Готовый перевод Love Brain Awakens, Becomes Famous on Variety Show / Избавившись от любовной одержимости: Триумфальное возвращение на шоу: Глава 6

Неудивительно, что весь интернет пестрит заголовками о том, как Вэнь Юань пытается пропиариться, чтобы вернуть себе былую популярность.

Вэнь Юань снова открыл приложение с видео: съемочная группа выпустила новый анонс. В этом выпуске должен появиться гость, который не смог прийти в прошлый раз из-за плотного графика — занявший когда-то второе место на шоу талантов, а ныне пребывающий на пике славы киноактер Луань Мочи.

В те времена, во время конкурса, все его мысли были заняты лишь Пэй Цинсюанем. Он совершенно не обращал внимания на Луань Мочи, и лишь один-единственный эпизод из прошлого врезался ему в память.

Луань Мочи — человек, которого Вэнь Юань терпеть не мог.

Когда Вэнь Юаню было восемнадцать, девятнадцатилетний Луань Мочи случайно поставил пятно на белых кедах, в которых тот собирался выступать, и начал настойчиво навязывать взамен пару дорогущих кроссовок. Вэнь Юань тогда сидел в общежитии и лил слезы над испачканной обувью: это были парные кеды, которые он купил специально для Пэй Цинсюаня. Какими бы дорогими ни были кроссовки Луань Мочи, они не были парными. Ему не нужны были кроссовки Луань Мочи.

Выступление было уже на носу, времени искать другую обувь не оставалось, и ему пришлось выйти на сцену в тех самых кедах, что навязал Луань Мочи. А потом, из-за того что обувь оказалась не по размеру, он растянулся на сцене во весь рост. Весь зал покатился со смеху. Это был самый унизительный момент в его жизни с самого рождения и до восемнадцати лет. Хотя и после восемнадцати ради Пэй Цинсюаня он совершил немало постыдных поступков, но, если не считать самого Пэй Цинсюаня, Луань Мочи был единственным, при воспоминании о ком на душе становилось досадно и тяжело, а сам он не мог вынести груз прошлого.

Вторая серия шоу «Струящаяся музыка, остановившаяся время» снималась после обеда в загородном поместье в городе Линьхай. Съемки были рассчитаны на два дня, во время которых велась прямая трансляция в определенные часы. Вэнь Юань по дороге купил немного перекуса и с небольшим рюкзаком доехал до поместья на машине.

Сбор был назначен на три часа дня. Когда он прибыл, то услышал от персонала, что приехали только двое: Ли Хунъянь и Цяо Цяо. Поместье было оформлено в стиле древней архитектуры, а зал, где проходили съемки, напоминал Зал Собраний Верности: в центре, на возвышении, стояло кресло, обитое тигровой шкурой, как у атамана разбойников, а внизу в два симметричных ряда были расставлены стулья для остальных членов шайки. Ли Хунъянь и Цяо Цяо сидели в самом конце этих двух рядов, прямо напротив друг друга. Было сразу видно, что они не близки и принадлежат к разным лагерям.

Когда Вэнь Юань вошел, оба синхронно замолчали и уставились на него многозначительными взглядами. Вэнь Юань все понимал: за последние два дня он слишком часто попадал в горячие темы, и у всех при виде его было такое же выражение лица. С самого момента, как он вышел из дома, и до встречи с персоналом в поместье — каждый словно пытался разглядеть в нем что-то этакое. Большинство неплохо это скрывали, но были и те, кто не стеснялся выказывать свое презрение. Например, когда он пошел относить багаж, в комнате оказался неисправен чайник. Вэнь Юань спросил у проходившей мимо горничной, можно ли его заменить, на что та, облаченная в униформу поместья, покосилась на него и фыркнула: Нет, есть только этот.

Вэнь Юань поджал губы. Ради того, чтобы благополучно завершить съемки и иметь возможность по вечерам кипятить воду, возможно, стоит попытаться наладить отношения?

