Возможно, дело было в слишком низкой температуре кондиционера, но в эту ночь Ань Луо так толком и не уснул. Ему всё казалось, будто по всему телу разливается странный холод, и от этого леденящего чувства не удавалось спастись, как бы плотно он ни кутался в одеяло. В полудреме перед его глазами внезапно всплыло множество странных картинок.
Женщина с фотографии в сновидении обрела объем, на ее лице застыла мягкая, приветливая улыбка, и она, сощурившись, манила маленького Ань Луо: — Сяо Ло, Сяо Ло, иди скорее сюда, давай сфотографируемся, сюда, сюда. — Маленький Ань Луо в сне неохотно шел к ней, с обиженным выражением лица позволяя брать себя за руку, щипать за щеки, трепать по голове и принимать самые разные нелепые позы для снимков.
Сон был на редкость сумбурным, перед глазами быстро проносились незнакомые сцены, связанные с этой женщиной: яркое солнце за городом, аппетитная говядина на решетке для барбекю, теплая ладонь женщины, сжимающая руку маленького Ань Луо… В конце концов видение застыло на том моменте, когда машина перевернулась на горном склоне и с грохотом взорвалась, а он услышал, как тот маленький Ань Луо отчаянно кричал: — Мама! Мама!
Ань Луо резко проснулся от кошмара, прямо в постели вскинулся и сел, нос к носу столкнувшись с парой черных как смоль глаз.
— Что с братом? — Ань Луо сидел на краешке кровати и, протянув руку, легко коснулся лба Ань Луо.
— Ничего, просто кошмар. — Ань Луо отвернулся, избегая его прикосновения, сжал пальцы под одеялом и тяжело, прерывисто задышал. Из-за жуткого сна его лицо неестественно побледнело, а одежда сбилась в беспорядке, пуговицы расстегнулись, обнажая широкую полосу белой груди.
Ань Луо задумчиво посмотрел на его бледное лицо и учащенное дыхание, и взгляд его постепенно потемнел.
Спустя мгновение Ань Луо наконец успокоился, совладал с бешеным стуком сердца и, опустив голову, тут же заметил, что его одежда на верхней половине тела распахнута и он почти полностью обнажен, а взгляд Ань Луо как раз…
Пусть они оба были мужчинами, но вот так среди бела дня оказаться напоказ перед кем-то заставило Ань Луо почувствовать себя неловко. Помрачнев, он произнес: — Впредь, прежде чем заходить в мою спальню, стучись, это элементарная вежливость.
Ань Луо тихо ответил: — Я стучал, ты не услышал.
— … — Ань Луо не пожелал с ним спорить и попытался повернуться, чтобы встать с кровати, но тот мягко перехватил его за руку.
— Откуда эти раны на теле? — Ань Луо указал на несколько бледных шрамов внизу живота.
Когда Ань Луо только очнулся, он лежал в больничной палате, а на груди и животе у него красовались тяжелые следы от ударов хлыста. Те несколько дней в больнице раны приходилось промывать и перевязывать каждый кыл, и после курса лечения они в основном затянулись, но всё же оставили заметные бледно-розовые отметины. На фоне бледной кожи они бросались в глаза.
Ань Луо опустил взгляд на шрамы на животе, нахмурился и произнес: — Не помню, наверное, избили, когда похищали.
Зрачки Ань Луо чуть сузились. Помолчав немного, он протянул руку и едва заметно коснулся рубца: — Еще болит?
Ань Луо сухо бросил: — На твоем месте стал бы ты обращать внимание на такие пустяки?
Ань Луо ничего не ответил, но выражение его лица уже выдавало ответ.
Ань Луо сказал: — И я нет.
Для мужчины пара мелких шрамов — не повод для переживаний, Ань Луо совершенно не волновали подобные отметины. В прошлой жизни ему довелось провести немало времени на волосок от смерти, и ранения он получал куда более страшные. Однажды во время вылазки на него совершили нападение, пуля угодила прямо в ногу, и хлынула кровь; стиснув зубы, он разорвал собственную рубашку, перевязал правую ногу, выхватил пистолет, пристрелил нападавших, а затем, волоча поврежденную ногу, взобрался в машину и благополучно унес ноги.
