Готовый перевод After the Overpowered Cultivation Protagonist Accidentally Transmigrated into an ABO World / Когда непобедимый культиватор случайно попал в мир АБО: Глава 31

— Молодой господин, вы действительно отдаёте такой ценный товар старшему молодому господину? — поколебавшись, спросил мужчина в простой маске, глядя на спящего в клетке юношу.

Дун Байюй к этому моменту уже надел белую фарфоровую маску в виде лисьего лика. Из-за возбуждения у него даже вырвались и нервно поддрагивали звериные ушки.

— Ха-ха, разумеется! Сегодня ведь мой дорогой старший брат впервые выступает в роли ночного аукциониста. Отец ради такого случая специально приберёг ту тварь до сегодняшнего дня. Разве могу я, младший брат, не добавить искорку в его триумф?

Дун Байюй наклонился и просунул руку сквозь железные прутья. Его пальцы едва ощутимо скользнули по белоснежной щеке юноши, и в голосе прозвучало фальшивое сожаление:

— Бета S-класса... Восходящая звезда с небывалым потенциалом. Мне и самому немного жаль с ним расставаться, но... увы.

Высказавшись, Дун Байюй без малейшего колебания развернулся и покинул закулисье. Мужчина остался в комнате один.

Тяжело вздохнув, он достал наручники, просунул руки в клетку и заковал запястья Линь Сюаня. Затем протянул цепь наверх, закрепив её над клеткой так, чтобы юноша висел в вынужденной позе с закинутыми над головой руками.

Закончив с этим, мужчина накрыл клетку плотным красным покрывалом. Теперь она ничем не выделялась среди прочего имущества в комнате — ни один случайный посетитель не смог бы догадаться, что спрятано внутри.

До начала аукциона оставались считанные минуты, поэтому задерживаться мужчина не стал и тихо прошмыгнул к выходу.

Едва за ним закрылась дверь, Линь Сюань очнулся от резкой боли в затекших запястьях.

Если бы Дун Байюй всё ещё находился здесь, он бы несомненно изумился поразительной стойкости чужого организма. Лишь сам Дун Байюй знал, насколько убойную дозу яда подмешал в напиток. Обычный человек погрузился бы в беспамятство ещё в фуникулёре по пути на Рынок Мусорщиков и проспал бы вплоть до самого выхода на сцену.

Однако Линь Сюань не был обычным человеком. Он являлся практикующим самосовершенствование. Кабы не чудовищная концентрация снадобья, он очнулся бы куда раньше, а то и вовсе не потерял бы сознание.

Открыв глаза, Линь Сюань обнаружил лишь непроглядную тьму. Попытавшись потереть веки, он осознал, что руки не слушаются: запястья сковывало нечто твёрдое, вынуждая держать их высоко поднятыми. Из-за этого дурацкого положения суставы норовили лопнуть от тупой боли.

Линь Сюань немного изменил положение тела, чтобы облегчить боль, и огляделся. Похоже, его заперли в тесном пространстве. Оно не казалось полностью герметичным — свет просто перекрывало нечто вроде плотной ткани.

Упёршись ногами в свисающее покрывало, Линь Сюань с трудом, сантиметр за сантиметром, сбросил его на пол. Едва бархат соскользнул, юноша наконец смог в полной мере оценить своё положение.

«Ого. Меня, оказывается, связали».

Линь Сюань молча вздохнул. Надо же: совсем ещё сопляк, а уже такой гнилой внутри — додумался использовать отрабу.

Да и сам он хорош — расслабился и попался на настолько детский трюк. Обидно и позорно до крайности. Главное, чтобы об этом не прознал никто посторонний.

Линь Сюань взглянул на свои руки. Обыкновенные металлы и простейшие цепи, обмотанные вокруг прутьев.

Он присмотрелся повнимательнее. Настолько примитивная конструкция даже заставила его заподозрить подвох, но внимательный осмотр подтвердил: никакой магии, всё предельно просто.

Серьёзно? Надеялись удержать его этой копеечной дрянью? За кого они его принимают?

Линь Сюань сжал цепь пальцами и слегка потянул. Металл поддался без малейшего сопротивления, порвавшись, точно гнилая бечёвка.

— И всё? Вот так просто?

Глядя на свисающие с запястий обрывки, Линь Сюань иронично изогнул бровь. Какая хрупкая штуковина.

С железной клеткой пришлось повозиться чуточку дольше — на дверце красовался кодовый замок.