— Учитель Ли, учитель Цяо. — Вэнь Юань поздоровался с обоими и, не раздумывая, присел рядом с Ли Хунъянем. Так как Ли Хунъянь сидел в самом конце, а он не мог согнать его с места, пришлось сесть в середине, оставив свободными места в начале ряда.

— Здравствуй. — Ли Хунъянь улыбнулся дежурной улыбкой, но в его глазах читалось удивление; он не мог сдержаться и постоянно поглядывал на Вэнь Юаня. Прошло всего два дня, но аура Вэнь Юаня изменилась. Как преподаватель, он привык наблюдать за развитием своих учеников. Во время съемок первой серии, когда они не общались долгие годы и почти не знали друг друга, Вэнь Юань выглядел как человек-невидимка. С самого внешнего вида до отсутствия какой-либо харизмы — длинные распущенные волосы, скрывающие глаза, бледные, лишенные крови губы, словно тысячелетний вампир, только что выбравшийся из гроба. Если бы не то внезапное признание в конце съемок, присутствие Вэнь Юаня на шоу было бы совершенно незаметным.

А сейчас красивый юноша, входящий в зал с улыбкой, в каждом своем движении излучал свет. Полуденное солнце, казалось, служило лишь фоном, подчеркивающим его сияние. Эта аура, исходящая изнутри, просто ослепляла. Привыкший к метаморфозам своих студентов — от застенчивых новичков до звезд сцены, — Ли Хунъянь был уверен, что не ошибся. Скрыв свое потрясение, он кивнул Вэнь Юаню, наблюдая, как тот садится рядом.

Вэнь Юань был одет в самую простую белую футболку и джинсы, волосы были небрежно собраны назад, на лбу рассыпались несколько коротких прядей, открывая белое, красивое лицо. Черты лица были выточены идеально и гармонировали друг с другом, создавая утонченный облик, от которого невозможно было отвести взгляд. Неужели это действительно Вэнь Юань?

У Ли Хунъяня перехватило дыхание. Он постарался сохранить невозмутимость и перевел взгляд на сидевшую напротив Цяо Цяо. Оказалось, та тоже неотрывно смотрела на Вэнь Юаня. Заметив взгляд Ли Хунъяня, Цяо Цяо обменялась с ним коротким понимающим кивком и через силу поздоровалась с Вэнь Юанем:

— Привет, Вэнь Юань.

Цяо Цяо работала в компании Пэй Цинсюаня, поэтому могла держаться только рядом с ним. Два пустых места в начале ее ряда были зарезервированы для Пэй Цинсюаня и Чжо Ши. Пэй Цинсюань был одной из звезд музыкальной индустрии среди молодежи, а Чжо Ши — популярным айдолом в киноиндустрии. У Чжо Ши была неплохая семья, он был высокомерен и смотрел на всех свысока. После того как они оба начали карьеру, они внезапно сблизились — если говорить прямо, они были одного поля ягоды, оба подонки. Только Пэй Цинсюань был двуличным — один раз подонок, другой — прикидывается святошей, а Чжо Ши, пользуясь богатством семьи, даже не утруждал себя притворством: его репутация бабника и гуляки была известна всей индустрии.

Вэнь Юань только успел подумать о Чжо Ши, как от входа послышался насмешливый голос:

— О, какие люди, явились так рано. Вэнь Юань, каково это — быть на вершине поисковых запросов? Ты за эти пару дней привлек к себе немало внимания, не правда ли?

Последние слова были растянуты, и голос стих лишь тогда, когда говоривший остановился прямо перед Вэнь Юанем. Это был Чжо Ши. Вэнь Юань посмотрел на вальяжно стоящего перед ним парня с узкими глазами и длинным лицом — в нем было что-то от корейских звезд, и было совершенно непонятно, как он вообще попал в категорию айдолов. Вэнь Юань не хотел тратить на него время и бросил лишь дежурное:

— Сойдет.

http://bllate.org/book/39116/4937571