Готовый перевод Twisted Mistake: Trapped Cub / Искаженная связь: Сводные узы: Глава 8

— Ты же просил меня приехать в Цзиньхай! — собеседник внезапно повернул голову и взвизгнул. — Ты же говорил, что я для тебя в приоритете!

— Ты всегда была в приоритете.

— Значит, денег, которые я трачу на твои корзины с цветами, всё ещё недостаточно? Ты ведь и раньше от меня прятался! А теперь связываешься со мной, говоришь, что любишь, и при этом снова не хочешь меня звать! — собеседник сорвался на истеричный плач. — Разве ты не обещал, что у тебя буду только я? Сколько тебе дала та женщина?!

— Я же говорил, что в больнице жуткий аврал, я не прятался от тебя, у меня правда не было времени, за моим отцом некому ухаживать... — Вэй Чуань смягчил тон, но в голосе не было ни капли тепла. — Ты ведь знаешь, отец умирает, каждый день в реанимации обходится в бешеные деньги.

— Разве ты не говорил, что любишь меня, малыш? Разве любящий человек не должен понять мои трудности? Но у меня в этом месяце ещё такой недобор по продажам... Реальность и чувства так трудно совместить.

Услышав, что плач на том конце стал еще громче, Вэй Чуань молча отодвинул телефон подальше.

— Сколько тебе ещё не хватает в этом месяце? — голос собеседника дрожал.

Вэй Чуань не стал называть сумму:

— Человек, который придёт сегодня вечером, закажет алкоголь на пятьдесят тысяч.

Собеседник внезапно замолк, а затем заученно забормотал:

— Пятьдесят тысяч... Пятьдесят тысяч... Пятьдесят тысяч я тоже могу достать, в прошлом месяце папа дал мне немного денег, да и на двух платформах я могу взять кредит.

— Но я не хочу, чтобы ты тратила на меня столько, Шушу, наши чувства устроены иначе.

— ...А в чём разница между мной и ими?

— У нас с тобой похожие неблагополучные семьи, поэтому я понимаю, как сильно ты во мне нуждаешься... Ты ведь чувствуешь то же самое, ты ведь войдёшь в моё положение? — Вэй Чуань опустил взгляд. — Сегодня вечером я и впрямь не могу отказаться, давай завтра вечером, малышка?

Человек на экране видеозвонка ничего не ответил, лишь молча лежал на подушке, заливаясь слезами.

— Малышка, ты ведь не станешь меня не понимать?

Успокоив человека в телефоне, Вэй Чуань вскоре после сброса звонка получил перевод на пять тысяч — такова была броневая плата за его столик на завтра.

— Сколько раз твой отец уже умирал и всё никак не подохнет? — неожиданно подала голос Лили.

— А твой отец разве уже до конца умер?

— Скоро. Но каждый раз, когда я смотрю на тебя, мне становится жутко.

— С чего бы? — Вэй Чуань вновь принял бесстрастное выражение лица. — Разве ты занимаешься не тем же самым?

— У меня по крайней мере нет клиентов, которые устраивают истерики с угрозами покончить с собой, и я не раздаю мужчинам обещания насчет будущего. — Лили перестала стучать пуховкой и резко сменила тему: — Кстати, ты знаешь, почему тогда я вдруг решила с тобой расстаться?

Вэй Чуаню было не слишком интересно слушать ответ — ровно так же, как было плевать и тогда, когда они сошлись или расстались.

— Потому что у таких, как ты, нет сердца.

— Правда?

— Хоть все в нашей сфере крутятся одинаково, ты — другой. Большинство людей в твоих глазах даже не люди, а просто полезные в данный момент вещи, которые можно выбросить, как только они закончат отрабатывать своё.

Вэй Чуань посмотрел на неё и ничего не ответил.

— Именно поэтому с того самого момента я была абсолютно уверена: такой человек, как ты... — Лили повернулась и легко коснулась губами уголка рта Вэй Чуаня. — Рано или поздно получит по заслугам.

День выдался на редкость погожим, совсем не похожим на вчерашний.

В воздухе витал сладковатый аромат разгоряченной на солнце травы, лёгкий ветерок с ноткой тепла скользил по верхушкам деревьев, заставляя листву шелестеть.

Когда Вэнь Цзэ вернулся домой, Вэй Чуань ещё спал.

Сон у него на самом деле был чутким, стоило раздаться малейшему звуку — и он тут же просыпался. Вэй Чуань вернулся домой сегодня ровно в 6:18 утра, дверной замок щелкнул едва слышно, но этот звук всё равно предельно чётко врезался в слух.

