Пруд на площади теперь принадлежал только одной рыбке — Лао Цзиню, и вовсе не потому, что тот захватил эту территорию силой. Раньше там жили и другие мелкие рыбы, но никто из них не выносил старческого склероза и бесконечной болтовни Лао Цзиня. Подумайте сами, каково это — каждые несколько мгновений слышать от Лао Цзиня один и тот же вопрос: «Ты кто такой?». Разве мог какой-нибудь зверь стерпеть подобное? Обычно, пока Лао Цзинь еще не успевал их запомнить, соседи в полном отчаянии собирали вещи и съезжали. В итоге Лао Цзинь оставался в пруду в полном одиночестве — до того тоскливо ему становилось, что стоило кому-нибудь пройти мимо, как он тут же с нетерпением выпрыгивал наружу, пытаясь завязать разговор.
Юй Дундун надеялся, что Сяо Куань поселится там не для того, чтобы запереть его навсегда, а лишь для того, чтобы крокодильчик привык к общению с внешним миром. Если в будущем ему захочется съехать — пожалуйста, никто не станет возражать.
Юй Дундун представил Сяо Куаня Лао Цзиню и обмолвился, что малыш, возможно, вскоре будет жить в пруду. Лао Цзинь подпрыгнул на добрые три сажени в высоту и отреагировал с невероятным энтузиазмом:
— Маленький крокодил, не бойся, живи здесь смело! Пока я, Лао Цзинь, прикрываю тебя, никто больше не смеет тебя обижать!
Хотя раньше о Сяо Куане и заботились сородичи, для большинства из них он был лишь неразрешимой головной болью, обузой, о которой старались поскорее забыть, так что уход за ним был сугубо формальным. Позднее его и вовсе запугивал и третировал огромный речной выдр, из-за чего он жил в атмосфере сурового холодного безразличия. Какое-то время Сяо Куань искренне верил, что весь мир устроен именно так. Но с того самого дня, когда Юй Дундун вынес его на руках из топей, его привычный мир перевернулся: добрый управляющий, живой и энергичный Сяо Юань, на вид не слишком приветливый Бай Сюань, который, тем не менее, очищал его от скверны, Лао Цзинь — при первой встрече показавшийся каким-то ненадежным, но пообещавший взять его под защиту, а также те звери-монстры, мимо которых они только что шли и на чьи приветствия их дружелюбно откликаться подталкивал Сяо Юань, — все они без исключения оказались необычайно добрыми.
Оказывается, этот мир совсем не похож на болота, он полон дружелюбия.
Размышляя об этом, Сяо Куань прижался к краю каменного бордюра у пруда, с опаской вытянул лапку и осторожно потрогал воду. Затем он поднял голову на Юй Дундуна и тихо произнес:
— Вода... чистая.
Юй Дундун тут же улыбнулся и присел на корточки:
— Да, вода в этом пруду очень чистая. Если будешь жить здесь, тебе больше не придется бояться, что глаза воспалятся.
Сяо Куань слегка вильнул хвостом, и было заметно, как его прежнее сопротивление и страх сменились легким предвкушением.
Еще недавно Юй Дундун сильно переживал, что Сяо Куань ни за что не захочет перебираться из бассейна, и этот результат позволил ему наконец выдохнуть с облегчением. Он сказал крокодильчику:
— Брату нужно отлучиться по делам. Побудь пока здесь с Сяо Юанем и поболтай с дядей Лао Цзинем, хорошо?
Сяо Куань еще ничего не успел ответить, как Лао Цзинь тут же вмешался:
— Иди по своим делам, не переживай! С маленьким крокодилом здесь ничего не случится, неужели ты боишься, что я, Лао Цзинь, не услежу за одним детенышем?
— Иди, братец Дундун, Сяо Куань побудет со мной, — тоже подбоченился Сяо Юань.
Сперва Сяо Куань немного встревожился, услышав, что Юй Дундун собирается оставить его одного, но, бросив взгляд на Сяо Юаня и Лао Цзиня, всё же кивнул Юй Дундуну:
— Здесь... жду.
Юй Дундун еще раз ласково погладил его и только после этого поднялся на ноги.
От Сигуа Юй Дундун узнал, что в маленьком городке есть всего одна строительная компания, которая располагается в квартале псовых. Добравшись туда по подсказкам, он остановился перед воротами уединенного просторного двора. На каше висела вывеска с надписью «Строительная компания дома Сяо Ха», внизу которой были нарисованы косточка и несколько отпечатков собачьих лап.
Хм... Настоящая работа зверей-монстров: что рестораны, что строительные компании — названия неизменно оригинальные.
