Готовый перевод The Beautiful Wife Who Was Forced to Marry / Заложник чужой страсти: Судьба прекрасного супруга: Глава 12

Ты какую чушь несешь! Даже если у меня и есть интерес, так это к беспилотникам! Кто станет интересоваться таким растяпой, как ты?

Наверное, из-за собеседования Тан Сунчжи сегодня даже не красился, и его лицо без макияжа выглядело очень миловидным, но при этом в нем сквозила какая-то дикая, разнузданная дерзость. Напоминало сорную траву, подумал Вэй Чэнжань.

Вэй Чэнжань на самом деле ему не верил. Выпучив глаза, он с кровожадным видом уставился на Тан Сунчжи, сверля его взглядом — пожалуй, он пытался подражать тем мафиозным боссам из гонконгских фильмов, которые способны с одного взгляда раскусить подноготную человека, но, к сожалению, силенок и опыта ему явно не хватало, так что в итоге его пристальное разглядывание лишь позабавило Тан Сунчжи.

Тан Сунчжи прыснул со смеху и вдруг подался вперед через письменный стол:

— Ты мне не веришь?

Вэй Чэнжань тоже вылупил глаза, уперся обеими руками в край письменного стола и, наклонившись вперед, впился в него взглядом:

— Ты правда интересуешься беспилотниками?

— А то как же? — Тан Сунчжи с капризным видом фыркнул, перевел взгляд сверху вниз и дерзко окинул взглядом весь этот роскошный кабинет Вэй Чэнжаня: — Я еще и вашимим интересами интересуюсь! Ну, в смысле — Си-Уай.

— Я знаю, что это значит.

— И что же?

— Да это же Вэй Чэнжань и Су Синянь! Имена тебя и твоей жены. — С улыбкой разоблачил его Тан Сунчжи, и, заметив боковым зрение легкое замешательство на лице Вэй Чэнжаня, он вдруг словно что-то понял и лукаво прижал его к стенке: — А твоя жена знает?

— …

— Думаю, он точно не знает — он ведь изначально к тебе не особо-то и привязан.

— …

— Я знаю, в миру постоянно ходят слухи, что наш молодой господин Вэй — никчемный пустышка, безнадежный глупец, а про Су Синяня говорят, что он принял дела в критический момент, словно супруга, покинувшая этот мир у стен города Байди, доверила сироту покровителю — думаю, это ведь не на пустом месте возникло? — Тан Сунчжи игриво моргнул. — Генерал Вэй, у вас с супругом... и вправду такие прекрасные отношения?

А-Чэн, дядя не то чтобы любит поболтать понапрасну, но на этот раз Су Синянь и впрямь поступил слишком бесчеловечно! Да во всей компании кто не знает, что я твой дядя? Он на глазах у стольких людей снял меня с должности, превысил полномочия — неужели в его глазах ты совсем не муж?

Я-то думал, посидим всей семьей за ужином, на том все и закончится. Раз уж эту должность директора мне больше не занимать, так тому и быть, в конце концов, я проработал на ней почти всю жизнь, но он даже этой малости не пожелал уступить ради приличия... А-Чэн, ты и впрямь слишком потакаешь Су Синяню изо дня в день! Вот он и распоясался до такой степени, что ни во что не ставит старших!

...

— Генерал Вэй, у вас с супругом... и вправду такие прекрасные отношения?

Вэй Чэнжань уставился на присланное Чжэн Чжипэем сообщение на экране, его губы сжались в тонкую линию, а пальцы, сжимавшие телефон, невольно побелели от напряжения. Наконец, когда Тан Сунчжи задал свой вопрос во второй раз, Вэй Чэнжань вдруг поднял голову и вперил в него горящий взгляд:

— Если ты притащился сюда сегодня за тридевять земель только ради того, чтобы справиться о состоянии моих отношений с супругом, то можешь быть свободен.

CY нужны помощники, а не репортеры светской хроники.

Тан Сунчжи от такого разноса на секунду растерялся, и в этот момент он вдруг разглядел в Вэй Чэнжане тень настоящего молодого президента. А этот самый молодой президент в ту же секунду хмурил брови, поднося телефон к лицу, чтобы надиктовать голосовое сообщение на другой конец:

— Дядя, если это просто семейный ужин, раз уж Янь-янь не сможет присутствовать, я приношу тебе свои извинения за него. Что же до рабочих вопросов...