Нынешние царапины от хлыста были для него сущим пустяком.
Ань Луо опустил голову и застегнул пуговицы пижамы. Хотя взгляд Ань Луо заставлял его чувствовать себя не совсем в своей тарелке, он быстро отмахнулся от этого дискомфорта из-за чужого пристального внимания… Откинув одеяло, он присел на край кровати, взглянул на Ань Луо и произнес: — Отведи меня в уборную, мне нужно умыться.
Услышав его почти приказной тон, Ань Луо не удержался и чуть изогнул уголки губ. Подхватив его на руки, он бережно поднял его, усадил в только что принесенное кресло-коляску и покатил в ванную.
Ань Луо сказал: — Можешь пока выйти.
Ань Луо не вышел.
Ань Луо бросил на него взгляд: — Если тебе интересно, можешь понаблюдать и за тем, как я чищу зубы.
Ань Луо кивнул.
И тогда он действительно остался стоять там, с абсолютно честным выражением лица наблюдая за тем, как Ань Луо чистит зубы, словно присутствовал на серьезных военных учениях.
Ань Луо проигнорировал его, молча вернулся к умыванию и чистке зубов, а закончив водные процедуры, наконец произнес: — Спускай меня вниз.
— Хорошо. — Ань Луо с самым серьезным видом подошел ближе и наклонился, чтобы поднять его. Но когда его руки уже легли под колени старшего, он внезапно замер, поднял на него глаза и спросил: — Кажется, сегодня брат совсем не против того, чтобы я снес его вниз на руках?
Ань Луо ответил: — Потому что мне не хочется спускаться по лестнице на четвереньках, как зомби.
Ань Луо живо вообразил эту картину и невольно улыбнулся: — Братец умеет отпускать черные шуточки.
Ань Луо отрезал: — Я не шутил.
— Мм, так еще холоднее.
— … — Ань Луо поленился спорить. Характер Ань Луо был примерно таковым: если он что-то себе вбил в голову, переубеждать его бесполезно.
Когда они вышли из спальни, им как раз попался на глаза только что проснувшийся Ань Мо. Ань Луо бросил ему короткое утреннее приветствие и, проигнорировав, продолжил нести брата вниз.
Ань Мо улыбнулся и последовал за ними: — Чего это брат так рано встал?
Ань Луо ответил: — Разбудили.
Ань Луо покосился на него, но промолчал.
Внизу за обеденным столом сидел Ань Юйдун и читал газету. Увидев, что Ань Луо спускается на руках у Ань Луо, он с улыбкой произнес: — Ань Луо, что ты так рано поднялся, мог бы еще поспать.
Ань Луо ответил: — Ничего, я вчера рано лег.
Пока они разговаривали, на стол подали завтрак. Ань Юйдун отложил газету и предложил: — Тогда садись завтракать с нами.
Ань Луо бросил взгляд на газету и заметил, что это свежий выпуск развлекательного еженедельника. Крупный заголовок на первой полосе вроде бы гласил о Корпорации Хуаань. Из новостей, которые Ань Луо просматривал каждый день во время пребывания в больнице, он уже успел кое-что уяснить: Корпорация Хуаань принадлежала семье Ань и считалась одним из трех главных гигантов отечественного шоу-бизнеса, воспитавшим целую плеяду звезд первой величины, включая второго брата, Ань Яня.
Ань Луо озадаченно спросил: — Отец, на фирме что-то случилось?
Ань Юйдун улыбнулся: — Тебе не нужно об этом беспокоиться, просто отдыхай дома и поправляйся.
Хотя он так говорил, Ань Луо считал: раз уж он переродился в семье Ань, нельзя же просто так сидеть у них на шее, ничего не делая и превращаясь в дармоеда. Впрочем, сейчас, будучи прикованным к постели, он всё равно ничем не мог помочь, так что оставалось отложить это дело до лучших времен.
Ань Луо молча уткнулся в тарелку, а закончив трапезу, вдруг произнес: — Кстати, пап, я бы хотел перенести свою спальню на первый этаж.