Ворота были закрыты. Юй Дундун нажал на звонок и долго ждал, но никто не открыл. Заметив, что калитку можно просто толкнуть, он снова нажал на кнопку звонка и, не дождавшись никакой реакции изнутри, решительно толкнул створку.
Двор оказался огромным, с горкой и качелями, правда, слегка потрепанными. Особенно горка — ее углы были сплошь в выбоинах и зазубринах, словно ее кто-то усердно грыз.
Миновав двор, Юй Дундун подошел к дверям дома и только занес руку, чтобы постучать, как дверь внезапно распахнулась, и на него обрушилась целая волна громкого собачьего лая. Несколько огромных псов с воем вылетели наружу; Юй Дундун, стоявший прямо посредине, едва увернулся от пронесшихся мимо тел и чуть не рухнул на землю. Не успел он прийти в себя, как ему в руки буквально всунули громадную кость, а в ушах раздался призывный голос:
— Мелкий Юй, брось мне! Брось мне!
Юй Дундун повернулся в сторону звука и увидел огромного черно-белого пса с пронзительными синими глазами. На лбу у него красовались три белые отметины — точь-в-точь увеличенная копия сибирского хаски из воспоминаний Юй Дундуна. Во дворе резвились и другие гигантские хаски: одни самозаступенно катались с горки, другие сбились в кучу, отнимая друг у друга качели, а третьи свирепыми мордами усердно вгрызались в и без того исцарапанную горку.
А тот самый пес, что окликнул Юй Дундуна, теперь с пронзительным, полным свирепого презрения взглядом уставился на него. От такого взгляда Юй Дундуну стало не по себе, но в следующий миг хаски высунул язык, и вся его устрашающая грозность мгновенно сменилась глуповатым и умилительным выражением.
Пес запрыгал на месте, подгоняя гостя:
— Мелкий Юй, давай же, кидай!
— А... э... — растерянно протянул Юй Дундун и швырнул кость в сторону гигантского хаски. В голове пронеслось: как странно, он ведь видит этого великана впервые, почему тот ведет себя так фамильярно, словно они старые добрые друзья?
Пребывая в полном ошеломлении, Юй Дундун был вынужден добрую часть времени играть с этим хаски в игру «ты бросаешь кость — я приношу». Только когда Юй Дундун окончательно выбился из сил и тяжело задышал, он наконец замахал руками, уселся прямо на землю и простонал:
— Я... я так устал, дай передохнуть!
Что вообще происходит?! Разве он не пришел в строительную компанию обсудить ремонт жилья, с какой стати он тут развлекается метанием костей?!
Хаски подбежал к Юй Дундуну с костью в зубах, присел на корточки и, наклонив голову, озадаченно произнес:
— Мелкий Юй, от тебя пахнет как-то странно.
Юй Дундун принюхался к собственному рукаву:
— Что не так?
— Сплошной человеческий дух.
Юй Дундун вытаращил глаза:
— Так я и есть человек!
— Чего? Оказывается, мелкий Юй — человек? Как это я раньше не заметил! — Хаски выглядел еще более изумленным, чем Юй Дундун. С видом первооткрывателя он тут же подозвал остальных сородичей полюбоваться на диковинку: — Эй, вы только посмотрите, мелкий Юй — человек! А я-то всё думал, что он Марионетка!
В этот момент за воротами двора показался Марионетка. Неся в руках корзину с овощами, он бодро шагнул внутрь и весело объявил:
— Дорогуши, я вернулся!
В шумном дворе мгновенно воцарилась тишина. Юй Дундун, которого только что окружила стая гигантских псов, оживленно обсуждавших, человек он или нет, поднял голову и вместе со всеми уставился на вошедшего. У Марионетки оказались пронзительные синие глаза, а на груди красовался бейдж с отчетливо выведенными иероглифами: Сяо Юй.
Гигантский хаски, заставлявший Юй Дундуна бросать кости, перевел взгляд на него и наконец всё понял:
— Ты не Сяо Юй!
Лицо Юй Дундуна покрылось темными тучами. Теперь стало понятно, почему всё выглядело так странно: он ведь пришел сюда впервые, а эти огромные собаки окликали его так уверенно — оказывается, Сяо Юй и Сяо Юй звучали одинаково!
И эти звери-монстры вроде бы даже обрели духовный разум, но как можно было перепутать человека с Марионеткой? Юй Дундун безмолвно вздохнул:
— Меня зовут Юй Дундун. Юй из остатка, я новый управляющий, я человек, а не Марионетка.