Вэй Чэнжань запнулся, лихорадочно пытаясь отыскать в памяти подходящую формулировку или какую-нибудь должность, чтобы приструнить собеседника, но, поломав голову без всякого результата, лишь тяжело вздохнул, закрыл глаза и махнул рукой на все:

— Что же до рабочих вопросов, коль у тебя есть возражения — можешь заявить в полицию.

Тан Сунчжи: — ...

Пфф.

Вэй Чэнжань обиженно уставился на него.

Глава 11

После того как Су Синянь взял на себя вопрос со сносом в Трущобах, он стал еще занятее, чем прежде. К счастью, Чжэн Чжипэй оказался труслив как заяц: хотя за эти годы он и нагрел руки на взятках, в конце концов речь шла о сущих грошах, а когда подвернулся такой крупный куш и Су Синянь его вот так припугнул, он выложил всё до последнего юаня.

Су Синянь сместил его с поста, должным образом устроил обитателей Трущоб и закрыл на это дело глаза — Су Синянь отнюдь не был человеком, склонным рубить с плеча и уничтожать врагов под корень.

— ...Не рубишь дерево под корень — весенний ветер породит новые побеги, генералу Су стоит это помнить.

В туалете под шумом льющейся воды раздался чей-то голос с полуулыбкой — это говорил Янь Чунь. Су Синянь стоял как раз рядом с ним, при этих словах его фигура чуть заметно замерла, он скосил глаза и бросил на собеседника взгляд. Танцующие глаза-фениксы Янь Чуня тоже лучились улыбкой, когда он повернулся к нему:

— Ты делаешь людям одолжение, а они ценят твою доброту? Помнят твое благодеяние?

— С какой стати мне делать кому-то одолжения? Я их не делал, с какой же стати кому-то их ценить? — Су Синянь прищурился, словно слова Янь Чуня позабавили его до смешного, но в следующее же мгновение он, кажется, уловил истинный смысл сказанного: — Генерал Янь считает, что я обошелся с Чжэн Чжипэем слишком мягко ради того, чтобы оказать кому-то любезность?

Янь Чунь протянул руку и закрыл кран, при этом его брови приподнялись с полуусмешкой, а сам он смаковал только что произнесенные Су Синянем слова:

— О... так, оказывается, генерал Су и сам понимает, что поступил с ним слишком мягко.

Полагаю, генерал Су думал, что я этого не замечаю.

Янь Чунь не собирался распространяться дальше: вытащив бумажную салфетку и вытерев руки, он направился к выходу.

Уловив насмешку в его словах, Су Синянь в тот самый миг, когда Янь Чунь уже переступал порог, глубоко вздохнул и окликнул его:

— Ты не одобряешь мои методы работы.

— Не сказал бы, что не одобряю. — Янь Чунь, стоя к Су Синяню спиной, на мгновение замер на пороге, его тонкие губы тронула едва заметная улыбка. — Просто... у меня есть кое-какие сомнения. Сомнения в том, что... все твои последующие действия как будто не стоят той баклажки с краской.

— Но это дело... — Су Синянь нахмурился.

— Меня не касается. — Янь Чунь перебил его, не дав договорить, похоже, у него совсем не было терпения слушать дальше. Потешно взглянув на него, Янь Чунь пожал плечами: — Так что я даже рад. Рад, что в тот раз генерал Су вовремя оттолкнул меня, рад, что эта баклажка с краской не выплеснулась на меня.

А иначе...

Если бы вмешался я, все было бы куда сложнее, чем сейчас.

Янь Чунь не стал продолжать разговор. Сказав это, он толкнул дверь и зашагал прочь. Су Синянь проводил взглядом удаляющуюся спину Янь Чуня, его опущенные руки то сжимались в кулаки, то бессильно разжимались.

Едва выйдя из туалета, Янь Чунь принял звонок от Госпожи Янь. Старуха церемониться не стала и выпалила прямо с порога:

— Ну что? В Трущобах тебя тяпнули топором?

Янь Чунь хмыкнул, перекладывая телефон к другому уху:

— Нельзя ли пожелать мне чего-нибудь хорошего? — Помолчав, он добавил: — У вас такая оперативность?

Разве Су Синянь не распорядился в первый же момент заблокировать любые утечки? То, что произошло в Трущобах, включая историю с Чжэн Чжипэем, в кругах желтой прессы и поныне хранили в строжайшем секрете, однако...

— Думаете провести свои маленькие фокусы у меня перед носом? Как там говорят — размахивать мечом перед Гуань-ди. — Госпожа Янь фыркнула, явно ни во что не ставя подобные уловки молодежи.

Янь Чунь знал, что, хотя его бабушка и находилась в санатории, ее шпионы были повсюду, и любое шевеление в Жунган вряд ли могло ускользнуть от ее проницательного взгляда. Так что он решил больше не ходить вокруг да около и честно ответил:

— Ничего страшного не случилось. Всего лишь плеснули баклажку краски.

Помолчав, Янь Чунь добавил:

— Мне не попало. Все досталось моему компаньону.

В памяти внезапно вспыхнул тот момент, когда Су Синянь оттолкнул его. Темные глаза Янь Чуня слегка потемнели, а тонкие губы сами собой сжались.

— ...Тогда тебе стоит хорошенько поблагодарить этого человека.

Госпожа Янь вздохнула:

— Кстати, как твои приготовления к свадебному банкету? До юбилея старухи осталось всего ничего. Ты что, еще не подготовил приглашения?

— Все под контроем, свадьба состоится в срок, даже если с небес спустится сам владыка демонов. — Хоть Янь Чунь и говорил так, в последнее время он действительно был по горло в делах, да так занят, что давно уже выбросил это из головы. Услышав о наболевшем, он устало потер переносицу, закрыл глаза и заверил Госпожу Янь:

— Я прямо сейчас велю Тан Чао разослать приглашения. Можете быть спокойны на все сто.

Закончив совещание, изнуренный Су Синянь вернулся в кабинет. Обитателей Трущоб оказалось не так уж сложно устроить: помимо обещанного предоставления другого жилья в соответствии с обещаниями, им также выплатили определенную компенсацию. Впрочем, как и предупреждал Чжэн Чжипэй, аппетит приходит во время еды, и попытки задрать цены до небес случались сплошь и рядом.

Дойдя до этого рубежа, Су Синянь решил больше в это не вмешиваться. Вмеတй он пустил слух, позволяя людям выжидать дальнейшего развития событий. Никаких насильственных сносов и излишнего нажима — в конце концов, в бизнес-войнах порой побеждает тот, у кого крепче нервы.

Войдя в кабинет и уже собираясь опуститься в кресло, Су Синянь заметил на своем столе аккуратно лежащее приглашение на свадьбу. Подняв его, он как раз вовремя увидел приближающуюся помощницу:

— Шао Цин, это...

— О, генерал Су, это велел передать генералу Су господин Янь. В следующем месяце он женится и искренне приглашает вас почтить его присутствием. — Боясь, как бы Су Синянь не истолковал все неверно, Шао Цин тут же поспешила внести ясность.

Су Синянь замер с багрово-красной открыткой в руках и, помедлив немного, медленно раскрыл ее. В графе имени жениха отчетливо красовались два иероглифа: Янь Чунь. Имя было написано от руки — размашисто, уверенно и остро, прямо как его собственный характер.

Когда Су Синянь погружался в работу, порой он терял счет времени и возвращался домой далеко за полночь. К несчастью, Вэй Чэнжань в последнее время тоже был занят до упаду, так что на протяжении нескольких дней они не то что парой задушевных слов не успевали перекинуться — им даже толком пересечься дома едва удавалось.

Вэй Чэнжань больше не заваливал его десятками сообщений в день. Су Синянь догадывался, что тот просто дуется на него. Только вот сам Су Синянь не считал, что в чем-то виноват, а потому вовсе не собирался идти на попятную и первыми делать шаги к примирению.

Они так и застыли в этом противостоянии. Да так упорно, что даже Вэй Минжань заметил неладное.

— Сноха, вы с моим братом до сих пор не помирились? — Вэй Минжань зашел в кабинет босиком, прижимая к груди мягкую игрушку, и, заметив, что Су Синянь все еще работает при свете настольной лампы, осторожно приблизился: — Странно как-то. Разве раньше старший брат не был таким послушным? Чуть что — сразу поднимал бучу и бежал вымаливать прощение! Неужели сноха на этот раз до сих пор не простил его?

Су Синянь: — ...Пальцы Су Синяня невольно крепче сжали край договора, и после краткого молчания он нерешительно произнес: — Мы с Чэнжанем в последнее время... и вправду держимся несколько холодно друг с другом.

— Раз уж похолодали, надо снова разжечь страсть! Сноха, вы ведь так давно женаты, не говоря уже о том, чтобы сохранять искру, — вам обоим удается просто держаться вместе, и это уже победа над большинством людей! — Вэй Минжань хоть никогда и не заводил романов, но когда дело касалось советов по сердечным делам, выдавал целые теории на любой вкус. — Впрочем, любые отношения нужно освежать, однообразие — это точно табу!

http://bllate.org/book/38765/4881192