Готовый перевод The Heartthrob's Guide to Overturning / Я стал отчимом своего бывшего спонсора: Глава 31

Самолет коснулся земли. Помощник Сяо Ян привычно забрал багаж с ленты выдачи и направился к выходу из терминала, чтобы встретиться с режиссером Фаном.

Серебристо-серый спорткар ждал у обочины. Фан Чжунгуй отдыхал на заднем сиденье: небрежно закинув ногу на ногу и положив руку на колено, он глубоко откинулся на мягкую кожаную спинку. На его красивом, утонченном лице проступали следы явной усталости.

Сяо Ян осторожно приоткрыл дверцу, стараясь не тревожить босса, но даже этого шороха хватило — Фан Чжунгуй мгновенно открыл глаза.

Скользнув на водительское сиденье, помощник негромко спросил:

— Режиссер Фан, везти вас в отель или куда-то еще?

Взгляд режиссера на секунду затуманился растерянностью — он не сразу узнал незнакомый пейзаж за стеклом, — но морок тут же рассеялся. Слегка помассировав ноющую переносицу, Фан Чжунгуй хрипло, с привычной прохладой в голосе скомандовал:

— В Цзючжэнь.

"В такую поздноту — и обратно на съемочную площадку?"

Вопросов у Сяо Яна было хоть отбавляй, однако режиссер уже достал смартфон и набрал чей-то номер.

Динамик ответил чередой прерывистых гудков, после которых бесстрастный механический голос продекламировал: "Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети".

Фан Чжунгуй слегка нахмурился. Он медленно опустил руку с телефоном, и на его обычно мягком, интеллигентном лице проступила тень растерянности и горького разочарования.

За долгие годы совместной работы Сяо Ян научился читать настроение босса как открытую книгу. Догадавшись, в чем дело, он поспешил вмешаться:

— Режиссер Фан, вы пытались связаться с Юэ Цы?

Фан Чжунгуй молча поднял на него тяжелый взгляд. Под этим давлением Сяо Ян похолодел и затараторил, оправдываясь:

— Я перед вылетом сверялся с рабочим графиком. Юэ Цы взял трехдневный отпуск — уехал к какому-то приятелю на съемочную площадку.

— К какому именно? — Фан Чжунгуй спросил это совершенно ровным тоном, но в салоне автомобиля мгновенно повеяло могильным холодом.

У Сяо Яна нервно дернулся уголок рта.

"Я тебе что, гадалка потомственная?"

Спорить с мрачнеющим на глазах начальством было себе дороже, поэтому он молниеносно вытащил телефон и набрал Чэнь Юань, рассчитывая выведать подробности хитрыми расспросами.

"Надо же, и когда это наш режиссер Фан успел стать таким невыносимо ревнивым и капризным?"

Спустя пару минут Сяо Ян завершил звонок:

— Режиссер Фан, Чэнь Юань подтвердила: Юэ Цы поехал к молодому господину Си. Они сейчас глубоко в горах, там связи практически нет, все глушится рельефом.

О том, что сама Чэнь Юань в этот момент навзрыд жаловалась в трубку, как ее безжалостно бросили и заставили куковать в гостинице у подножия горы в ожидании барских указаний, Сяо Ян, разумеется, умолчал.

В машине повисла тяжелая, вязкая тишина. Сяо Ян косился в зеркало заднего вида на абсолютно бесстрастного режиссера, чувствуя, как внутри все сильнее нарастает глухое беспокойство.

"Кажется, босса накрыло окончательно".

Наконец Фан Чжунгуй прервал молчание. Поигрывая смартфоном, он негромко и глухо произнес:

— Едем в Юньчэн. На гору Нинкан.

"Нинканшань?"

Это название заставило Сяо Яна вздрогнуть. Именно там проходили съемки фильма «Темный туман, окутавший горы». Три года назад Фан Чжунгуй внезапно бросил проект, в который вложил всю душу, и спешно улетел за границу. С тех пор все, что касалось той картины, превратилось в абсолютное табу. И вдруг — такое решение... Зачем бередить старые раны?

В голове у помощника воцарился полнейший сумбур. Не решаясь спорить, он завел двигатель и направил спорткар по трассе в сторону Циньчэна. И лишь на середине пути его внезапно осенило молниеносной догадкой: Лу Си ведь сейчас снимается как раз в ремейке «Темного тумана»!

Все встало на свои места. Режиссер готов был содрать застарелые струпья, разорвать едва затянувшиеся шрамы и выставить кровоточащее прошлое на всеобщее обозрение — и все это только ради того, чтобы увидеть Юэ Цы.

***

Съемочная площадка фильма «Темный туман, окутавший горы»

Ян Тао резко обернулась к Ло Яну.

— Ну скажи, разве не похож? — взволнованно зашептала она.

Ло Ян смерил сложным взглядом стоящего неподалеку юношу, буквально источавшего магнетизм и уверенность. Затем перевел взор на Ян Тао, которая выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок от избытка чувств, и поморщился:

— К чему ты клонишь?

Ян Тао шумно втянула воздух сквозь зубы, словно ей в грудь вонзили десяток стрел разом, и капризно, совсем не по-деловому топнула каблуком:

— Да ты посмотри на него! Копия же! Одно лицо, те же повадки... А уж как людей вокруг себя собирает — один в один!

"Похож, спору нет. Но толку-то?"

Ло Ян резко оборвал ее полет фантазии:

— Тот похотливый павлин, вечно распускавший хвост перед каждой дворнягой, сдох три года назад. Хватит грезить наяву. Или ты думаешь, он воскрес и перекроил себе рожу до неузнаваемости?

Он осекся на полуслове. Перед глазами невольно возникло безупречное, рожденное для большого экрана лицо Юэ Цы. В сознании Ло Яна вдруг вспыхнула шальная, абсолютно абсурдная мысль:

"А вдруг?.."

От этого предположения Ло Ян едва не подскочил в режиссерском кресле.

Ян Тао в сердцах швырнула на столик пластиковую папку и запричитала:

— Да что ты вообще смыслишь! Сухарь черствый!

Ло Ян иронично выгнул бровь:

— Мучают сомнения — иди и спроси прямо. В моем кресле ответов ты точно не найдешь.

Тем временем Юэ Цы помогал Лу Си разбирать роль.

Они устроились на узкой скамье почти вплотную друг к другу. Чистый, бархатистый голос Юэ Цы убаюкивал, точно изысканная фортепианная пьеса; Лу Си ловил каждое его слово, чувствуя кожей легкое, теплое дыхание. Юэ Цы с тихой усмешкой листал страницы, изредка отпуская замечания по поводу сюжета:

— Вот в этой сцене Ло Ян совершенно точно нацепит на тебя лонжу и заставит прыгать с обрыва. Трос натягивается — летишь вверх, ослабевает — ухаешь в бездну. Чистый адреналин, аттракцион невиданной щедрости, причем совершенно бесплатный. Обязательно насладись моментом.

Подошедший как раз в этот момент Ло Ян уловил последнюю фразу. Его перекосило от острого чувства дежавю — перед глазами так и встала чужая глумливая, довольная рожа. С трудом подавив раздражение, он хмуро бросил:

— Погляжу, ты мнишь себя экспертом по моим методам работы?

Юэ Цы неторопливо обернулся. На его лице не отразилось ни тени смущения — лишь лукаво сощурились красивые персиковые глаза.

— Ну что вы, режиссер Ло, не судите строго. Я с самого начала карьеры искренне преклоняюсь перед вашим талантом, так что не грех и присмотреться повнимательнее к мастеру.

Почтения в его голосе, впрочем, не было ни на грош — сквозь вежливые фразы отчетливо сквозила тонкая, едва уловимая насмешка.

Внутри у Ло Яна вновь противно екнуло.

Эта развязная манера речи, абсолютная непринужденность на грани наглости, невероятный, бьющий через край магнетизм и, наконец, притворное дружелюбие, за которым скрывался вагон чистого яда... Черт возьми, да перед ним стоял вылитый Ци Инянь в миниатюре!

Мысль промелькнула и погасла. Ло Ян сохранил каменное выражение лица:

— Ты актер, значит?

— Юэ Цы — невероятно талантливый актер, — вклинилась в разговор Ян Тао, многозначительно подмигнув. — Он сейчас занят на главных ролях в «Императоре Мин династии Чу» у Фан Чжунгуя. И, надо сказать, они спелись так, что этот несносный зануда Фан от него просто в восторге.