Вэнь Цзэ оставил сумку для гольфа у журнального столика и направился в ванную.

Выключив воду после мытья рук, он бросил взгляд на отражение в зеркале: на стиральной машине лежала одежда — та самая, в которой Вэй Чуань ушёл прошлой ночью. Сегодня утром, уходя, он её ещё не видел.

Парень не стал трогать вещи голыми руками, а подцепил двумя пальцами уголок воротника. От одежды разило смесью табака и алкоголя вперемешку с еле уловимым, приторным женским парфюмом, не принадлежавшим ни одному мужчине.

Этот развратный дурманящий запах, словно скользкая ядовитая змея, проскользнул через носовые проходы прямо в кору головного мозга.

В точности такой же запах стоял каждый раз в детстве, когда он открывал дверь той вусмерть пьяной женщине, которую поддерживали под руки разные лоснящиеся мужики.

Кадык тяжело дернулся, к горлу подступила физиологическая тошнота, от которой на висках выступил пот. Парень испытал почти животный позыв выбросить эту вонючую мерзость в мусорное ведро.

— Щелк...

Услышав звук открывающейся двери, Вэнь Цзэ обернулся. Вэй Чуань стоял в серой майке, со спутанными во сне волосами.

Всё как в старые времена, из-за чего на мгновение стерлись грани времени и пространства.

Встретившись взглядами, первым заговорил Вэнь Цзэ.

— Проснулся, братец.

— Утро... Ой, уже полдень. — Заметив его в ванной, Вэй Чуань на секунду замер. — Почему дверь не закрыл?

— Я только руки помыть, пользуйся.

— Насчет той куртки — я по дороге в туалет собирался закинуть её в стиралку, но, видимо, ещё не до конца проснулся, так на краешке и оставил, забыл запихнуть внутрь. — Вэй Чуань глянул на вещь у того в руках и почесал затылок. — Я тебя не разбудил, когда вернулся?

Вэнь Цзэ положил куртку на место:

— Нет.

— Вот и славно, я боялся разбудить тебя душем. Ты только что вернулся? — бросив быстрый взгляд на прихожую, Вэй Чуань перевёл глаза на высокий чехол для гольфа с надписью Titleist у дивана. — Это что такое?

Двум рослым мужчинам в ванной было откровенно тесно.

Вэнь Цзэ вышел первым:

— Это? Сумка для гольфа.

— С утра на поле гонял? — Вэй Чуань чуть усмехнулся про себя: Вэнь Ли вечно мечтает вырастить из куриной слепоты дикого феникса.

— Угу, ездил повидаться с другом.

— Как-нибудь при случае не научишь меня? Я ещё никогда не играл.

Он сказал это скорее из любопытства, желая узнать, что за публика теперь крутится вокруг Вэнь Цзэ. Учитывая то, с каким упорством Вэнь Ли карабкалась наверх любыми средствами, оставалось только гадать, какого лакомого кусочка она состряпала из нынешнего Вэнь Цзэ.

В конце концов, Вэй Дунвэй владел лишь небольшой механической мастерской, которая выпускала комплектующие для инженерно-строительного оборудования. У него был собственный цех на окраине города С., где трудилось человек пятьдесят-шестьдесят. Разбогатеть-то они разбогатели, до нищеты было далеко, но до пресловутых олигархов им оказалось бесконечно далеко.

Средний класс балансирует на канате, и любые перевыборы или госпрограммы для таких людей — всё равно что прыжок с тарзанки.

Впрочем, денег за эти годы скопили достаточно, чтобы пустить пыль в глаза, иначе Вэй Дунвэй не становился бы с каждым годом всё самоувереннее, Вэнь Ли не положила бы на него глаз, а главное — не стала бы из кожи вон лезть, чтобы вырастить из Вэнь Цзэ то, что получилось.

К счастью, на его просьбу Вэнь Цзэ ответил согласием без долгих раздумий, не выказав при этом ни капли особой настороженности.

— Ты тогда дома во второй половине дня? Или будешь занят учебой?

— А что такое, брат?

— Да так, подумал: если ты свободен, давай вместе куда-нибудь сходим, прогуляемся? — Вэй Чуань отворил дверь ванной и на этот раз проявил инициативу сам. — Я не очень хорошо ориентируюсь в здешних местах, всё-таки нам теперь предстоит вести совместный быт. А если ты занят, я могу и в магазин за продуктами сходить, не проблема.

— Но после обеда мне, наверное, нужно будет вернуться в университет.

— И в выходные тоже едешь? Что-то случилось?

— На каникулах участвовал в вузовском конкурсе, сегодня в пять вечера будет церемония награждения.

— А посторонних туда можно брать? Например, членов семьи.

Услышав фразу члены семьи, Вэнь Цзэ лишь слегка замешкался:

— Если брата это не смущает, можешь пойти.

Вэй Чуань только укрепился в мысли, что его вчерашние догадки были верны: Вэнь Цзэ давным-давно приготовил для него и местечко, и лазейку, чтобы втереться в доверие.

— С чего бы мне смущаться? Мы так давно не виделись, я тоже хочу узнать побольше о твоей нынешней жизни.

Пока Вэй Чуань приводил себя в порядок, Вэнь Цзэ ушёл в комнату.

Хотя спальня была небольшой, благодаря идеальному порядку она казалась просторной.

На письменном столе из чёрного дерева стоял крошечный круглый аквариум, однако внутри него не было ни единой живой дуры.

Телефон на столе непрерывно вибрировал, на экране высвечивалось: Мама.

Вэнь Цзэ остался абсолютно безучастным, лишь пристально смотрел на золотую рыбку, которая билась на поверхности из-за нехватки кислорода: по мере того как влага с её жабр испарялась, казалось, что она неумолимо приближается к гибели.

Время словно намеренно тянулось медленнее, движения рыбки становились всё вялее. В момент, когда она почти замерла, сидевший за столом парень подхватил её и швырнул обратно в аквариум. Буквально через секунду гладь воды снова пошла кругами, и золотая рыбка заплывала так, будто ничего и не произошло.

Веки Вэнь Цзэ механически моргнули.

Мелодия звонка уже подходила к концу, и лишь тогда палец нажал на кнопку ответа.

— Алло, сынок? Чем это ты таким занимался, что так долго трубку не брал?

— Снизу ходил за кофе, не услышал, — голос Вэнь Цзэ звучал легко и непринужденно. — Что-то случилось, мам?

— Ой, да ничего особенного. Как у тебя прошли сегодня смотрины с дочкой директора Вана?

— Нормально.

— Директор Ван говорил мне, что его дочке ты вроде как очень понравился. Что скажешь о девчонке?

Вэнь Цзэ уставился на аквариум и лишь спустя пару секунд произнёс:

— Очень достойная.

— Директор Ван — крупный подрядчик на нескольких крупных строительных объектах в городе С. Он мне тут снова расхваливал тебя, мол, какой ты рассудительный и толковый. — Вэнь Ли на мгновение умолкла. — Сам видишь, в последние годы бизнес идёт туго, ты же не слепой, понимаешь, в каком положении сейчас семья. А девочка окончила престижный вуз в Америке, почаще общайтесь, хотя бы для начала подружитесь. Раз уж они обратили на нас внимание, для нас это огромная честь.

— Алло? Алло? Ты слышишь?

— Угу, понял.

Вэнь Цзэ поднялся с места, сбросил заляпанную потную поло-рубашку для гольфа и, развернувшись, потянулся за свежей рубашкой.

— Ты сейчас где?

— Дома.

— Знаю, а Вэнь... твой брат там? — при упоминании этого человека голос Вэнь Ли приобрёл неприятный, резкий оттенок.

— Угу, в ванной.

— То есть всё, что я говорю, он слышит?

— Нет, я в комнате.

— А, ну ладно. И запомни хорошенько то, о чём я тебе говорила: держись от него подальше, я не хочу, чтобы ты пошёл по наклонной.

Вэнь Ли, судя по всему, находилась в каком-то салон красоты — Вэнь Цзэ услышал, как кто-то окликнул её: «Госпожа Вэнь, можно проходить».

— Дела в последние годы идут из рук вон плохо, а твой отец, сама знаешь, ударился в суеверия. Втемяшилось ему в голову, будто он перед ним виноват, и удумал поселить вас под одной крышей в качестве компенсации. Я ничего не могла поделать. — Вэнь Ли, видимо, вспомнила прежние споры на этот счёт, и её голос заметно помрачнел от раздражения. — Но одно заруби себе на носу: раз он столько времени пропадал неизвестно где, а теперь вдруг объявился и захотел наладить связь...

Вэнь Цзэ застегнул последнюю пуговицу на рубашке, глядя в зеркало.

Женский голос в трубке перешёл на шёпот:

— Тут точно что-то нечисто.

http://bllate.org/book/38956/4911367

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь