Готовый перевод How to Repay Kindness with a Drink / Разве так благодарят за доброту? Бокал вина в мире Цзянху: Глава 6

Ничего, — Цзян Чжоу снова сжал ладони и наконец вернул себе силы.

Он знаком велел Вэй Яню отпустить его.

Шэнь Чжиюй не отвёл взгляда, холодно наблюдая за их взаимодействием.

Остальные проследили за его взглядом и посмотрели на Цзян Чжоу.

Цзян Чжоу натянуто улыбнулся, шаг за шагом подошёл к Шэнь Чжиюю и слегка кивнул:

— Учитель Шэнь.

Шэнь Чжиюй приподнял подбородок, спрятав глаза под полями кепки, и произнёс прохладным тоном:

— Мне следует звать вас генеральным директором Цзяном?

В его словах Цзян Чжоу уловил нотку недовольства.

— Как вам будет угодно. — Цзян Чжоу завёл руки за спину.

Те, кто приветствовал его раньше, обменивались рукопожатиями. Из соображений вежливости Цзян Чжоу тоже должен был протянуть руку и поздороваться.

Но его ладони сейчас выглядели так, что их нельзя было показывать людям, поэтому он медлил и не протягивал руку.

Та капля недовольства, возможно, была вызвана именно этим.

Он не должен был ставить Шэнь Чжиюя в неловкое положение.

В этот момент Цзян Чжоу даже немного возненавидел себя за то, что вчера не сдержался.

Шэнь Чжиюй больше на него не смотрел.

— Большое спасибо всем, кто оказал мне честь и пришёл на площадку побороться за право заключить контракт.

— Я знаю, что это не по правилам. Поэтому я временно решил изменить способ отбора.

Изменить способ отбора?

Почти все собравшиеся сегодня были воротилами компаний, и, услышав это, некоторые тут же помрачнели.

Публичное сравнение цен на месте само по себе было уступкой компаний ради Шэнь Чжиюя. Теперь же Шэнь Чжиюй заявлял, что меняет правила на ходу, что смертельно отдавало издевательством. В конце концов, он всего лишь артист, сколько бы ни было трафика, так играть нельзя.

Пара директоров компаний, услышав это, выругалась и ушла.

Шэнь Чжиюй не стал их удерживать, да, судя по всему, ему было и не особо важно.

— Раз уж мы встретились, значит, таково предначертание судьбы, поэтому в этот раз мы выберем всё по воле судьбы.

— Называйте числа от одного до пяти. Те, кто назовёт то же число, что и я, составят со мной пару для игры в формате на счет ударов. Кто победит, с тем я и подпишу контракт.

— Как вам такое?

Те, кто остался, горели величайшим искренним желанием заключить с ним контракт.

Раз уж аукциона цен не будет, исчезла рыночная конкуренция, и все оказались на одной стартовой прямой, разумеется, никто не возражал.

Услышав это, Цзян Чжоу мгновенно сник.

Если всё решала судьба, то ему можно было и не соревноваться. Он прекрасно понимал: между ним и Шэнь Чжиюем судьба всегда была слишком тонкой.

Когда Шэнь Чжиюй только начинал свою карьерную дорогу, он принял участие в отечественной благотворительной программе, благодаря которой Цзян Чжоу посчастливилось с ним познакомиться. Позже, из-за запрета на всё южнокорейское в стране, рабочий фокус Шэнь Чжиюя переместился в Южную Корею.

Три года назад он присоединился к отечественному реалити-шоу о путешествиях на природе, став временным гостем на один сезон. Примерно в течение четырёх месяцев он возвращался на родину примерно на два дня каждый месяц для съемок.

Мир шоу-бизнеса не велик и не мал.

Узнав об этом, Цзян Чжоу изо всех сил старался снова встретиться с ним на родине. Но как бы сильно Цзян Чжоу ни старался, из-за самых разных причин они с Шэнь Чжиюем вечно разминались.

Единственная их встреча на родине свелась к тому, что он успел лишь проводить взглядом его удаляющуюся спину.

Это был вечер благотворительного аукциона по случаю окончания съемок того реалити-шоу.

Услышав, что Шэнь Чжиюй придет, Цзян Чжоу заранее приехал и стал ждать у входа в зал. К сожалению, до самого конца вечера Шэнь Чжиюй так и не появился.

Разочарованный Цзян Чжоу уехал.

Кто бы мог подумать, что, едва покинув площадку, он услышит новость о том, что Шэнь Чжиюй всё-таки приехал.

Цзян Чжоу тут же развернул машину и вернулся.