Впрочем, больше всего его поражало собственное простодушие: он ничего толком не узнал, зато по первому требованию так долго таскал палки и бросал кости...
Наконец-то у Юй Дундуна появилось время представиться должным образом, заодно он узнал имена местных хаски. Того самого великана, что заставлял его метать кости, звали довольно благозвучно — Чжань Лань. Он являлся хозяином этого двора и вожаком стаи, а остальные хаски приходились ему младшими родственниками по крови. Сама же строительная компания получила название в честь правнука Чжань Ланя — малыша, чье имя происходило из стольких поколений назад, что сосчитать их было уже невозможно.
Чжань Лань оказался... на редкость ребячливым.
Разобравшись с тем, кто есть кто, Юй Дундун с некоторой заминкой изложил цель своего визита.
Будучи зверем-монстром, Чжань Лань, стоило ему перестать дурачиться с костями, мигом терял всю свою наивную миловидность. Строгий вид в сочетании с пронзительным взглядом придавал ему сходство с властным генеральным директором — зрелище было весьма внушительным.
Узнав, что он заставлял метать кости самого управляющего маленького городка, Чжань Лань выразил искреннее смущение и пообещал в качестве извинения сделать хорошую скидку на общую стоимость ремонта.
В глубине души Юй Дундун уже серьезно сомневался. Если бы не тот факт, что в городке существовала лишь одна строительная компания, да еще и с расценками ниже некуда, он бы ни за что не доверил этим огромным хаски ремонт.
Заметив колебания Юй Дундуна, Чжань Лань поспешил заверить его:
— Не переживай, мы чистокровные хаски, а наши строительные навыки — первоклассные!
От этих слов Юй Дундун занервничал еще сильнее. Чистокровные? То есть стопроцентные хаски-вредители?! Да уж, от этого становится по-настоящему страшно! Вы уверены, что под первоклассными навыками имеете в виду строительство, а не разрушение дома?
Тем не менее, ремонт был жизненно необходим. Вспомнив бассейн, отремонтированный прошлым управляющим, который выглядел вполне сносно, Юй Дундун попытался успокоить себя и всё же поручил Чжань Ланю и его стае заняться переделкой дома.
Вскоре Чжань Лань выделил двух хаски в сопровождение Юй Дундуну. Они должны были осмотреть его жилище, выслушать пожелания по дизайну, а затем вернуться, чтобы составить проект. Как только Юй Дундун утвердит чертежи, можно будет закупать материалы и приступать к работам.
Когда Юй Дундун уже собирался уходить вместе с двумя псами, откуда ни возьмись выскочил крошечный щенок хаски ростом не выше человеческой голени. Сопровождавшие его псы назвали малыша Сяо Ха. Юй Дундун внезапно всё понял: так вот он какой, Сяо Ха, тот самый внук... в энном поколении самого Чжань Ланя.
Сяо Ха не собирался возвращаться. Он подбежал к Юй Дундуну, уставившись на него огромными, блестящими синими глазами полными любопытства, обнюхал его ноги и пропищал молочным голосочком:
— От тебя пахнет совсем не так, как от Сяо Юя. Ты человек? Ты управляющий?
Юй Дундун удивился — этот маленький Сяо Ха казался на редкость смышленым. Он присел на корточки, заглядывая щенку в глаза:
— Да, верно. Меня зовут Юй Дундун.
Сяо Ха присел на задние лапки и задрал голову к двум большим хаски:
— Дядя А Мо, можно мне пойти погулять с ними?
А Мо ответил:
— А ты навестил Маомао?
— Брат Маомао на вызове, — откликнулся Сяо Ха.
А Мо немного подумал и сказал:
— Ладно, я вернусь и предупрежу дедушку Чжань Ланя.
Пока А Мо бегал обратно, Сяо Ха преданно сидел на месте, то и дело поднимая голову и с любопытством разглядывая Юй Дундуна. Получив разрешение Чжань Ланя, А Мо вернулся, и Сяо Ха тут же вскочил на лапы, семенив рядом с Юй Дундуном. Превратившись в ходячее воплощение бесконечных вопросов, он на ходу расспрашивал, откуда Юй Дундун родом, весело ли в том городе и похож ли внешний мир на их маленький городок.
Это был чрезвычайно любопытный и тянущийся к неизведанному за пределами городка маленький хаски.
[Примечания автора]
Мэр: Только посмотри, как ты отремонтировал этот дом — собаки погрызли?
Юй Дундун: Мэр проницателен, и правда собаки погрызли.
http://bllate.org/book/39325/4970860
Сказали спасибо 0 читателей