Готовый перевод Sleeping Doll: The Three-Strand Rabbit / Спящая кукла: Сладкий плен любви: Глава 11

Шэнь Тяньтянь задумался на пару секунд и неуверенно спросил:

— Это то самое дело, когда ты велел мне говорить прямо?

— Угу.

Одно-единственное не люблю, казалось, способно оставить глубокий след в сердце Сун Ицяо. Пока они ходили по хозяйственному магазину, пока сам Шэнь Тяньтянь уже успел позабыть об этом, Сун Ицяo всё еще помнил.

— Ох, понятно, — невпопад кивнул Шэнь Тяньтянь и тут же с любопытством спросил: — Слушай, а зачем ты покупаешь столько дисплеев?

— Хочу сделать пару музыкальных инструментов.

Шэнь Тяньтянь моментально оживился и восхищенно воскликнул:

— Бывают же такие музыкальные инструменты! Можно я посмотрю, как ты их делаешь?

— Конечно.

Уголки губ Сун Ицяо тронула легкая улыбка.

— Эх, было бы здорово, если бы всё доставили завтра рано утром, а то придется ждать до полудня… — в шутку пожаловался Шэнь Тяньтянь.

Сун Ицяо промолчал и со сложным выражением лица вгляделся в профиль Шэнь Тяньтяня, а затем произнес:

— Я думал, тебе не нравится, когда тебя будят по утрам.

Шэнь Тяньтянь на мгновение замолк и крутанул руль, проезжая перекресток.

До дома оставалось всего три квартала, вокруг становилось всё тише. На противоположной стороне улицы горела вывеска ветеринарной клиники — она ярко выделялась на фоне всеобщей темноты.

Проезжая мимо входа в клинику, Шэнь Тяньтянь бросил взгляд на нескольких кошек, спавших в клетках. Он сбросил скорость и задержал на них взгляд. Спустя мгновение, заметив устремленный на него взгляд Сун Ицяо, он нажал на газ и быстро уехал.

Машина превратилась в маленькую точку в самом конце дороги.

В студенческие годы Шэнь Тяньтянь какое-то время работал волонтером в университетском приюте для животных, и ему довелось ухаживать за одной очень-очень послушной кошечкой.

Она ела всё, что ей давали, не устраивала истерик во время купания, стоило лишь погладить её по голове — тут же переворачивалась на спину, подставляя пузико. А когда все принимались за работу, она молча ложилась в угол.

Позже ответственный за приют рассказал ему, что эту кошку спасли лишь чудом: прежний хозяин издевался над ней, пока соседи не написали жалобу. Её так сильно били палками, что до конца своих дней она решила больше никогда не совершать тех же ошибок.

Вернувшись домой, Сун Ицяо и Шэнь Тяньтянь разошлись по спальням, чтобы принять душ и переодеться.

Шэнь Тяньтянь надел молочно-белый домашний костюм из кораллового флиса. Он прислонился к изголовью кровати, положил ноутбук на колени и принялся проверять рабочую почту.

Он ответил на вопросы двух студентов по поводу домашнего задания, и счетчик непрочитанных писем на боковой панели сменился с нуля на единицу.

Шэнь Тяньтянь открыл вкладку: это было автоматическое уведомление от учебной части — завтра утром ему нужно подменить другого преподавателя и провести пару по матанализу.

Из коридора донесся тихий шорох: судя по всему, Сун Ицяо спустился вниз.

Бегло просмотрев информацию о занятии, Шэнь Тяньтянь с хлопком захлопнул ноутбук, соскочил с кровати и поспешил в гостиную.

Сун Ицяо в черной спортивной майке без рукавов и штанах с завязками сидел на корточках возле дивана и разбирал оставшийся багаж.

Шэнь Тяньтянь присел напротив него, практически соприкасаясь с ним макушками, и спросил:

— Ты еще не ложишься?

— Волосы еще не высохли, — Сун Ицяо прервал работу, поднял голову на Шэнь Тяньтяня и с легким смущением произнес: — Учитель Шэнь, ты загораешь свет.

Шэнь Тяньтянь протянул «о», поднялся и направился на кухню — он решил сварить миндального молока для себя и Сун Ицяо.

В варке молока не было ничего сложного, требовалось лишь следить за ним, иначе оно легко могло убежать. Большинство предпочитало разогревать его в микроволновке, но Шэнь Тяньтянь по-прежнему любил варить в кастрюле.Потому что такова была традиция их семьи.

Отец Шэнь Тяньтяня был старшим партнёром в крупной юридической фирме, а мать — известным киносценаристом. Семья жила в полном благополучии, способном поддержать любое решение Шэнь Тяньтяня на каждом шагу его взросления.

Родители Шэнь Тяньтяня были очень заняты и редко находились рядом с ним. Казалось, вместо лиц мамы и папы он гораздо чаще видел их спины, когда те с чемоданами уходили из дома.

У Шэнь Тяньтяня был период, когда он ужасно к кому-то привязывался. Укачав его, няня уходила, а он тайком пробирался в гостиную, чтобы дождаться возвращения родителей, но дождаться удавалось редко.

Однажды отец Шэнь Тяньтяня вернулся домой заночь и обнаружил спящего на диване Шэнь Тяньтяня.

Стоило отцу взять Шэнь Тяньтяня на руки, как тот проснулся. Шэнь Тяньтяню было одновременно радостно и обидно, хотелось и смеяться, и плакать, но первым звуком, который он издал, стало урчание голодного животного.

Няня подошла к ним и спросила, что приготовить на поздний ужин.

Отец Шэнь Тяньтяня ответил: Тетя, идите ложитесь, я сам ему приготовлю.

Шэнь Тяньтянь пошел за папой на кухню и смотрел, как тот варит ему молоко.

Зажжением огня отец включил плиту, взял Шэнь Тяньтяня на руки и сказал ему: Папа очень устал, не мог бы ты помочь папе проследить, когда закипит молоко?

В ту же секунду Шэнь Тяньтянь почувствовал себя совсем взрослым и, не моргая, уставился на кастрюльку с молоком.

Не прошло и двух минут, как молоко забурлило, покрывшись мелкими пузырьками, а на поверхности образовалась молочная пенка.

Шэнь Тяньтянь в волнении заколотил отца по спине, крича: Готово, готово!

Отец Шэнь Тяньтяня с трудом сдерживал смех, разливая молоко по чашкам.

Они вернулись с молоком в комнату Шэнь Тяньтяня, болтали о забавных случаях в детском саду, а еще поговорили об адвокатской работе в адаптированной для детей версии. Слушая отца, Шэнь Тяньтянь заснул.

Проснувшись на следующее утро, Шэнь Тяньтянь обнаружил у своей подушки плюшевого кролика. На шее у кролика висела матерчатая бирка, на которой чуть расплывшимися чернилами была выведена строчка:

Папа и мама отвечают за то, чтобы любить тебя, а Тяньтянь — за то, чтобы быть счастливым.

Глава 6. Спокойной ночи, Сун Ицяо

На поверхности белой жидкости в кастрюле поднялась пенка, а в поднимающемся паре смешался аромат орехов.

Шэнь Тяньтянь случайно поднял взгляд и заметил, что обнаженные руки Сун Ицяо выглядят еще крепче, чем в одежде. Доставая чашки из шкафчика, он украдкой обводил взглядом рельефные линии мускулов на сильных руках Сун Ицяо.

Миндальное молоко закипело, Шэнь Тяньтянь опомнился и поспешно выключил огонь.

Ручка плиты издала щелчок, словно тонкая резинка легко задела самое сердце Шэнь Тяньтяня, и он почувствовал, что только что совершил какую-то оплошность.

Сун Ицяо был полностью поглощен своими проводами и ничего не заметил.

Затем он услышал легкий стук со стороны столика у своего локтя. Повернув голову, он перевел взгляд с чашки на испуганное лицо Шэнь Тяньтяня.

Как и при их первой встрече, у Шэнь Тяньтяня в уголке рта осталось немного молока.

Спасибо. — Сун Ицяо взял чашку и протянул Шэнь Тяньтяню салфетку. — Вытри уголок рта... Мм, правее, еще чуть-чуть левее.

http://bllate.org/book/38747/4878516