходилось слышать нечто подобное в прошлой жизни. Больше всего на свете он терпеть не мог, когда кто-то с первого взгляда просекал его истинную натуру — показной холод, скрывающий склонность к подколкам. Похоже, от этой системы следовало избавиться как можно скорее, но за полчаса он так и не нашел кнопки сброса.

Искусственный разум продолжал вещать:

[Дзинь! Новый сценарий «Участковый» загружен в ваш почтовый ящик. Пожалуйста, примите очередной незавершённый детективный квест! Добро пожаловать в мистический детектив, финал которого ещё никто не сумел написать!]

[Ознакомьтесь с Книгой правил.]

Система наглым образом оформляла сделку без согласия покупателя.

Цзянь Деда судорожно соображал, как выкрутиться из этой ловушки, но разум, уже втянутый в правила хоррор-игры, вынужденно дал команду на запуск. В голове возник виртуальный стеллаж. На верхней полке покоились три небольших блокнота в чёрных кожаных переплётах.

Левый отвечал за правила побега из запертых комнат, средний — за выживание в «королевской битве», а правый — за расследование историй. Игра сама раскрыла квест с расследованием. На первой странице четко выводилось правило:

[1-1. Обязанность (Полицейского) — выслушать показания всех (заявителей) и вычислить (скрытого преступника). За каждую выжитую ночь (Полицейский) получает доступ к новым побочным веткам.]

Затем Цзянь Деда развернул виртуальный конверт из плотной крафтовой бумаги, развязав бечеву. Оттуда выпал официальный бланк с шапкой ведомства:

[Архивное дело. Июль 1991 года. Повторные жалобы жильцов на чертовщину в переулке Боярышника.]

На листе выводились позиции ключевых участников:

[(Главный герой — Цзянь Да: «Мой наставник погиб пять лет назад у входа в переулок, но его смерть окрестили городской легендой. Я знаю, что перед гибелью ему поступил ложный вызов. Убеждён: убийца — кто-то из своих, и враг всё ещё прячется среди жителей переулка Боярышника!»)]

[(Таинственный персонаж — «???»: «На самом деле тот ложный звонок сделал я. Но раскрывать себя не намереваюсь».)]

[(Три ключевые локации первого этапа: дом Чжуньлань, участковый отдел полиции Хунхуэй, вход в переулок, где погиб старый полицейский.)]

[(Интервал раскрытия позиции любого из участников: один раз в семь дней.)]

[(Сложность данного этапа: уровень «Бабушка рассказывает сказку внуку».)]

[(Состав группы: все ключевые фигуры, кроме главного героя, являются персонажами с искусственным интеллектом.)]

[(Текущий прогресс: 1%.)]

[(Условие прохождения: достижение 99% открывает портал в реальный мир.)]

— Постой, — с любопытством уточнил Цзянь Деда. — Выходит, кроме игровых персонажей, сюда можно затащить и реальных игроков?

[Совершенно верно,] — подтвердила система. — [Если справитесь с обучающим сценарием, в дальнейших играх вы встретите других полуночников. Сможете собирать команды, вместе разбирать улики и раскрывать преступления.]

— И почему именно полуночники?

[Те, кто не спит в три часа ночи — люди, балансирующие на грани внезапной остановки сердца. Их души нестабильны, зато страха перед смертью у них нет вовсе. К тому же из-за постоянных бессонных ночей они все равно стремительно лысеют. Потеряют пару клоков от испуга — невелика беда.]

«А в этом есть логика», — подумал Цзянь Деда.

Однако, перечитав завязку дела, он не уловил ни единой зацепки.

— Мне нужно первым делом вычислить этого таинственного незнакомца?

[Возможно,] — туманно отозвалась система.

Цзянь Деда вчитался в строки:

— В описании указано лишь то, что он сделал звонок. Но он не признавался в убийстве. Значит, это не обязательно сам исполнитель, верно?

В детективных играх неопытному полицейскому всегда непросто отличить союзника от врага.

[Для таких умозаключений требуется больший запас шевелюры,] — съязвила система.

Цзянь Деда мысленно окинул взглядом свой начальный капитал в пять тысяч волосинок и хитро зажмурился:

— Ого, целых пять тысяч! Тогда давай накупим читов...

[Ваш запас волос значительно уступает моему,] — злопамятно отрезала система. — [Вы не можете позволить себе ни одного чита, мой лысеющий друг. Вперёд, пора выбираться из ямы для новичков.]

«Ну и зануда», — мысленно вздохнул Цзянь Деда.

Делать нечего. Чтобы вырваться из этого чертова квеста, придётся действовать по обстоятельствам. Он потратил десять волосинок, чтобы запросить справку об экипировке, и выяснил, что на нём надета полицейская форма образца 1983 года.

Переместившийся во времени офицер Цзянь осмотрелся по сторонам, адаптируясь к обстановке.

Помимо старого деревянного стола с тремя выдвижными ящиками, потёртого вентилятора, эмалированной кружки и графика дежурств, на краю аккуратно лежала фуражка с высокой тульей. На кокарде блекло блестел герб в обрамлении золотистых сосновых ветвей.

Цзянь Деда зафиксировал взгляд на головном уборе.

[Малый предмет укрепления образа номер один: фуражка сотрудника участкового отдела полиции Хунхуэй. Отныне вы обязаны гордиться своим статусом стража порядка и гербом на этой кокарде. Каждое утро надевайте её перед зеркалом.]

Прочитав инструкцию, Цзянь Деда невольно выпрямил спину.

Время подходило к обеду — пора было идти к тётушке Чжуньлань. Пригладив растрёпанный вихор на макушке, он надел фуражку и вышел из участка.

У входа в отдел Хунхуэй застыли две каменные львиные головы, а на стене висела табличка: «Образцовый объект пожарной безопасности района».

Из уличных репродукторов доносились звуки радиопередач: где-то крутили юмористические миниатюры Ма Цзи, где-то баритон диктора сказывал «Повесть о Юэ Фэе».

Конец июля встретил его плотным, раскалённым зноем.

Цзянь Деда, чьё лицо от жары мгновенно стало алым, как спелое яблоко, прошёл мимо пекарни с кунжутными лепёшками, лапшичной и рядов с уличными лотками. Улица дышала аппетитными, домашними запахами еды, отчего в животе тоскливо заурчало. Возле одного из лотков женщины в ситцевых блузках оптом скупали пекинскую капусту — набивали сумки килограммами по десять-двадцать. Кое-кто приехал за покупками на тяжелых мотоциклах.

Цзянь Деда выскреб из кармана последний имевшийся юань и купил сочный, крепкий кочан. Подавляя дрожь в неслушающейся кисти, он прижал капусту к груди и шагнул во двор старой застройки.

В свете заходящего солнца женщина в полинялой синей кофте перебирала овощные очистки. Она жила неподалёку от рынка, куда торговцы каждый день выкидывали вялый, потерявший товарный вид овощ. Из этой отбракованной массы с помощью сноровки и терпения можно было состряпать вполне приличный обед.

Цао Чжуньлань случайно подняла глаза и от неожиданности едва не выронила ножик.

— Цзянь-цзы! Ты чего крадёшься, словно призрак?! Помереть от страху меня заставить хочешь?

[Системное уведомление.]

[Первый заявитель: Цао Чжуньлань.]

[Возраст: 49 лет.]

[Род занятий: местная шаманка, владеет практиками духов Чума, обучена обряду призыва души.]

[Позиция:???]

[Отношение к вам: сердобольная соседка по переулку.]

— Прости, тётушка, — почесал затылок Цзянь Деда. — Как из больницы выписался, так шаги совсем бесшумными стали.

Он придвинул низкую скамеечку и уселся прямо возле кучи угольных брикетов, бегло осматривая тесный дворик.

Тётушка Чжуньлань была запасливой и рачительной хозяйкой: даже в таком скромном жилище у неё всё лежало по полочкам.

Женщина приложила руку к груди и ласково, точно капризному ребёнку, проговорила:

— Ладно тебе. Ешь побольше, налегай на горячее и не смей больше закрываться в комнате да слезы лить! Что было, то прошло, надо дальше жить.

Цзянь Деда перевёл взгляд на её лицо:

— Тётушка Чжуньлань, вот, возьми кочан. Хорошая капуста. Вот получу жалованье — обязательно отблагодарю тебя за всё. И не сиди со мной как с маленьким. Я хочу перебраться в общежитие при отделе, питаться в столовой, показаться начальству с лучшей стороны.

Чжуньлань взяла капусту и не задумываясь выдохнула:

— Ну и славно... Чжицзе... Ох, то есть, Цзянь-цзы.

Цзянь Деда замер.

В голове прозвучал тревожный зуммер системы, придавая брошенной оговорке двусмысленный подтекст.

[Получена улика по делу: «Тайная страсть».]

[Среди соседей давно ходят слухи, будто Цао Чжуньлань так и не вышла замуж из-за тайной любви к женатому Дун Чжицзе. Со дня гибели вашего наставника она регулярно путает ваше имя с его именем.]

«Принято к сведению», — мысленно откликнулся Цзянь Деда.

***

В то же самое время в параллельном мире потусторонних сущностей зарегистрировался новый участник. Сотни обитателей теневого мира одновременно ощутили вибрацию своих ментальных каналов. В сознании Цзянь Деда развернулся интерфейс высокоуровневого чата.

Название группы:

[Чат страшилок пяти тысяч лет истории Поднебесной (99999)]

Правила сообщества гласили:

[Данная группа оснащена функциями интерактивного обучения и проведения виртуальных собраний. В её состав входят ключевые персонажи городских легенд и фольклора различных эпох. Цель — обмен опытом и запугивание смертных. Участники обязаны соблюдать внутренний регламент:]

[1. Сущности из высокоуровневых миров имеют право вести одностороннее наблюдение за низшими мирами. Однако им строго запрещено использовать речи для сбивания с толку персонажей низших миров, дабы не спровоцировать разрушение их реальности с последующим поглощением.]

[2. Высшие сущности могут отправлять авторам низших миров подарки (в виде запаса жизненной энергии или густоты шевелюры).]

[3. Каждая высшая сущность обладает одной «Карточкой истории» и может направить персонажу нижнего мира приглашение в свой квест.]

[4. Любой контент категории 18+ автоматически блокируется цензурой...]

***

Едва «Участковый» попал в общий реестр, Цзянь Деда увидел, как в списке участников высветились два новых профиля:

[Старуха с кошачьим лицом из Харбина]: «...»

[Чэндуский зомби 95 года]: «...»

От одних только аватарок и имён этих гостей по спине побежал мороз.

Цзянь Деда быстро осознал, что затея лысой системы таит в себе смертельную опасность. Попытавшись разрядить обстановку, он отправил сообщение:

«Всем привет! Я новый персонаж из свежей городской легенды. Старшие братья и сёстры, прошу любить и жаловать, при случае научите уму-разуму!»

И прикрепил мем с пандой. Только вот мем оказался с потусторонней спецификой: у панды на картинке морда была измазана свежей кровью, а взгляд выглядел жутко.

В чате повисла гробовая тишина. Казалось, местная публика уже три года без перерыва потрошила рыбу на хладокомбинате.

Высшие сущности не спешили отвечать дерзкому новичку. Это был не школьный чат, чтобы встречать каждого с фанфарами. Они лишь затаились по ту сторону экранов, пристально наблюдая.

Цзянь Деда решил, что эти твари просто стеснительные — прямо как он сам. Закрытые, молчаливые, общаются исключительно стикерами.

— Слушай, малая, — обратился он к системе. — Я со всеми поздоровался. Ты можешь теперь отключить от меня эти высшие сферы?

[Прямые трансляции — это мейнстрим,] — наставительно ответила система.

— Спасибо, но я предпочитаю оставаться вне потока.

[Прямой эфир — это стартовая площадка для каждого милого дурачка!]

— В таком случае для такого умственно отсталого, как я, это станет отличным местом для финиша.

Система замолчала.

Ей давно не попадались настолько упёртые носители. Но, как ни странно, этот парень не вызывал раздражения.

Поразмыслив, она добавила:

[Вы можете скрыть свой обзор, но монстры из параллельных миров всё равно будут видеть ваш прогресс. К тому же вы попали сюда, чтобы учиться у них. Обычно новички стараются войти в доверие к высшим сущностям, выторговать сотрудничество и получить их «Карточки историй».]

Цзянь Деда с тоской посмотрел на свои скромные пять тысяч волосинок. Никаких сил пробиваться в высшую лигу у него сейчас не было:

— Давай обойдёмся без этого. Мне бы свою шкуру спасти. Пройду этот этап, не буду мозолить глаза почтенной публике — авось и проживу подольше.

***

А затаившиеся в чате монстры уже прониклись к молодому полицейскому откровенно недобрыми намерениями...

Каждый из них прекрасно понимал: этот чат — узел связи, соединяющий тысячи реалий, и попасть сюда могут только истинные порождения кошмаров.

А этот мелкий участковый выглядел как герой детской страшилки, которую бабушки рассказывают на ночь. Каким образом такое ничтожество вообще умудрилось пролезть в систему?

Очевидно, главный босс его мира ещё не явился. Этот трусливый мальчишка гарантированно захлебнётся собственной кровью от первого же испуга. Что ж, у высших сущностей как раз появилось отличное развлечение после обеда — посмотреть, как смертного шизофреника задирают призраки.

***

Десятки древних тварей запустили скрытое наблюдение за нижним миром...

[Системное уведомление.]

[Настройка обучающего канала... Наблюдение за реалиями 1991 года... Сетевое соединение нестабильно... Просьба к наблюдателям не закрывать окно трансляции...]

[Новый персонаж — «Участковый» получил 0 поздравительных стикеров и 0 запросов на добавление в друзья.]

http://bllate.org/book/39404/5012947