Но даже примчавшись обратно сломя голову, у дверей зала он успел лишь заметить, как тот садится в машину и уезжает.

Организатор мероприятия Лю Е даже удивился, почему это он уехал и вернулся.

Цзян Чжоу наплел с три короба, будто потерял телефон и вернулся на поиски. Вернувшись же, он обнаружил телефон в собственном кармане — вышла нелепица. Закончив оправдываться, он невзначай бросил:

— А кто это был?

— О, это Шэнь Чжиюй. Он вообще-то собирался сегодня присутствовать на вечере, но задержался из-за семейных дел. Только что специально заехал, чтобы передать лот для аукциона.

Только тогда Цзян Чжоу заметил у того в руках изящную подарочную коробку.

Сдерживая внутреннее волнение и делая вид, что ему вовсе неинтересно, он переспросил:

— О, и что же он передал?

— Браслет с бриллиантами из серии звездное небо. — Лю Е открыл коробку.

Внутри лежала изящная платиновая цепочка. Сам браслет вился, подобно Млечному Пути, и был усыпан бесчисленными сверкающими крошечными бриллиантами, в которых переплетались синева и серебряный блеск, а в самом центре красовался крупный сапфирово-синий камень, поддерживаемый, словно луна окруженная множеством звезд.

Цзян Чжоу спросил:

— Можете отдать его мне?

Браслет был женским, и Лю Е никак не ожидал, что он приглянется Цзян Чжоу.

Подумав немного, он решил, что тот, возможно, хочет купить подарок спутнице, и сказал:

— Генеральный директор Цзян шутит. Если он вам нравится, забирайте, мне не жалко.

— Как я могу принять его даром?

Цзян Чжоу отказался:

— Раз уж это благотворительный аукцион, дарить вещи просто так не принято. Директор Лю, назовите цену.

Лю Е подумал, что в этом есть смысл, и назвал случайную сумму.

Цзян Чжоу тут же перевёл ему деньги:

— Большое спасибо.

Лю Е отдал ему браслет, и они еще немного поболтали о том о сём.

С тех пор, когда Цзян Чжоу уже совсем не мог сдерживаться, он брал с собой этот браслет.

Во-первых, чтобы облегчить тоску, во-вторых — как оковы.

Тяжелый жар жег тело еще сильнее, словно объятый пламенем.

Цзян Чжоу чувствовал, что голова стала тяжелой как гора, всё тело горело, и в то же время его пробирало ознобом, а в костном мозге словно блуждали ледяные иголки.

Шэнь Чжиюй объявил о начале счёта.

Находясь в полубессознательном состоянии и еле ворочая языком, Цзян Чжоу назвал тройку.

Назвав число, он уже приготовился к тому, что Вэй Янь уведет его.

Но прежде чем он успел заговорить, Вэй Янь радостно хлопнул его по плечу:

— Генеральный директор Цзян, вы выиграли!

Выиграл?

Помутившийся мозг соображал с трудом.

В следующее мгновение Шэнь Чжиюй подошел к нему и легко улыбнулся:

— Генеральный директор Цзян, похоже, судьба и впрямь сводит нас вместе.

Цзян Чжоу наконец пришел в себя и с неверием посмотрел на него.

Судьба.

Между ними тоже может быть судьба.

Помимо радости, Вэй Янь вспомнил о состоянии Цзян Чжоу и снова заволновался:

— Генеральный директор Цзян, вы правда сможете? Может, мне поговорить с господином Шэнем и позволить мне заменить вас?

Рядом кто-то, похоже, выдвигал точно такое же предложение.

Голос Шэнь Чжиюя прозвучал отчетливо — как раз настолько, чтобы все присутствующие могли расслышать:

— Менять игроков нельзя, а вот сняться с соревнований можно.

Вэй Янь: ....

Цзян Чжоу:

— Всё в порядке. Подожди меня здесь.

Помимо Цзян Чжоу, судьба свела с Шэнь Чжиюем еще двух человек.

Одной была Линь Чжао из Люгуан Иньши, а другим — Су Цянь из Чэнсин Юэхуэй.

Предложение о замене игрока только что исходило от Су Цянь. Су Цянь была новичком и сталкивалась с гольфом только на съемках, а на поле играть по-настоящему ей никогда не доводилось. Она хотела передать право удара кому-то другому главным образом из страха проиграть, не заполучить контракт с Шэнь Чжиюем и навлечь на себя гнев Се Минчжи.

В конце концов, уйти без контракта — это одно.

А упустить контракт по собственной вине — совсем другое.

И хотя в итоге поменять игрока не удалось, это все равно служило своеобразной страховкой.