Ань Луо тут же предложил: — Брату проще просто поменяться комнатами со мной, моя спальня как раз на первом этаже, можешь сразу перебираться туда.
— Не нужно.
Ань Луо без колебаний отверг его предложение и перевел взгляд на Ань Юйдуна: — Отец, на первом этаже найдется свободная комната? Я бы хотел обустроить себе новую спальню.
Ань Юйдун с улыбкой кивнул: — На первом есть пустая гостевая, хочешь переселиться туда?
Ань Луо кивнул: — Да.
После завтрака Ань Юйдун отправился на работу в компанию, а Ань Мо заявил, что собирается встретиться с друзьями, так что дома остались только Ань Луо и Ань Луо.
Расторопные слуги быстро привели в порядок новую спальню, обставив её ровно так, как велел Ань Луо, а простыни и пододеяльники купили совершенно новые. К тому моменту, как всё было закончено, наступило время обеда. Ань Луо утер пот со лба и, сидя в кресле-каталоге, с изрядной долей удовлетворения оглядел свежеобустроенную по его вкусу комнату.
В этот момент дверь отворилась, и вошел Ань Луо, на ходу прикрывая за собой створку.
Лицо его было спокойным, на нем не отражалось никаких эмоций, он лишь тихо произнес: — Зачем было городить такой огород и затевать переустройство? Мог бы просто поменяться со мной.
Ань Луо ничего не ответил.
Ань Луо посмотрел на него и прямо спросил: — Брату настолько претит спать в моей комнате?
Ань Луо помолчал немного, после чего поднял глаза и произнес: — Ань Луо, подойди сюда.
Ань Луо нахмурился и подошел к Ань Луо. Тот поманил его пальцем, прося приблизиться еще, и Ань Луо послушно подался вперед — так близко, что они стали чувствовать дыхание друг друга.
От этой двусмысленной близости воздух в комнате будто застыл. Спустя мгновение Ань Луо озадаченно произнес: — Брат?
Ань Луо чуть подался в сторону, приблизился к самому его уху и, касаясь его мочки, отчетливо проговорил: — У меня есть подозрения, что в моей спальне на третьем этаже кто-то установил жучок.
— …
В отличие от ледяного выражения его лица, дыхание, щекотавшее ухо, было теплым и мягким, словно легкое перышко, скользнувшее по самым сокровенным глубинам души.
Ань Луо поднял голову, встречаясь взглядом с безмятежными, но серьезными глазами Ань Луо.
— Я не хочу, чтобы тебя прослушивали, понимаешь? — произнес Ань Луо.
Ань Луо кивнул, тоже прижался губами к его уху и тихо спросил: — Как брат догадался?
Ань Луо ответил: — Интуиция.
Ань Луо ненадолго умолк: — То есть брат сделал вывод исключительно на основе интуиции, не имея никаких доказательств?
Ань Луо было неприятно ощущать, что Ань Луо в нем сомневается, но возразить на это заключение он ничего не мог.
Он действительно полагался лишь на чутье. Годы скитаний по лезвию ножа приучили Ань Луо ежесекундно остерегаться предателей и лазутчиков в своем окружении, из-за чего его восприятие стало куда острее, чем у обычных людей. У него было странное предчувствие: за ним определенно кто-то следит. Иначе с чего бы старшему господину семьи Ань бесследно пропасть на три дня и едва не лишиться жизни, пока полиция не может напасть ни на единый след?
Вчера, поднимая ту рамку для фотографии, Ань Луо отчетливо понял, что рамка двойная и её явно пытались вскрыть. К тому же угол, под которым она стояла, был выставлен неровно — её очевидно кто-то двигал. Если бы кто-то захотел спрятать внутри прослушивающее устройство…
Ань Луо решил поделиться этой догадкой с Ань Луо: — Я обнаружил…
Однако он никак не ожидал, что Ань Луо в этот момент резко повернет голову.
Ань Луо, собиравшийся прошептать всё это ему на ухо, не успел затормозить и угодил губами прямо в его губы.
http://bllate.org/book/39344/4974006
Сказали спасибо 0 читателей