— Да ладно вам, я просто добросовестно делаю свою работу, — Юэ Цы мысленно усмехнулся ее неприкрытому сводничеству, но подыграл, решив заодно пощекотать нервы своему старому приятелю. — Режиссер Фан, спору нет, мастер выдающийся. Но мое сердце всегда безраздельно принадлежало вам, режиссер Ло. И это не изменится никогда.

"Сердце принадлежало?!"

У Фу Цинси внутри все перевернулось. Он в упор, ледяным взглядом уставился на Ло Яна. Из-за вечных криков и скверного характера режиссера все как-то забывали о его внешности, но сейчас Цинси внезапно осознал: этот тип чертовски привлекателен. Ему едва за тридцать, породистое лицо, волевой подбородок — словом, ходячий концентрат зрелого мужского обаяния.

"В голове Фу Цинси взвыла пожарная сирена высшего уровня опасности".

"Мое сердце принадлежало?!"

От подобного признания у Ло Яна натурально зашевелились волосы на затылке. Юэ Цы говорил с ним точь-в-точь как неверный супруг, пытающийся задобрить старую пассию при упоминании свежего любовника в лице Фан Чжунгуя.

"Блядь, да он издевается! Никакого сладу с этим паяцем!"

Ло Ян грязно выругался про себя, чувствуя, как внутри стремительно вскипает глухая ярость. Черт с ними, с подозрениями, но эта легкая, сводящая с ума манера общаться, способная довести до инфаркта даже мертвого, была визитной карточкой того покойного нарцисса.

— Слышь, умник, — Ло Ян побагровел от злости и злобно зыркнул на гостя. — Ты, кажется, хотел поговорить со мной о роли Хэ Тунтуна? Разговоры окончены. Покажи мне его прямо сейчас, здесь. А если обосрешься — пеняй на себя, вышвырну со съемок к чертовой матери!

Резко развернувшись на каблуках, он рявкнул в сторону:

— Помощник режиссера Ли! Живо тащи сюда мой рабочий сценарий!

— Режиссер Ло, вы рамсы попутали? — Лу Си резко поднялся со скамьи. В его ледяном, хлестком голосе прорезались властные нотки истинного наследника семьи Фу. — Прежде чем устраивать дешевые проверки Юэ Цы, посмотрите, кто рядом с ним стоит.

Спешащий со сценарием помощник режиссера споткнулся на полушаге и мелко задрожал, проклиная свою излишнюю расторопность, из-за которой он влетел прямиком в зону ядерного поражения.

Это не было похоже на их привычные творческие перепалки на площадке — Лу Си рассвирепел не на шутку. Младший наследник великой семьи Фу, с пеленок впитавший законы власти и интриг, умел подавлять одним своим видом. Стоило ему нахмуриться, как температура на площадке упала ниже нуля. Свидетели сцены замерли, боясь издать хоть звук, лишь бы не попасть под раздачу.

Но Ло Яна было не запугать. Он лишь пренебрежительно фыркнул, пропустив угрозу мимо ушей:

— Мои дела с Юэ Цы тебя не касаются, парень. Так что сиди смирно и не лезь вперед батьки.

Градус напряжения стремительно рос. Ян Тао укрылась за своей пластиковой папкой, забавно прикрыв лицо до половины, и затаив дыхание наблюдала за назревающей дракой, жадно косясь на Юэ Цы — как этот проныра выкрутится теперь?

Юэ Цы лишь вежливо кашлянул в кулак, прерывая дуэль взглядов, и невозмутимо произнес:

— Ну и из-за чего сыр-бор? Подумаешь, какой-то Хэ Тунтун. Цинси, иди-ка сюда, присядь обратно. Режиссер Ло у нас мужчина в годах, побереги его здоровье — не дай бог еще удар хватит от нервов.

"В годах... В годах... Мужчина в годах..."

Эта фраза набатом загремела в умах присутствующих. Окружающие с вытаращенными глазами уставились на улыбающегося Юэ Цы, искренне сомневаясь в собственном слухе.

Лишь Лу Си не сдержался и звонко прыснул, окончательно растаптав авторитет режиссера в этой звенящей мертвой тишине.

Ло Ян стоял багровый, на висках его бешено колотилась вздувшаяся синяя жилка. Спустя вечность он процедил сквозь зубы, буквально выплевывая слова:

— Играй давай. Да так, чтобы комар носа не подточил. Иначе я тебя лично закопаю прямо за этим павильоном.

http://bllate.org/book/39110/5182566