Готовый перевод HP Sensing World / Рон Уизли: Мир на кончиках чувств: Глава 2

Настоящий Хуа Маньлоу

Вокруг царила темнота, и в этом не было ничего удивительного — с тех пор как в семилетнем возрасте он перенёс сильную лихорадку, он больше не видел солнечного света. Однако даже это не мешало ему понимать, что его нынешнее состояние находилось где-то за гранью сверхъестественного.

Ни звуков, ни предметов, ни температуры. Даже свободно дыша, он не ощущал запаха воздуха. Мысли были ясными, а осязать он мог лишь самого себя. Не было даже пола под ногами. Что же здесь происходило?

Он попытался напрячь память, но кроме пронзительных криков в ушах и жуткой боли не помнил абсолютно ничего. Что ж, можно было считать, что он умер, а вот от чего именно — оставалось загадкой. Возможно, при взрыве, ведь перед смертью он почувствовал накатившую волну жара. Утечка газа? Теракт? Скорее всего, теракт — всё-таки семья была не из бедных. Впрочем, взрыв бытового газа тоже исключать нельзя, ведь их богатство всё же не достигало уровня, вызывающего всеобщую зависть и гнев.

Этот бессердечный субъект методично отбрасывал собственные варианты гибели — ничего не поделаешь, в таком состоянии было смертельно скучно. Единственное, в чём он теперь был уверен, так это в том, что во время той атаки инопланетян (да ну!) пострадали только он и домашняя няня. Через пару дней ему должно было исполниться семнадцать. Чтобы отпраздновать это событие как положено, родители и оба старших брата старательно перерабатывали сверхурочно, надеясь расправиться со всеми делами до срока, чтобы тот день целиком посвятить ему.

Неизвестно, всем ли мертвецам приходилось проходить через такие муки. Если да, то погибшим можно было только посочувствовать. Поистине, даже жалка жизнь лучше хорошей смерти, и древдние мудрецы нисколько не лгали.

Пожалуй, настало время для небольшой самопрезентации. Меня зовут Мо Лоу. Вообще-то раньше у меня было другое имя, но та лихорадка в семь лет сделала меня слепым. Тут нельзя не упомянуть о силе характера моей матушки. Узнав о моём диагнозе, первым делом она принялась горько рыдать, да так отчаянно, что мне пришлось утешать её ради собственных ушей. Вторым делом она решила сменить мне имя. Пользуясь семейными связями, хватило одного звонка, и ровно через час я официально стал Мо Лоу.

Отец тогда робко протестовал, утверждая, что моё прежнее имя идеально сбалансировано по всем пяти стихиям, сулит великое богатство и удачу, а выбирал его вообще выдающийся монах. В конце концов под суровым маминым взглядом (даже не видя его, я знал, что у них всегда была именно такая модель общения) он благоразумно заткнулся.

Мама заявляла, что больше всего на свете любит Хуа Маньлоу, и если бы тот не был персонажем романа, её прекрасный, способный разорить целое государство цветок нарцисса ни за что не согласился бы прорасти в отцовском горшке, напрочь лишённом минеральных веществ.

С сегодняшнего дня, объявила мама, я — хуаманьлоуский я из семьи Мо.

Мужчина ведает внешними делами, женщина — внутренними: батя рыскал по стране в поисках знаменитых лекарей, а матушка развернула бурную деятельность дома. У меня даже появился собственный небольшой терем: хоть он и был построен из бетона, это ничуть не мешало ему носить славное имя, наполненное цветами.

Я начал носить традиционные ханьфу, и даже специально нанятой прислуге пришлось приспосабливаться к местным обычаям. Я учился дегустировать чай, выращивать цветы, играть на цитре и дудеть в сяо. Признаться честно, мне всё это очень нравилось. Занятия, устроенные мамой, помогли мне заглушить тревогу от первых шагов в погружённом во тьму мире. И я был бы куда счастливее, если бы она, вдохновленная брошенной старшим братом фразой о том, что характер нашего младшенького до странного напоминает Хуа Маньлоу, не съехала с катушек окончательно и не заставила меня вдобавок изучать боевые искусства.

Конечно, овладеть фирменными «струящимися облаками и летающими рукавами» настоящего Хуа Маньлоу мне не светило, поэтому всемогущая матушка раздобыла тренеров по каратэ, тайцзицюаню и тхэквондо.

Оставим в стороне то, с какими трудностями сталкивается слепой при изучении боевых искусств.

Он ломал голову над тем, как вдолбить ученику обязательные для слепого тренировки по слуховому ориентированию в пространстве; тренер по тхэквондо сходил с ума от необходимости обучать подопечного, наряженного в развевающиеся традиционные одежды; братья мучились от того, что их тоже насильно втянули в эту кабалу; а отец переживал из-за того, что нанятый тренер оказался первой любовью матушки.