Сложив комбинацию из четырёх нулей чисто из озорства, Линь Сюань ожидаемо схлопотал разряд тока — сработала защита от взлома. К счастью, кроме лёгкого онемения и пощипывания, разряд не причинил его закалённому телу никакого вреда.

Впрочем, приятного в этом всё равно было мало.

Слегка раздражённый, Линь Сюань упёрся спиной в противоположные прутья и одним сокрушительным ударом ноги вышиб с корнем проклятую электронную дверь, после чего вылез наружу.

Выбравшись из тесного заточения, он сладко потянулся, разминая затекшие суставы, и тут же обнаружил неприятную деталь: коммуникационный браслет и мешочек-хранилище исчезли.

— Чёрт. Ещё и обчистили.

Линь Сюань быстро осмотрел помещение и в углу заметил гору сваленного хлама. Судя по виду, это были личные вещи бывших пленников. Их свалили в кучу, словно мусор, ожидающий отправки в утиль. О судьбе их прежних владельцев оставалось только догадываться.

Заприметив на самом верху знакомый мешочек-хранилище, Линь Сюань подскочил ближе. Так и есть — его собственность.

Похоже, похитители не обладали духовной силой и, не сумев открыть мешочек-хранилище, попросту выбросили его за бесполезностью. Что касается браслета, то даже новейшая модель в подобном месте не представляла никакой ценности, поэтому и её выкинули вместе с остальным утилем.

Вернув свои немногочисленные пожитки, Линь Сюань уже собрался отправиться на поиски Дун Байюя, чтобы своевременно выставить тому счёт, как вдруг из соседней клетки донёсся странный шум.

Только сейчас Линь Сюань заметил, что рядом под таким же плотным покрывалом стоит ещё один контейнер абсолютно таких же размеров.

Стоило Линь Сюаню замереть, как шорох тут же прекратился. Пождав немного и ничего больше не услышав, юноша решил было, что ему мерещится, но сделав пару шагов к выходу, вновь уловил этот звук.

Он походил на шуршание трущихся друг о друга хитиновых пластин, перемежаемое сухим пощёкиванием чего-то острого о металл и какими-то механическими щелчками. Но страннее всего казалось глухое, вязкое бульканье, доносившееся из глубины — словно густая губчатая масса медленно переливалась внутри живого организма.

Линь Сюань пристально всмотрелся в скрытую тканью клетку. Судя по звукам, внутри определенно находилось нечто живое.

У этого существа наверняка имелось множество членистых конечностей и какие-то выделяющие слизь органы. Весило оно не слишком много и обладало скромными габаритами, иначе просто не поместилось бы в таком замкнутом пространстве.

Впрочем, гадать не имело смысла. Линь Сюань просто схватил покрывало и сдёрнул его прочь.

Скрывающееся во тьме создание наконец предстало перед его взором.

Это был ребёнок.

Малыш?

Линь Сюань на мгновение опешил, но затем перевёл взгляд ниже.

Человеку принадлежала лишь верхняя половина тела этого дитяти. Ниже пояса оно полностью походило на насекомое: тёмно-коричневые сегментированные брюшные щитки плотно прилегали к телу, а спину покрывали крупные чешуйки, напоминающие доспехи. Присмотревшись, можно было различить, что эти крупные пластины состояли из множества более мелких, чешуйчатых элементов.

В тесной клетке шесть покрытых мелкими шипами членистых ножек были вынужденно подогнуты. Когда дитя заметило Линь Сюаня и попыталось сдвинуться, его лапки издали тихий сухощавый щелчок — тот самый звук, что юноша слышал ранее.

Не только нижняя часть тела отличалась от человеческой — руки от локтя и ниже тоже выглядели не по-людски. Если судить по строению насекомых, это были передние хватательные конечности. Ребёнок осторожно зацепился ими за решётку и изо всех сил задрал голову, уставившись на Линь Сюаня двумя огромными, блестящими, словно чёрные стеклянные шарики, глазами. В его взгляде читалось чистое, невинное детское любопытство.

Однако Линь Сюань не проникся умилением. Когда передняя лапка твари потянулась к нему, он молча отступил на полушаг назад, выходя из зоны досягаемости. В глубине глаз ребёнка мелькнула тень досады.

— Тебя как зовут?

Линь Сюань присел на корточки, сохраняя безопасную дистанцию, и попытался заговорить. Но малыш лишь широко раскрыл рот, выдавив из себя смутное «а» да «ва».

— Говорить не умеешь?

Глядя на лепечущее создание, Линь Сюань задумчиво прищурился, пытаясь понять: то ли оно физически не способно к речи, то ли его просто никто не учил.

