Он действительно был убеждён.
Просто уму непостижимо.
Цзян Нин исподтишка разглядывал Мэн Ху: высокий, крепкого телосложения, вооружённый, за спиной висел огромный походный рюкзак, сам укутанный с ног до головы, даже на глазах красовались потрескавшиеся защитные очки. С первого взгляда было понятно — человек с богатейшим опытом выживания в условиях апокалипсиса.
Это же ходячее спасение!
Надо постараться уцепиться за него.
Взглянув исподлобья, Цзян Нин тут же сообразил правдоподобное оправдание:
— Послушай, я заметил здесь столько следов от колес и подумал, не удастся ли раздобыть хоть какой-нибудь еды.
Мэн Ху окинул взглядом тщедушного Цзян Нина:
— Нашёл?
Цзян Нин замотал головой так яростно, будто это была детская погремушка:
— Тут и северного ветра не сыщешь, не то что чистой похлёбки, эх...
Он уныло вздохнул. От ночного лязга цепей в желудке снова засосало. Питательные пилюли, которые дал Цинь Сюй, хоть и были вкусными, но сытости почти не приносили.
— Держи.
Цзян Нин поднял голову, и пачка печенья прилетела прямо ему в лицо, отскочила и упала вниз. Он остолбенел, глядя на печенье, а затем недоверчиво перевёл взгляд на Мэн Ху:
— Мне поесть?
В такой-то обстановке он так щедро поделился с ним едой?
Мэн Ху фыркнул:
— Ещё бы, не для себя же я её тебе бросил.
Цзян Нин принялся наперебой благодарить его, небеса и всех его предков, вскрыл упаковку и принялся жадно уплетать печенье. В душе он поклялся, что непременно ухватится за это спасение и станет его верным псом. Ну, продавать себя в рабство, пожалуй, не стоит, а вот... если уж продавать себя, то только кому-то вроде Цинь Сюя, — подумал Цзян Нин. Впрочем, дело вовсе не в том, что он питал к Цинь Сюю какие-то чувства, просто личико у того было чертовски хорошенькое. Да, исключительно из-за привлекательной внешности.
Мэн Ху достал мясную сосиску и принялся есть:
— Впереди находится Город Даое, там стоят военные части. Многие, включая меня, спешат туда. А ты?
Цзян Нин подавился печеньем и принялся отчаянно колотить себя в грудь, несколько раз громко кашляя. Так он направлялся в место, контролируемое военными? Цзян Нин мысленно тяжело вздохнул.
Прощай, моё запасное спасительное крыло.
Мне туда никак нельзя.
Кое-как проглотив застрявшее в горле печенье, Цзян Нин выдавил:
— Я тоже туда же.
Иначе и быть не могло: нормальному человеку не убегать оттуда было бы верным безумием. Придётся просто выжидать момент для побега по дороге. Впрочем, теперь он знал примерное направление: раз Город Даое впереди, значит, если побежать назад, точно не промахнешься.
Цзян Нин с завистью покосился на мясную сосиску в руке Мэн Ху, запихнул в рот последний кусочек печенья, и, когда оба закончили трапезу, Мэн Ху отряхнул штаны и поднялся на ноги:
— Раз нам по пути, пойдём вместе. Меня зовут Мэн Ху.
Лесть с языка Цзян Сюя слетела мгновенно:
— Братец Ху, какое у вас грозное имя, вам невероятно подходит! А я Цзян Нин.
Мужчинам лесть приятна — и душа у брата улетит куда-то в небеса.
Брат Ху (х)
Братец Ху (√)
Это сладенькое обращения братец Ху заставило Мэн Ху задержать на Цзян Нине взгляд. Никто и никогда раньше так его не называл, тем более другой мужчина. Но этот парень выглядел таким хрупким, голос звучал нежно, и из его уст это прозвучало на удивление приятно.
Когда они уже собирались выходить наружу, Мэн Ху вдруг вспомнил:
— Кстати, я тут недавно слышал какой-то скрежет внутри. Ты чем занимался?
Цзян Нин на мгновение замер:
— Я зубы точил.
Мэн Ху покачал головой:
— Зубы так не точат, братец. Не успеет тебе и сорока стукнуть, как придётся одну жижу хлебать.
Цзян Нин покорно кивнул, его мелкие шажки так и зачастили — казалось, он вот-вот взлетит. Мэн Ху шёл слишком быстро, и шаги у него были огромные:
— Понял-понял, братец Ху, мы что, идём в ночь?