— Приветствую. — Раздался прямо над ухом гудящий голос.

— Ты тоже умер? — После стольких часов бесплодных раздумий наконец-то объявился хоть кто-то живой.

— Нет.

— Значит, моя смерть — твоих рук дело. — Безапелляционно заявил он.

— … — Возразить было нечего.

— Каков вердикт?

— Разве ты не злишься? — Наблюдая за безмятежной улыбкой парня перед собой, обладатель голоса почувствовал себя еще более виноватым.

— Злюсь. Да я готов содрать с тебя шкуру, вытянуть жилы, заставить пройти через гору ножей и сковороду с кипящим маслом, прикончив самым тупым ножом! — Мо Лоу по-прежнему улыбался совершенно безмятежно.

— Та няня не погибла. Уничтожено было только всё то, что касалось тебя и твоего терема.

— И что теперь? Перемещение в другой мир? — Классический сюжет. Семья специально нанимала человека, который читал ему вслух книги самых разных жанров, и огромные пласты сетевой литературы, разумеется, не прошли мимо него.

— Верно. Ты можешь выдвинуть одно требование, за исключением возвращения зрения.

— Почему?

— Потому что случившееся — целиком наша вина.

Хотя он понятия не имел, кто эти «они», но в прошлой жизни он наверняка задолжал им кругленькую сумму.

— Позаботьтесь о моей семье.

— Они проживут жизнь в безопасности.

— Куда меня забросит?

— Не знаю. Времени мало, высказывай своё требование.

— Хочу быть Хуа Маньлоу!

— А? — И что это за требование такое?

— Хочу обладать способностями Хуа Маньлоу. Я ведь так и не успел до самой смерти научиться определять положение в пространстве по звуку. — В голосе звучало глубочайшее сожаление. На самом деле он считал этот приём потрясающе крутым: слепой, который благодаря одному этому навыку мог преспокойно странствовать по всему миру боевых искусств, выглядел невероятно стильно. К тому же, раз зрение вернуть было нельзя, это становилось лучшим выбором.

— Идет. Когда ты в конце концов овладеешь нужными силами, они могут немного отличаться в зависимости от мира, в который попадешь.

— На этот-то раз вы меня снова не прихлопнете по ошибке?

— Это ведомство нам не подчиняется! Чтобы тебе было проще, тебя отправят в тот мир, с романами которого ты знаком, и ты будешь помнить весь сюжет целиком.

— Передай весточку моим близким — неважно, каким мистическим способом.

— Сделано!

— Погнали!

Рон

Если спросить, каково это — переместиться в другой мир, то успешно совершивший прыжок товарищ Мо Лоу мог бы ответить так: да никаких особых ощущений. Разве что самую капельку кружится голова.

Он мог с уверенностью утверждать, что больше не находится в том пространстве. Ощущение плотной опоры за спиной подсказывало, что он лежит на кровати, а доносившиеся до носа струйки воздуха пахли больничным дезинфицирующим средством — судя по всему, он угодил в лазарет. Что ж, отлично, по крайней мере, мир оказался вполне современным.

Открывать глаза он не стал — толку от этого всё равно не было. Зато он с радостью обнаружил, что остальные его чувства обострились в несколько раз. Он ощущал, что в комнате, помимо него, находилось еще пятеро людей, чьё дыхание отчетливо слышалось вокруг. Один из них стоял совсем близко, источая легкий запах… как бы это сказать, кухни? Наверное, это была его мать.

Как чудесно! Теперь он мог воспринимать окружающий мир и без помощи глаз. С семилетнего возраста он уже и забыл, каково это — познавать действительность подобным образом. Неужели это и есть та самая сила Хуа Маньлоу? Кстати, сколько ему сейчас лет? Он мысленно принялся перебирать воспоминания, затаившиеся в глубинах этого тела.

— Ох… Рон, ты улыбнулся! Ты очнулся, да ведь?! — Увидев, что младший сын улыбнулся, миссис Уизли тут же бросилась к нему.

— Да, мама! — Нехотя приоткрыв глаза, он никак не ожидал оказаться в магическом мире, а сам он, оказывается, теперь пятилетний Рон Уизли. Вся эта история приключилась из-за того, что братья-близнецы решили пошутить и превратили его игрушечного пупса в паука, до смерти перепугав мальчика, чьё стихийное волшебство вышло из-под контроля и привело его на больничную койку.

— О Мерлин… Рон, твои глаза! Целитель! Живо зовите целителя!

Э? С чего это она решила, что я ослеп? Вроде бы я ещё ничего не успел сказать. Рон слегка удивился, но его тут же накрыло с головой толпой людей, ввалившихся в палату один за другим.

— Рон, о Мерлин, да что же тут стряслось?

Надо полагать, это были его родственники. Хе-хе, семья Уизли и впрямь оказалась на редкость шумным и многочисленным семейством. Знакомое тепло семейного очага заставило Рона улыбнуться.

— Ох, Рон… — Глядя на улыбку младшего сына, миссис Уизли залилась слезами. Ее мальчик был еще так мал и совсем не понимал, что произошло, а вспомнив то, о чем целитель только что шептался с ними, Молли в отчаянии уткнулась в плечо мужа.

— Мои глаза… Как они теперь выглядят? — Ему стало любопытно. Наверняка во внешности произошли серьёзные изменения, иначе они не стали бы так орать врачей, едва взглянув на него.

— Рон, всё в порядке.

— Они белые. Очень красивые, абсолютно белые. — Тихо ответил чей-то детский голосок.

— Джинни! — Строго оборвала дочь миссис Уизли.

Совсем белые? Разве это не то же самое, что у клана Хьюга из Наруто?

— Но они правда очень красивые! — И зрачки, и белки глаз были совершенно белыми, и лишь едва заметное тонкое кольцо разделяло их. Эта мягкая, нефритово-белая белизна в сочетании с нынешним отрешённым выражением лица выглядела невероятно приятно для глаз. Однако все в семье Уизли, за исключением ничего не понимающей малышки Джинни, были далеки от радости. Особенно близнецы: осознание того, что по их вине собственный младший брат ослеп, тяжелейшим грузом легло на их души, заставив на редкость притихнуть и до сих пор не вымолвить ни слова.

— Джинни. — Безошибочно протянув руку к девочке, он притянул её к себе и погладил по голове. — Братик теперь ничего не видит. Ты станешь из-за этого сердиться на меня?

— Ни за что! — Джинни крепко обняла Рона. Хотя она еще не до конца всё понимала, брата она любила.

— Рон, сынок, всё хорошо, мы найдем для тебя самых лучших врачей…

— Папа, мама, не нужно переживать. Хотя я ослеп, все остальные мои чувства невероятно обострились — до жути обострились, особенно слух и обоняние. К тому же мы ведь волшебники, так что сильного неудобства это не доставит.

— Как это не доставит, Рон…

— Мама, правда, ничего страшного. Вот смотрите… — Рон обвел взглядом комнату и маленьким пальчиком по очереди указал на всех присутствующих: — Билл, Чарли, Фред, Джордж, папа, Джинни, мама! — Он озадаченно склонил голову набок. — А где Перси?

— Он побежал за медсестрой, тебе пора принимать лекарство… — растерянно ответил Фред. Впрочем, не только он — все остальные члены семьи застыли с отвисшими челюстями, глядя на него.

— Рон… Ты видишь? Или хотя бы самую малость? — С последней надеждой в голосе спросила миссис Уизли, ведь даже чудовищная близорукость была куда лучше полной слепоты.

— Нет, вообще ничего не вижу.

— Тогда откуда ты всех нас узнал? И безошибочно назвал по именам, даже меня и Фреда не перепутал? — Преувеличенно громко завопил Джордж.

— Вот я и говорю: слепота — не повод для уныния, Мерлин справедлив. О, а вот и медсестра. — Только он это произнес, как в дверь постучали, и в палату вошла изящная молодая медсестра, катящая перед собой тележку. Следом за ней шагал Перси.

— Простите, мистер Уизли, из-за изменения вашего состояния сегодняшнее лекарство немного задержалось! — Медсестра с мягкой улыбкой поставила флакончик рядом с Роном.

— Вы чего все с такими странными лицами? Рончику опять хуже? — Озадаченно оглядев разинутые рты родственников, поинтересовался Перси.

Заметив это, медсестра тоже осеклась на полуслове и с недоумением перевела взгляд на семейство Уизли.

— Нет, всё в полном порядке! — Рон слегка улыбнулся. Голова его по-прежнему была обращена прямо перед собой, но рука безошибочно протянулась к тумбочке и подхватила зелье, заставив мисс медсестру тоже присоединиться к хору открытых ртов.

Уже привыкший к темноте, теперь он благодаря обострившемуся обонянию, слуху и осязанию чувствовал себя так, будто ему подарили пару новых глаз. Ему было грех жаловаться, он радовался бы вовсю, так что улыбка с уголков губ не сходила ни на секунду. Вот только оставалось загадкой, как именно эту улыбку истолковали его новообретённые родные.

— Сова!

— Что? — Все разом уставились на окно, в которое влетела птица и приземлилась прямо перед Артуром Уизли.

— Срочное письмо из Министерства магии, мне нужно немедленно вернуться в департамент. Рон…

— Всё в порядке, папа. — Повернувшись к отцу, он одарил его сияющей улыбкой. — Ступай по делам.

— Хорошо… — Мистер Уизли еще раз с тревожным сердцем оглядел сына и поспешно удалился.

— Мама… неужели в нашем роду была предрасположенность к пророчествам? — Невесело усмехнулся Билл, глядя на младшего брата.

— Что ты за глупости говоришь?! Рон, ты… — Молли снова собиралась расплакаться.

— Мама, если просто быть осторожнее, я ничем не буду отличаться от прежнего. Правда, ничего страшного. — Почему всякий раз, стоило ему ослепнуть, утешать приходилось именно ему?

— Рон, прости нас… — синхронно выдавили Джордж и Уизли. На этот раз они и вправду зашли слишком далеко, умудрившись лишить брата зрения.

— Э-э… пустяки. Кстати, не хотите ли искупить вину? — В голове Рона мелькнула мысль: такое чувство вины простыми утешениями не заглушишь.

— Конечно, Рон! Чего ты хочешь? Даже если потребуешь крышку от унитаза из Хогвартса…

— Джордж!

— Шучу я, мама, нам ведь до Хогвартса еще четыре года пахать и пахать. Но ты можешь пока забронировать, Рон.

— Ха-ха-ха… — Миссис Уизли уже было собралась разразиться новой руганью, но, увидев улыбку младшего сына, махнула рукой и лишь свирепо зыркнула на обоих сорванцов.

— Хочу, чтобы вы научили меня летать на метле!

— И думать забыть! — Не дожидаясь ответа близнецов, миссис Уизли воинственно уперла руки в боки. — Только попробуйте кто-нибудь устроить балаган! Ох, Рон, сокровище мое, это не к тебе относится. А вы двое — если хоть один из вас посмеет подпустить брата к мётлам, я переломаю вам ноги! И неважно, кто из вас кто, отлуплю обоих разом!

— Ну мам, это нечестно! Ты же не можешь вечно обвинять нас двоих только из-за того, что не в состоянии нас различить.

— Да вы всё равно вечно творите гадости вдвоем!

— Не всегда, мам! В прошлый раз твою разделочную доску испортил один Фред, а я сломал только нож! — попытался оправдаться Джордж. Ну да, разница колоссальная.

— Я так и знала, что это вы оба хороши! — Миссис Уизли окончательно взорвалась.

— Мама, мы вообще-то в больнице! — Трое оставшихся братьев немедленно бросились удерживать разъяренную мать.

~~~~~~~~~~~~ Разделительная черта: возвращение домой ~~~~~~~~~~~~

— Рон, осторожней! Мам, а наш дом случаем нельзя немного расширить? — Джордж придерживал Рона за локоть.

— Если места станет больше, разве не опаснее? Наверное, стоит убрать из дома все угловатые предметы. — Фред поддержал брата с другой стороны, и оба надежно зафиксировали Рона между собой.

— Вообще-то… я и сам могу идти.

— Ни за что! — Чей это был хор голосов? Рон даже растеряться успел.

— Ладно, если я нащупаю что-то не то, не забудьте меня предупредить, ладно? — Переступив порог родного дома, Рон начал свое исследование на ощупь, сопровождаемый целой процессией хвостов-родственников.

Семья Уизли вновь стала свидетелем невероятных способностей младшего сына. Тщательно обследовав гостиную вдоль и поперек, он самостоятельно направился к холодильнику, извлек оттуда бутылочку с фруктовым соком, безошибочно устроился на своем привычном месте и одарил всех лучезарной улыбкой. Ну как?

— Ох, Рон… — Похоже, это стало коронной фразой миссис Уизли.

— Рон, ты просто невероятен!

— Да ничего особенного. — Рон даже слегка смутился. — Просто запомнил всё вокруг. Дом ведь и так до боли знаком.

— Рон, в последнее время ты стал куда послушнее обычного. — Между делом бросил Чарли, тут же подвергся уничтожающей критике со стороны всей семьи.

— Значит, раньше я был непослушным? — На глазах едва не выступили слёзы, что заставило всех присутствующих тут же зайтись в сердечных приступах жалости и наперебой поклясться всеми возможными богами, что Рон всегда был самым послушным ребенком в мире, а теперь и вовсе не имеет равных во всей вселенной.

В ответ на это всеобшее умиление Рон рассмеялся открытым, звонким смехом, в котором отчетливо сквозила лукавая искорка.

http://bllate.org/book/38756/4879922