С первого же взгляда стало ясно: перед ним тот самый «уродок», о котором упоминал Дун Байюй. Увидев это своими глазами, Линь Сюань признал, что подобное определение звучит вполне объективно — по крайней мере, ребёнка не обозвали монстром.

— Ва, ва, а-а, — ребёнок издавал невнятные звуки и принялся вдохновенно грызть железные прутья, выказывая явные признаки скудоумия.

Несмотря на полностью насекомый низ, верхняя половина тела всё же принадлежала человеческому дитяти трёх-четырёх лет от роду. Волосы, давно не знавшие ножниц, отросли ниже ушей, но щечки оставались пухлыми и белыми.

Не будь этих ужасных энтомологических черт, малыш мог бы послужить прекрасной натурой для праздничных картин. Вот только Линь Сюань сомневался, можно ли считать это создание человеком хотя бы наполовину.

Погрызя решётку без малейшего вреда для металла и лишь испачкав её слюнями, ребёнок снова принялся бессмысленно махать передними лапками в сторону Линь Сюаня.

Линь Сюань терпеть не мог насекомых. В противоположность своей страстной любви к пушистым зверушкам, он питал глубочайшее отвращение к мохнатым жукам и скользким, чешуйчатым гадам.

Изначально юноша вовсе не намеревался вмешиваться в судьбу этого получеловека-полунасекомого, поскольку искренне не мог заставить себя испытывать жалость к подобному созданию. Но затем он вспомнил слова Дун Байюя.

Судя по тону того парня, этот ребёнок являлся невероятно ценным лотом. Возможно, даже гвоздём всей сегодняшней программы.

Больше всего на свете Линь Сюаню сейчас хотелось как можно скорее и больнее отомстить Дун Байюю. Простая порча имущества казалась слишком мягким наказанием.

А вот если абсолютно все аукционные лоты бесследно исчезнут...

В голове Линь Сюаня созрел отличный план. Подойдя к соседней клетке, он парой точных ударов выбил запорный механизм. Заметив свободный выход, ребенок тут же забарабанил своими многочисленными ножками и выкатился наружу. Правда, из-за долгого заточения его ощутимо штормило из стороны в сторону.

— Всё, ты свободен, не за что, — быстро проговорил Линь Сюань, выставленной ногой упираясь в грудь попытавшегося прыгнуть на него малыша. — А теперь топай давай. Выход вон там.

Выставив насекомое дитя за дверь, Линь Сюань наконец облегчённо перевёл дух. Не обладай этот заморыш человеческим лицом, юноша, вероятно, прибил бы его прямо на месте.

— Так, с самым проблемным разобрались. Кто тут у нас следующий?..

Линь Сюань упёр руки в бока, обозревая заставленную контейнерами комнату. Мешочек-хранилище на его поясе словно бы затрепетал от предвкушения, готовый к масштабной зачистке.

***

Когда все гости ночного аукциона наконец заняли свои места, верхний свет резко угас. Вспыхнули лишь прожекторы по периметру сцены, сфокусировав яркие лучи на центральном подиуме. На платформу неторопливо поднялся аукционист в отглаженном, безупречно сидящем костюме. Поправив микрофон рукой в белой перчатке, он заговорил — его голос пролился подобно чистому горному ручью:

— Дамы и господа! Приветствую вас на ночном аукционе Рынка Мусорщиков!

Лицо ведущего скрывала изысканная маска, не оставляя ни малейшего шанса разглядеть черты юноши.

Он широко развёл руки, и ткань его рукавов блеснула глубоким лазурным отблеском.

— Прошу вас оставить закон и мораль за дверью вместе с верхним плащом. Здесь мы торгуем сокровищами, сокрытыми от луны и солнца, жемчужинами, что боги выронили в наш бренный мир.

— Вскоре пред вашим взором предстанут самые тайные вожделения человеческой души. Назовите их цену вашим золотом, позвольте им вновь обрести движение в людских руках!

— Помните наше главное правило: не спрашивать об источнике, не гадать о судьбе. По взмаху ваших табличек и стуку моего молотка мы назначим цену всему!

В зале раздались редкие, но одобрительные аплодисменты.

Окончив вступление, юноша отсыпал почтенной публике изящный поклон, отступил в тень и жестом приказал работникам сцены выкатывать первый лот.

В тот момент молодой аукционист всё ещё купался в упоении от своего дебюта на семейном поприще. Он совершенно не ощущал смертоносной угрозы, затаившейся в закулисной тьме, и даже не подозревал, в какую катастрофу выльется этот внешне чинный и благопристойный вечер.

http://bllate.org/book/38793/5176670