Даже если она проиграет, Се Минчжи не сможет ее в этом винить.

Выйдя на поле, они приступили к игре на счет ударов, как и велел Шэнь Чжиюй. Суть заключалась в том, чтобы суммировать количество ударов на каждой лунке, а по окончании раунда сложить их все и определить победителя по общему количеству очков.

Первый удар нанес Шэнь Чжиюй. После его стартового удара поле для гольфа тут же оживилось.

Группа играла быстро, и вскоре они добрались до четвертой лунки.

Четвертая лунка Клуба Хуаньцзя была самой сложной на первой девятке: она располагала двумя парами лунок с уникальными ти-боксами и двумя зонами приземления мяча, причем, чтобы добраться до лужайки для патта в виде полуострова, выступающего в озеро, требовалось перебросить мяч через пруд.

Цзян Чжоу из последних сил отыграл три лунки, а к четвертой уже выдохлся окончательно.

Пальцы, державшие клюшку, дрожали помимо его воли, и в тумане перед глазами он просто неудачно отбил мяч. Мяч не попал ни на лужайку, ни на фервей.

На этом судьба и исчерпала себя.

Добравшись до этой черты, Цзян Чжоу с полным спокойствием принял реальность.

Цзян Чжоу знал, что ему непременно нужно уходить. Если он не уйдет сейчас, то больше просто не продержится.

— Я проиграл, я пойду… — произнес Цзян Чжоу хриплым, сорванным голосом.

Сказав это, он, не дожидаясь ответа Шэнь Чжиюя, шатаясь, забрался в ожидавшую машину и, вцепившись в поручень, тяжело задышал.

Стоило оказаться в машине, как сознание Цзян Чжоу окончательно затуманилось, и он перестал понимать, спит он или бодрствует. Ему показалось, что он слышит голос Шэнь Чжиюя — то приближающийся, то отдаляющийся, смутный и невнятный.

Шэнь Чжой сел в машину следом.

Как только он забрался внутрь, в его объятия тут же рухнуло пылающее, обжигающее тело.

Шэнь Чжиюй поймал его, не успев даже сообразить, что происходит.

— Генеральный директор Цзян?

Цзян Чжоу решил про себя, что уехал и скрылся из поля зрения Шэнь Чжиюя, а потому больше не пытался держаться на ногах, позволив своему сознанию окончательно погрузиться во тьму беспамятства.

Не дождавшись ответа, Шэнь Чжиюй лишь почувствовал жаркое дыхание, исходившее из его объятий.

Шэнь Чжиюй опустил взгляд и обнаружил, что лицо Цзян Чжоу пугающе бледно.

Он тут же велел врачу клуба срочно идти в отдельную комнату отдыха.

К счастью, до четвертой лунки было недалеко, и они вернулись в комнату отдыха всего за три-пять минут.

К тому моменту Цзян Чжоу уже потерял сознание, полностью отключившись.

Услышав звук подъехавшей машины, встревоженный Вэй Янь тут же выбежал навстречу и увидел, как их генеральный директор падает без чувств прямо на руки Шэнь Чжиюя.

Вэй Янь даже не успел удивиться, бросился вперед и неуклюже попытался забрать Цзян Чжоу из рук Шэнь Чжиюя.

Шэнь Чжиюй крепче прижал плечи Цзян Чжоу, второй рукой подхватил его под коленни и легко поднял мужчину на руки.

Руки Вэй Яня зависли в воздухе, и он во все глаза смотрел, как Шэнь Чжиюй без малейших усилий уносит человека из машины.

Постояв секунду в ступоре, Вэй Янь тут же последовал за ними в комнату отдыха.

Шэнь Чжиюй уложил его на диван.

Потерявший сознание человек тут же мучительно сжался в комок, и его тело забило в мелкой дрожи.

Шэнь Чжиюй холодно посмотрел на него, слегка нахмурившись.

Понятия не имея, как этот человек рос: при таком высоком росте он остался одними костями и был пугающе легким.

Вскоре прибежал врач и измерил температуру Цзян Чжоу.

Только тогда выяснилось, что у Цзян Чжоу поднялась сорокаодноградусная температура. Оставалось лишь гадать, как он вообще держался на ногах все это время.

Врач спросил, когда у пациента начался жар и какие лекарства он принимал.

Вэй Янь не смог ответить ни на один вопрос.

Шэнь Чжиюй стоял рядом и, услышав это, холодно покосился на него.

Вэй Янь с чувством вины отвел глаза, снедаемый стыдом.

http://bllate.org/book/38957/4911460