Изначально он планировал сбежать тайком ночью, когда тот уснет.
Мэн Ху бросил взгляд вперёд:
— Разумеется. Если завтра не успеем добраться, сделаем привал всего на час. В любом случае, в Город Даое нужно попасть как можно раньше. Хоть это и крупный город, он не сможет принять всех беглецов. Нужно постараться оказаться среди первой волны.
Его слова звучали разумно. Цзян Нин же про себя рассчитывал пройти с ним ещё немного, а потом сослаться на то, что из-за своей медлительности он не поспевает, и разойтись с ним. В такой чрезвычайной ситуации тот вряд ли станет тратить время на ожидание.
Вслед за Мэн Ху он выбрался из этого скопления зданий и бросил взгляд по сторонам. Заметив блестящую витрину, он наконец разглядел собственное лицо: пусть оно было грязным, но глаза, нос, брови — всё выглядело точь-в-точь как у него самого.
Цзян Нин с изумлением пару раз моргнул. Если бы перед этим, осматривая своё тело, он не заметил отсутствие следов от игл, оставшихся у него от многолетних капельниц, он бы сейчас решил, что переместился в этот мир в своём собственном теле.
Впрочем, это означало одно: даже превратившись в зомби, он оставался красивеньким маленьким зомби.
Вполне уверенный в собственной привлекательности, Цзян Нин украдкой улыбнулся уголками губ, едва не расхохотавшись в голос.
Они вышли на центральную улицу, ведущую из города. Дорога оказалась широкой, но её завалили хаотичногромоздившиеся автомобили, большинство из которых перевернулось. Под ногами валялись осколки стекла — и не только автомобильного, но и выбитого из окон окружающих зданий. Вдалеке виднелось множество разрушенных многоэтажек, кое-где ещё клубился дым и тлели искры.
Всюду царила мрачная атмосфера апокалипсиса. Порыв ветра подбросил красный пластиковый пакет к самому небу, откуда тот опустился прямо рядом с уже разлагающейся, дурно пахнущей человеческой тушей.
Цзян Нин бросил на неё лишь один взгляд и поспешно отвёл глаза. Но из-за этой минутной потери бдительности он оступился, задев ногой какой-то предмет, и его тело потеряло равновесие, качнувшись вперёд.
Устояв на ногах, Цзян Нин обернулся: то, обо что он споткнулся, оказалось кишащей опарышами человеческой рукой. Никогда прежде не видевший ничего подобного, Цзян Нин издал пронзительный визг, зажал рот ладонью и отскочил назад на пару шагов. Если бы в его желудке было хоть что-нибудь, его бы наверняка вывернуло всем съеденным накануне.
Этот внезапный крик напугал Мэн Ху. Тот молниеносно огляделся по сторонам, протянул длинную руку, ухватил Цзян Нина за шкирку и бросился вместе с ним в сторону, укрывшись в небольшой кофейне.
Не успел Цзян Нин и слова вымолвить, как Мэн Ху толкал и пинками запихивал его под стойку барной стойки, после чего протиснулся туда следом и прошипел изменившимся голосом, не веря своим ушам:
— Ты с ума сошёл орать? В этом мире нужно соблюдать тишину!
Цзян Нин растерянно хлопал глазами. Он ещё не до конца освоился в здешних реалиях и виновато прошептал Мэн Ху:
— Братец Ху, прости, я больше не буду...
Не дав ему договорить, Мэн Ху приложил палец к губам, призывая к молчанию, и напряженно высунулся наружу, вглядываясь вдаль. Цзян Нин тут же последовал его примеру: выставив наружу одни глаза, он замер. До его слуха донеслись топот множества ног и хриплый рев.
Страх? Вовсе нет. Для Цзян Нина, ещё не успевшего толком осознать всю опасность этого мира, происходящее было скорее любопытно. Впрочем, вскоре он понял, почему Мэн Ху так напрягся.
К месту, где они только что находились, со всех сторон мчалась целая толпа зомби.
В отличие от тех ходячих мертвецов, которых он видел раньше, на этих не было ни цепей, ни масок. Их окровавленные рты были широко разинуты, а лица искажены жуткой, свирепой гримасой. Они рыскали в поисках живой плоти, чтобы вцепиться в неё зубами.
Цзян Нин прищурил свои персиковые глаза. Зрелище пугающее, но так или иначе, это была та самая банда, в рядах которой ему предстояло вращаться в будущем. Стоило получше изучить их повадки, чтобы не выдать себя.
Он принялся внимательно наблюдать, выделив несколько ключевых элементов и мысленно подытожив их: ноги напрячь, тазом крутить, руками размахивать, пастью реветь, время от времени устраивая небольшие конвульсии — полный комплект готов.
Вскоре звуки где-то вдали отвлекли внимание зомби, и те толпой бросились прочь.
Мэн Ху хлопнул Цзян Нина по плечу:
— Испугался?
Цзян Нин послушно закивал:
— Напугался, ещё как напугался. Спасибо, братец Ху.
В этот момент мимо них пронеслись двое живых людей, и до них донёсся злой оклик одного из беглецов:
— Какой идиот только что завопил? Руки бы оторвать ублюдку!
— Ладно, хорош ругаться, валим отсюда!
Оба в панике скрылись из виду, направляясь, судя по всему, всё к тому же Городу Даое.
Цзян Нин: Похоже, они материли меня.
Ну уж нет, стерпеть такое Цзян Нин не мог! Он мгновенно выскользнул из-под прилавка и прошипел:
— Братец Ху, не удерживай меня, я сегодня же преподам этому гаду урок!
На этот раз он учёл необходимость говорить как можно тише. Хоть он сам и был зомби, Мэн Ху к ним не относился, а раз тот поделился едой, нужно было обеспечить ему путь к отступлению.
Размахивая руками и изображая крайнюю воинственность, Цзян Нин занёс длинную ногу для удара:
— Братец Ху, пусти! Сегодня кто-то из нас двоих точно не жилец!
Мэн Ху посмотрел на то, как крепко Цзян Нин вцепился в его руку. Серьёзно, парень переигрывал.
Цзян Нин: Я не буду бить...
Раздался звонкий лязг. Что-то с грохотом врезалось в дверь кофейни, прервав Цзян Нина. Те двое людей, что пробежали перед этим, неслись обратно. Вот только тот, что только что ругался, теперь был с головы до ног залит кровью и передвигался лишь благодаря тому, что спутник волок его за собой.
Мэн Ху моргнул, а когда перевёл взгляд, оказалось, что Цзян Нин уже шмыгнул обратно под барную стойку — куда быстрее него самого.
Цзян Нин высунул оттуда свою миниатюрную макушку. Спутник раненого уже бросил его и убежал. Тот в отчаянии распростёрся на полу, и инстинкт выживания заставлял его ползти вперёд. В этот момент на него набросился зомби и впился зубами в человеческое тело.
Город Даое, зомби, Мэн Ху, маленький зомби, Цзян Нин
Голова Цзян Нина втянулась ещё глубже. Он и сам не понимал, зачем продолжает смотреть. Вот чешуйки кожи на шее несчастного с громким хрустом рвутся под зубами мертвеца, фонтаном бьёт кровь, а следом разрываются сухожилия и ломаются кости.
В этот момент Цзян Нин острее прочувствовал всю жестокость и беспощадность этого мира. Его персиковые глаза скользнули по руке жертвы: пальцы ещё судорожно подрагивали, пытаясь загрести землю в тщетной попытке уползти, но в конце концов эта рука безвольно обвисла.
После того как человек испустил дух, зомби прекратил терзать плоть, привлечённый шумом с другой стороны улицы, и удалился.
Цзян Нин обессиленно опустился на пол. Вся его одежда насквозь пропиталась потом, а перемазанное грязью лицо избороздили светлые дорожки от холодного пота — казалось, будто он горько плакал.
Мэн Ху, похоже, давно привык к подобным зрелищам:
— Пойдём.
Цзян Нин молча кивнул и с трудом поднялся на дрожащие ноги. Стоило ему сделать второй шаг, как коленки подогнулись, и он рухнул на колени. Пот градом катился с головы. Увиденное собственными глазами и правда напугало его до полусмерти.
— Братец Ху, иди дальше без меня, я сейчас едва ли смогу идти.
Мэн Ху не говоря ни слова рывком поднял его на ноги, перекинул чужую руку через своё плечо и решительно зашагал вперёд.
Цзян Нин бросил взгляд на Мэн Ху, смутно недоумевая, почему тот проявляет к нему столько заботы.
http://bllate.org/book/38811/4886892
Сказали спасибо 0 читателей