Готовый перевод Dog's Life / Жизнь на привязи: Сто лет искупления: Глава 11

— Вряд ли получится. Сейчас распределение обязанностей и так плотное, но ещё не зашкаливает. Добавить ещё одно место — дело плевое, но наверху к таким невнятным манёврам могут отнестись по-всякому. Если потом станут пристально следить, тебе придётся несладко.

— Тоже верно, об этом я тоже думал. — Чэнь Цзин потянулся и произнёс: — Вот бы кто-нибудь пошёл на повышение, тогда бы освободилось одно местечко. Неужели Старший Янь действительно не хочет отдельно возглавить команду?

Янь Шаоцзюнь с улыбкой глянул на Чэнь Цзина:

— Ох, куда мне на старости лет ещё команды возглавлять? Ни к чему мне это. Сейчас хочется побольше времени уделять семье. Младший в старшую школу пошел — такой егоза, просто с ума сойти. Столько хлопот. Лучше оставлять больше возможностей вам, молодёжи.

Чэнь Цзин тоже улыбнулся:

— Если даже Старший Янь не соглашается, то куда уж с моей выслугой. Вот если бы помощник Е — это ещё куда ни шло. Хоть он и устроился в компанию сравнительно недавно, но за генеральным директором Фу ходит уже много лет. Если он решит уйти в автономное плавание со своей командой, генеральный директор Фу наверняка его поддержит. Я просто завидую такому надежному тылу.

Янь Шаоцзюнь громко рассмеялся и сказал:

— Если ты уйдешь, будет то же самое.

— Ничего подобного. Помощник Е и генеральный директор Фу дружат со средних классов. Говорят, когда генеральный директор Фу потом уехал учиться за границу, он даже взял с собой помощника Е. Одной лишь этой многолетней товарищеской привязанности нам ни за что не переплюнуть. Если у помощника Е возникнет мысль самостоятельно возглавить команду, я всеми руками буду за него.

Янь Шаоцзюнь добродушно рассмеялся и больше не стал поддерживать разговор.

Он проработал на этой должности столько лет, и многие считают его всего лишь помощником: какими бы ни были его способности и таланты, сверху всегда нависает Фу Хань, не давая развернуться. На самом деле всё это — лишь заблуждения обывателей. Лишь немногие знали, что семья Янь ещё со времен его отца была исключительно близка с кланом Фу, и он не стал исключением — во многих внутренних и внешних делах клана Фу он был своим человеком.

Иначе с чего бы Фу Хану в самом начале, когда он только принял дела, назначать именно его на эту должность помощника и передавать ему все полномочия?

По правде говоря, это доверенное лицо. Свои всегда ближе, независимо от размера должности.

Если подумать, мысли Чэнь Цзина свойственны любому амбициозному молодому человеку: плести интриги, вытеснять неугодных и сближаться с теми, с кем выгодно — в этом нет ничего предосудительного. И пытаясь выжить Е Шэньмэна, тот тоже выбрал мягкую грушу, с которой можно побороться.

Будь их непосредственным начальником кто-нибудь другой, Янь Шаоцзюнь верил бы, что у Чэнь Цзина есть шанс. К сожалению, их начальник — Фу Хань!

Характер у Фу Ханя холодный, но к числу неконтактных людей он не принадлежит. Напротив, его можно назвать весьма разговорчивым человеком, лишь бы всё было обоснованно и с фактами на руках. К тому же из-за своей привычки держаться в тени многие заблуждались на его счёт, полагая, будто Фу Хань — это просто рабочая машина, у которой нет никаких предпочтений, а в делах он руководствуется исключительно способностями и беспристрастностью.

Они и не подозревали, до чего же это колоссальное заблуждение!

Ни один человек на вершине власти не бывает абсолютно беспристрастным — он лишь создаёт такое впечатление. За этим фасадом кроется совсем другое, особенно на таких приближенных должностях, где каждое назначение тщательно обдумывается. И взвешивает всё не только сам Фу Хань, но и весь клан Фу.

С чего это вдруг Чэнь Цзин возомнил, будто может занимать своё нынешнее место? Благодаря способностям? Янь Шаоцзюнь лишь презрительно фыркнул: да что́ эти способности значат! Нечего думать, будто стоит провернуть пару проектов, как без тебя уже не обойтись. Людей с такими навыками пруд пруди, и даже самый посредственный специалист при накоплении достаточного опыта справится ничуть не хуже.

Вся суть в том, чтобы улавливать точку баланса между различными структурами компании, а поднимаясь на уровень выше — тщательно осмыслять отношения между акционерами и влиятельными семьями. По-настоящему мыслящие люди понимают: наверху думают о том, как держать под контролем этих гигантских монстров, а вовсе не о том, как ворочать проектами. Проекты — это забота тех, кто внизу. С этой точки зрения Чэнь Цзин просто случайно сорвал куш, и Фу Хань пристроил его на место помощника.

Просто Фу Хану в тот момент потребовался молодой человек без влиятельного бэкграунда.

С другой стороны, раз уж Фу Хань расставил всех по местам, словно фигуры на доске, то чего стоит эта пешка — Е Шэньмэн? Неужели Фу Хань не видит, чем Е Шэньмэн занимается целыми днями? Или он всерьёз считает генерального директора Фу слепцом? Думает, будто Е Шэньмэн держится на этой должности исключительно благодаря лести и мелким услужливым знакам внимания?

Что за шутки.

Они ведь работают в паре — черное и белое, слаженно до безумия.

Помощник Е как раз и создан для того, чтобы разгребать завалы. Если какое-то подразделение начинает бунтовать, или какому-то директору требуется устроить встряску, спуститься от общего курса политики до вопросов откатов и тёплых местечек — разве не случается так, что генеральному директору Фу что-то претит, и он отправляет Е Шэньмэна разобраться?

А уж нюх у этого помощника Е — просто ослепительный, не хуже лазерного луча. В таких делах генеральный директор Фу до последнего старается не открывать рот лишний раз, всё ложится на плечи тех, кто умеет читать между строк.

Посади сейчас Чэнь Цзина на место Е Шэньмэна — у того перед глазами просто всё поплывёт, и он ничегошеньки не сообразит. Мысли генерального директора Фу глубоки, а выдержки ему не занимать; прочесть хоть что-нибудь на этом лице — уже величайшее достижение.

А помощник Е управляется с этим блестяще. Не заглядывая далеко в прошлое, взять хотя бы всю эту историю с Сунь Сянем. Разве не на внутреннем совещании правления тогда прямо указали, что шайка Сунь Сяня сгребает слишком много откатов? Именно поэтому помощник Е и отправился разгребать эту грязь. Поднятая им шумиха привлекла всеобщее внимание — посмеют ли после этого те люди вести себя нечисто?

Так что ошибиться можно в чём угодно, кроме одного: нельзя покушаться на чужую пешку, посаженную генеральным директором Фу. Разве это не открытая попытка отнять чужую территорию? И пусть даже в будущем помощника Е назначат козлом отпущения, сейчас он им точно не является. Из всех троих у него самый железобетонный тыл, за его спиной стоит сам Фу Хань. Без столь прочных гарантий никто бы не полез в эту глубокую яму!

Если Чэнь Цзин всерьёз вздумает выжить Е Шэньмэна, это всё равно что биться яйцом о камни — конец будет плачевным!

Сколько бы людей в компании ни смотрели на Е Шэньмэна сквозь призму предвзятости, а то и открыто или за глаза не насмехались над ним, Янь Шаоцзюнь никогда в этом не участвовал. Хотя их отношения с Е Шэньмэном нельзя было назвать близкими, по крайней мере, между ними не было никакой вражды. Эту дистанцию Янь Шаоцзюнь выдерживал намеренно: ни близко, ни далеко — в самый раз. Он пока не раскусил, какое именно отношение питает Фу Хань к этой пешке по имени помощник Е, и завязывать с ним фамильярность сгоряча — значит нарушить табу генерального директора.

Однако выказывать свои мысли Янь Шаоцзюнь вовсе не собирался. Он не обязан наставлять столь наивного юнца, который толком не успел закрепиться на местности, а уже мечтает делить чужие участки. Подобное понимание приходит лишь с разницей в опыте и кругозоре, через которые нужно пройти шаг за шагом, чтобы всё стало ясно и прозрачно. В словах же посторонних людей искренне поверить не получится.

— Я-то уже стар, порох кончился, мне бы только в компании кое-как до пенсии дотянуть. А в том, что касается ваших молодежных начинаний, я вас во всём поддержу. Если кто-то из вас и вправду решит уйти на вольные хлеба с командой, старик Янь непременно вас поддержит, обязательно продолжу болеть за вас.

Выслушав это, Чэнь Цзин перебросился еще пара дежурными фразами и поднялся из-за стола. Намерение помощника Янь было предельно ясным: в мутной воде он мараться не собирается и вмешиваться ни во что не станет.

Чэнь Цзин, конечно, и не рассчитывал, что Янь Шаоцзюнь переметнется на его сторону, он заходил сегодня лишь для того, чтобы прощупать почву. Вытянуть хоть что-нибудь из этого старика оказалось слишком сложной задачей. Поначалу он даже думал воспользоваться шансом и расспросить Янь Шаоцзюня насчёт тех слухов, но в итоге передумал — ему не улыбалось заработать репутацию сплетника.

————

Шестидесятилетний юбилей Группы Баошэн отмечался с грандиозным размахом. Сферы деятельности этого гигантского конгломерата были чрезвычайно широки, и хотя на торжественный банкет пригласили лишь людей с именем и весомым статусом, просторный зал всё равно казался тесноватым.

На дневном собрании передовиков производства Е Шэньмэн отделался лишь поощрительным конвертом из фонда сотрудников. Двести юаней внутри конверта едва ли хватило бы на скромный обед за пределами офиса.

В зале раздался взрыв бурных аплодисментов: восьмидесятилетний почетный председатель Группы Фу Яньнин на сцене наконец-то завершил свою затянувшуюся речь. С улыбкой помахав рукой, он принял из рук молодой красивой помощницы высокий бокал с подноса и произнес тост:

— В оставшиеся мне годы я намерен вместе со всеми вами упорно трудиться, чтобы привести Баошэн к новым высотам!

Все присутствующие поднялись со своих мест, поднимая бокалы в знак ответного приветствия.

Е Шэньмэн лишь слегка пригубил вино, как сидевшая рядом секретарь Линь наклонилась к его уху и шепнула:

— А старейшина Фу держится молодцом. Ему за восемьдесят, а ни за что не дашь.

Янь Шаоцзюнь случайно услышал это и с улыбкой отозвался:

— Всего пару лет как отошел от дел в армии, забот поубавилось, вот и выглядит даже бодрее прежнего.

Секретарь Линь поддразнил его:

— Помощник Янь, за нашим столом вы лучше всех разбираетесь в делах клана Фу. Разве не говорят, что старейшина Фу больше всех любит второго молодого господина? Тот раньше никогда не показывался на людях, а теперь вот появился подстраховать — неужели это подготовка почвы для второго молодого господина?

— Где ты только нахватался этих сплетен? Разве не мы только днем получили награды для лучших сотрудников? Что такое, неужели второй молодой господин входит в группу, и ты уже готов бросить нас и перебежать к нему под крылышко?

— Бросьте, с нашим генеральным директором Фу лучше всего: контролирует мало, мозг не выносит. Такого начальника с фонарями не сыщешь.

— Точно, да еще и помощник Е помогает секретарю Линь сбрасывать груз забот, даже чай подавать не приходится. — Чэнь Цзин улыбнулся. — Только если второй молодой господин действительно войдет в компанию, кто поручится, что внутри не начнутся перестановки? Кажется, он сводный брат генерального директора Фу по отцу. Впрочем, на нас это никак не отразится, мы люди работящие, нам всё равно, за кем идти.

Е Шэньмэн подумал про себя, что этот Чэнь Цзин и впрямь помнит о нем каждую секунду — ухитряется уколоть его через любое дело. Чем же он заслужил столь глубокое впечатление в сердце собеседника? Впрочем, к таким речам он давно привык и утруждать себя ответом не стал.

Придерживаемый помощником, Фу Яньнин спустился со сцены. Волосы его поседели, но сегодня лицо излучало здоровый румянец. Когда он почти дошел до своего стола, к нему навстречу шагнул молодой человек, взял под руку и помог усесться.

За тем столом пустували три места, причем Фу Яньнин ближе всего оказался к крайнему левому. Однако, уже собираясь опуститься на стул, он повернул голову, бросил взгляд влево, демонстративно поморщился и тяжело фыркнул, после чего сделал еще пару шагов и уселся на самое крайнее место справа.

http://bllate.org/book/39274/4962612

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь